Главная    Med Top 50    Реклама  

  MedLinks.ru - Вся медицина в Интернет

Логин    Пароль   
Поиск   
  
     
 

Основные разделы
· Разделы медицины
· Библиотека
· Книги и руководства
· Словари
· Рефераты
· Доски объявлений
· Психологические тесты
· Мнение МедРунета
· Биржа труда
· Почтовые рассылки
· Популярное · Медицинские сайты
· Зарубежная медицина
· Реестр специалистов
· Медучреждения · Тендеры
· Исследования
· Новости медицины
· Новости сервера
· Пресс-релизы
· Медицинские события · Быстрый поиск
· Расширенный поиск
· Вопросы доктору
· Гостевая книга
· Чат
· Рекламные услуги
· Публикации
· Экспорт информации
· Для медицинских сайтов

Рекламa
 

Статистика



 Медицинская библиотека / Раздел "Книги и руководства"

 Глава XXII. Отек, альтерация, информация и телесная память. “Сознательное” и “бессознательное” (часть II)

Медицинская библиотека / Раздел "Книги и руководства" / Теоретические вопросы этиологии, патофизиологии, патоморфопогии и культурологии духовно-психосоматических болезней / Глава XXII. Отек, альтерация, информация и телесная память. “Сознательное” и “бессознательное” (часть II)
Закладки Оставить комментарий получить код Версия для печати Отправить ссылку другу Оценить материал
Коды ссылок на публикацию

Постоянная ссылка:


BB код для форумов:


HTML код:

Данная информация предназначена для специалистов в области здравоохранения и фармацевтики. Пациенты не должны использовать эту информацию в качестве медицинских советов или рекомендаций.

Cлов в этом тексте - 54201; прочтений - 11207
Размер шрифта: 12px | 16px | 20px

Глава XXII. Отек, альтерация, информация и телесная память. “Сознательное” и “бессознательное” (часть II). Иносказательный язык больного тела (часть I). Взаимоотношения “духовного” – Сознания, “психического” – “Я”, и “соматического” – тела (часть I). “Я” и Сущности. Смерть и “внутренний покойник”. Выше показано, что колебание тканевой гидратации меняет активность нейронов и порог синаптического реагирования. Показано также, что локусы альтерации сосудистой стенки в центральной и периферической нервной системе и соматическом теле при психосоматической патологии являются основой импритинга – запечатления, запоминания не только специфического церебрального и периферического нервного ответа, но и основой местной тканевой телесной патоморфологической и патофизиологической памяти. Это позволяет ставить вопрос о (частичной?) локализации памяти вне структур нервной системы: нейронов и синапсов головного и спинного мозга, периферических и интрамуральных ганглиев.

На уровне сосудистой системы целого организма, в первую очередь, терминального сосудистого ложа, локусы альтерации сосудистой стенки образуют, если воспользоваться компьютерной и кибернетической терминологией, своеобразную перфокарту-решетку, на которой записано расположение окон памяти, и таким способом в ней закодирован потенциальный психосоматический ответ клеток-тканей больного организма, анатомическая локализация этого ответа (локусы потенциальных экссудации и отека) и его индивидуальный “рисунок” на повторяющееся воздействие патогенного аффекта. Код этой перфокарты следующий: ноль (минус) – нет альтерации, один (плюс) – есть альтерация.

Образно выражаясь, локусы альтерации сосудистой стенки можно назвать открытыми в окружающий мир “окнами” организма – “черными квадратами” Казимира Малевича, а процесс экссудации – это попадание в забарьерные ткани информации из внешнего мира через эти “окна”.

Тело человека, точнее, клетки тканей, расположенных за гистогематическим и гематоэнцефалическим барьерами, можно, если продолжить аналогию, сравнить с компьютерным жестким диском, на котором записывается информация, в нашем случае – о психосоматической болезни. Информационным агентом, меняющим активность ткани и ее клеток, является поступление в нее во время процесса экссудации определенной порции экссудата-плазмофильтрата, являющейся в таком контексте материальным носителем определенного информационного объема – кванта информации.

Таким образом, телесная память о психосоматической болезни локализована в сосудистой системе, ее гистологической первоосновой являются локусы альтерации в тканевых капиллярах, а также, возможно, артериолах, венулах, мелких венах и vasae vasorum; попавшая в забарьерные ткани во время экссудации определенная порция экссудата-плазмофильтрата, то есть определенный объем новообразованного тканевого отека – это материальный первосубстрат-носитель воплощенной из внешней среды патогенной информации. Объемной голограммой памяти или сосудистой первоосновой телесного болезненного опыта является выраженность и общее количество локусов сосудистой альтерации и их и ангиотопика. В каждом локусе альтерации емкость местной памяти прямо зависит от площади дефекта сосудистой стенки, определяющей его пропускную способность, и, чем больше этот участок, тем больше может быть потенциальный объем экссудата – носителя кванта информации, попавшего в забарьерные ткани через это отверстие, и, следовательно, больше локальная память.

При психосоматической патологии емкость общей телесной памяти о болезни является суммой множества емкостей единичных локальных участков местной тканевой памяти, и она зависит от площади поверхности некого абстрактного суммарного общего альтерационного отверстия – виртуального альтерационного “окна памяти” или гигантского “черного квадрата” Малевича, которая (площадь) складывается из суммы площадей поверхности всех локусов альтерации сосудистой стенки, через которые происходит экссудация при аффективной атаке. Локусы повышенной сосудистой проницаемости, не активирующиеся при аффекте, не являются частью памяти о данной психосоматической патологии, а относятся к другим – не- и психосоматическим – заболеваниям.

(В отличие от некоторых авторов, специалистов в области психосоматических болезней, я отнюдь не считаю, что большинство или тем более все болезни человека являются психосоматическими. Аффектогенные повреждения организма достаточно распространены, но аффект не является – и никак не может являться – причиной многих психоневрологических расстройств и соматических патологических состояний. Нередко последствия телесного действия патогенного аффекта со временем становятся самостоятельной терапевтической или хирургической проблемой. Если, к примеру, у человека развился тяжелый инфаркт миокарда, – пусть и на “нервной почве”, – то ему необходима помощь кардиолога, так как никакая психокоррекция, психотерапия, поиск и исправление жизненных ошибок никогда такое поражение сердца не вылечат.).

При аффекте общий объем поступившей в забарьерные ткани организма патогенной информации складывается из суммы множества местных тканевых объемов информации; соответственно, общий объем носителя информации – отечной жидкости, является суммой множества местных экссудативных объемов (философская категория “целое и его части”). Местные и общие объемы информации и ее носителя прямо зависят не только от площадей поверхности каждого локуса сосудистой альтерации и их общей суммы, но и от внутрисосудистого давления крови – “давления информации” на преграду – стенку сосуда. В сумме эти факторы определяют скорость, выраженность и итоговый объем местной и общей экссудации, то есть – скорость поступления информации и ее носителя в ткани и их общие и локальные объемы. Общий объем информации также будет зависеть от длительности и силы аффекта. Патогенность аффекта, в свою очередь, зависит от времени экспозиции патогенных для данной личности констелляции факторов внешней среды и силы их перцептивного действия на анализаторные системы головного мозга (зрение, слух, обоняние и т.д.), которые первыми принимают поток информации из внешнего мира.

Если “тканевая память” – это альтерация, то “тканевое мышление” (мы-шление – мы шли) – это экссудация или поступление информации в ткани через окно памяти, а резорбция жидкости забарьерными тканями из просвета кровеносного сосуда через альтерационные отверстия – это процесс поглощения тканями информации. В таком контексте удаление информации из тканей – это дренаж отечной жидкости (с патологическим тканевым содержимым). Стирание тканевого импритинга или телесное забывание о болезни – это, в первую очередь, закрытие альтерационных отверстий – местных окон памяти, то есть восстановление целостности сосуда, которое обусловлено исчезновением или существенным урежением аффективных атак и их интенсивности на время, достаточное для репарации альтерированных участков сосудистой стенки. Поэтому “время лечит” и способствует забыванию.

В моем понимании информационная емкость окна памяти (участка альтерации) или его пропускная способность – это количество прошедшей через него информации (и объем ее носителя) из общего информационного потока (крови в сосуде) в забарьерные ткани – получатели и потребители информации (при психосоматической патологии это получатели и потребители информации поневоле, так как Образ, самовоплощаясь, насильно “вдавливает” ее в ткани). Емкость одного окна памяти зависит от площади альтерационного отверстия, локальных внутрисосудистого давления крови, скорости кровотока (при медленной скорости уменьшится, а при стазе крови – прекратится поступление информации к альтерационному окну; но отсутствие информации – это тоже патология) и длительности процесса экссудации.

Как видно, все параметры, определяющие емкость окна памяти, измеримы, поэтому, при желании и необходимости, телесную память о психосоматической болезни можно описать математической формулой, отобразить графически и пространственно локализовать. Не являясь специалистом в области информатики, подчеркну, что в данном случае речь идет только о психосоматической патологии, точнее, о моменте первовоплощения Образа (как “информационного слепка” окружающей среды) через окна памяти – участки альтерации кровеносных сосудов, в забарьерные ткани.

Такая память не может быть (сколько-нибудь длительно) локализована в газообразных или жидких тканях и субстанциях (средах) организма, включая кровь, лимфу и ликвор, потому что они не способны сохранять форму и образовывать (длительно устойчивое) отверстие. Очевидно, местная память сосудистой стеки становится памятью о болезни (“переход количества в качество”) только при попадании (через окно памяти) в забарьерные ткани определенного кванта информации и объема ее носителя (отечной жидкости), достаточных для наступления патологических местно-тканевых изменений. То есть память – это просто память, проход для информации, и в плане вреда или пользы для организма она нейтральная: не плохая и не хорошая. Вред организму, повторимся, наносит попадающий в него (через окно памяти) переизбыток информации в виде патологически большого объема экссудата. Разумеется, играет роль и качество информации – биохимические и другие свойства экссудата-плазмофильтрата. На уровне целого организма гораздо более важна сила и длительность действия аффекта (Образа), который, внедряя потоки информации в ткани, собственно, и делает эту память плохой или хорошей. Аффект, в свою очередь, определяется патогенностью для личности определенной внешнесредовой ситуации, точнее, тех ее свойств и факторов (см.: импритинг), которые, перцептируясь, как условно-рефлекторные раздражители, актуализируют в “Я”-мозге индивида патологическую аффективно-когнитивную структуру с силой, достаточной, чтобы вызвать позное напряжение и через это – развитие или очередное обострение психосоматической патологии.

Таким образом, (перво)информация, являющаяся причиной развития психосоматической патологии через формирование патогенной аффективно-когнитивной структуры у конкретного субъекта, как и вирулентный объем этой информации, достаточный для альтерации гистогематических барьеров организма, зарождается и располагается во внешней среде (тело для сознания – это тоже, напомним, внешняя среда) – определенном перцептивно (и, возможно, как-то по-другому) воспринимаемом, осмысляемом и эмоционально переживаемом гештальте (совокупности воспринимаемых анализаторами ЦНС средовых параметров, картин, событий, действий, ситуаций и т.д.).

Если кровь – это информационные потоки, то сосудистая система – это русло для прохождения информации. При общем или локальном повышении внутрисосудистого давления крови объем информации начинает сначала “проситься”, а затем “пробиваться” в ткани, все сильнее “давить” на сосудистые стенки, которые при достижении этим давлением определенной величины как бы “открываются” и “пропускают” информацию вовнутрь организма. То есть альтерации – формированию окна памяти, предшествует давление крови-информации. Поэтому формирование памяти (как и следование через это окно информации на носителе) – это всегда энергозатратный процесс, и чтобы появился единичный локус альтерации – элементарная и неделимая далее ячейка местно-тканевой памяти, всегда необходимо затратить энергию и произвести работу. Также на запоминание – появление окна и системы окон памяти, требуется время, необходимое для альтерации материальной преграды. Для этого нужны предварительная аффективная “накачка” субъекта – кумуляция аффекта, и определенное время экспозиции перцептируемой внешней среды.

Процесс альтерации сосудистой стенки можно охарактеризовать как пробивание информацией при помощи своего носителя входа вовнутрь организма (судьба стучится в “анатомические двери”), а процесс экссудации – это проникновение информации из кровеносного сосуда в забарьерные ткани. Как только периваскулярный отек – объем телесно воплощенного в виде порции экссудата кванта информации, достигает определенной величины, то за счет выравнивания внутрисосудистого и тканевого давления жидкости (информации) процессы экссудации (проникновения информации) прекращаются. Образно говоря, утолив (иногда невольно) “информационный голод”, ткань становится информационно (пере)насыщенной.

Кровь, как бы сберегая информацию для себя и оберегая забарьерные ткани от ее избытка, стремится закрыть информационный канал – альтерационное отверстие, кровяным микросгустком или пленкой фибрина, иначе, при нарастании отеков выше какого-то уровня, информация может в буквальном смысле затопить и даже погубить забарьерные ткани, а порой – и убить человека (известны случаи смерти от сильного аффекта). То есть альтерация сосудистой стенки активирует местные репаративные процессы, и, только появившись, окно памяти сразу активирует свое закрытие – местное “тканевое забывание”. Поэтому для того, чтобы телесная память о болезни (локусы альтерации) длительно существовала, – а это является необходимым условием для существования и патологического действия болезни, ибо без тканевой памяти о болезни нет и самой болезни, – необходимо постоянное или периодическое, с определенной кратностью, воздействие внешнесредового патогенного агента на мозг-сознание и последующее внедрение патогенной информации через окна памяти в забарьерные ткани. Иначе произойдет восстановление целостности сосудистой стенки и исчезновение местной памяти о данной болезни. В нашем случае необходимы (спровоцированные извне) специфические аффективные перегрузки. Важна также сила давления (материального носителя) информации, чтобы, если окно памяти – проход для информации, как полынья, “затянулся”, пробить эту “корочку льда”. Иными словами, постоянно или периодически должно быть высокое внутрисосудистое давление крови, достаточное для поддержания альтерационных отверстий открытыми или для их бужирования. В нашем случае память в виде альтерационных отверстий – понятие, в прямом смысле растяжимое: при слабом давлении крови-информации она небольшая, а при сильном – ее объем увеличивается. Поэтому всегда есть определенные границы или размах емкости каждой элементарной единицы памяти – минимальная и максимальная, зависящие от размера альтерационного отверстия в данный момент. Существует “молчащая” память, через которую не проходит поток информации, и “говорящая” память, через которую проходит поток информации. Очевидно, стирание телесной памяти о болезни необходимо проводить только во время ее “молчания”, а для этого необходимо прекратить прохождение через окна памяти потоков информации, актуализацию аффекта и активную перцепцию аффектогенной внешней среды (тропа, по которой не ходят, зарастает). И терапию психосоматической патологии (в идеале) необходимо начинать с прекращения воздействия провокатора аффекта – патогенной внешнесредовой ситуации.

Через окна памяти, когда они “прикрыты” или “закрыты”, патогенная информация как бы “просится” и “стучится” в организм. Человек – на уровне принятия какого-то решения, так как в основе психосоматической патологии всегда лежит, вспомним, ментальная ошибка выбора и расплата за эту ошибку, – волен (впервые или повторно) впустить или не впустить в свои “Я” и тело эту информацию. Поэтому окно памяти – это в прямом и переносном смысле некий принципиальный, судьбоносный порог, через который осуществляется переход в качественно новое состояние – здоровый превращается в больного. Когда информация за порогом, она (еще) безвредна, но если человек сам (впервые или повторно) запускает ее – зовет-кличет беду (внешнюю ситуацию), – то лично он и расплачивается за последствия ее внедрения новыми и новыми рецидивами (многие психосоматические больные напоминают Прометея, который, правда, в отличие от них, не был поисковиком-любителем жизненных граблей, не страдал ситуационной олигофренией и знал, за что расплачивается, страдает и терпит муки). Поэтому, в случае с психосоматической патологией, память – это еще и выбор, принятие решения, личная ответственность за себя и свое будущее. В итоге всегда и только сам человек – осознано или, что чаще и хуже, неосознанно! – выбирает духовно-психосоматическое здоровье или болезнь.

Механизмом, вызывающим попадание патогенной информации в ткани, является, вспомним, аффект и индуцированный им паттерн мышечного напряжения – поза, при помощи которых внешняя среда сама способствует собственному воплощению в тело человека и запоминанию этого процесса, этой, однажды проторенной дорожки для повторного все более и более глубокого ее (внешней среды) воплощения. Сначала при мышечном напряжении происходит повышение проницаемости внутримышечных кровеносных сосудов, и информация в виде отека через локусы альтерации – окна памяти, воплощается в мышцах. Затем наступает выдавливание крови из мышц, полнокровие нервной системы, желез, внутренних органов и т.д., и в них появляются альтерационные отверстия – формируется местная память о болезни, и начинается экссудация – воплощение информации. Таким образом, при формировании психосоматической патологии (перво)запоминание болезни – (перво)альтерация сосудистой стенки сначала происходит в паттерне мышц, образующих позу, и только потом – в нервной системе и внутренних органах. В позообразующих мышцах в последнюю очередь происходит и стирание памяти о болезни, и они могут длительно являться (последним) латентным депо памяти о психосоматической патологии в организме, а при возобновлении аффекта именно из этого резервуара памяти (как из тканевого депо инфекции) начинается патогенное информационное обсеменение организма и рецидив заболевания.

Положение об экстранейрональной и экстрасинаптической локализации памяти при психосоматической патологии приложимо и к самой нервной системе. Вопросы физиологии и электрофизиологии нейрона и синапсов подробно рассматриваются в соответствующей литературе, и я остановлюсь только на некоторых моментах, имеющих непосредственное отношение к заявленному тезису.

Как известно, нервная клетка импульсно разряжается по принципу “все или ничего”. Не бывает слабого или сильного импульса, он либо есть, либо его нет. Возбуждение нейрона и его аксональный импульсный ответ на внешний стимул становится возможным только тогда, когда синхронно возбуждается определенное количество постсинаптических мембран синапсов, расположенных на его теле и дендритах, – и не менее. Изменение гидратации перинейронального и перисинаптического тканевого пространства, вспомним, меняет порог возбуждения нейрона: отек его повышает, а гипогидратация – понижает. При повышении порога возбуждения для появления нейронального аксонального ответа необходимо будет синхронное возбуждение большего, чем обычно, количества постсинаптических мембран, и нейрон даст интегрированный ответ на запрос-информацию от большего, чем обычно, анатомического рецептивного поля и/или внешнесредового перцептируемого пространства. При понижении порога возбуждения нейрон выдаст аксональный импульс при возбуждении меньшего количества синапсов, то есть ответит на запрос от меньшего анатомического рецептивного поля или среагирует на меньшее количество внешнесредовых факторов. То есть, изменяя степень гидратации нервной ткани, участки альтерации сосудистой стенки нейроваскулярной сети влияют на электрофизиологическую и другую активность нейронов – и не только на уровне синапсов: есть еще эфаптические процессы и нейроглиальное взаимодействие. Следовательно, капиллярно-сосудистая система нервной ткани сама (точнее, “по заданию” аффекта-образа и внешней среды) регулирует активность нейронов, меняя пороги их активации; в частности, этим в ответ на действие перцептируемого средового патогенного стимула обусловлена стереотипность возбуждения ансамбля нейронов, интенсивность и длительность этого возбуждения и количество возбужденных нервных клеток. В этом же факторе и заложены потенции роста количества нервных клеток – членов ансамбля нейронов-носителей патогенной аффективно-когнитивной структуры.

Схематически формирование телесной и мозговой памяти о болезни выглядит следующим образом: личностно значимая внешняя ситуацияее перцептивное восприятие головным мозгомформирование в ЦНС аффективно-когнитивной структуры (а в психике – аффекта-образа) → отсутствие адекватного когнитированияотсутствие психомоторного реагирования и, следовательно, разрешения сложившейся ситуации персистирование аффектаперсистирование паттерна мышечного напряжения – позыпоявление очагов полнокровия в ЦНС и соматической сфере многолокусная альтерация сосудистой стенки в ЦНС и соматической сфере формирование сосудистой альтерационной перфокарты-решетки памяти о болезнипоявление большого количества отечных локусовразвитие состояния денервационной сверхчувствительности в нейронахснижение порога аффективного реагированияимпритинг сверхнизкого порога реагирования нервной системы (фиксированными локусами отека) → кумуляция патологического эффекта (от множества аффективных атак) → дальнейшее снижение порога реагирования личности на внешнюю ситуациюобогащение внешней ситуации новыми факторами (патогенизация, по сути, нейтральных факторов), вызывающими запуск аффектаувеличение количества локусов альтерации и объема телесной и церебральной памяти о болезнинарастание телесной воплощенности патогенной внешней ситуации

По подобной же схеме происходит запоминание болезни на уровне нейронов вегетативных и интрамуральных ганглиев: полнокровие → альтерация → экссудация → отек → развитие состояния денервационной сверхчувствительности → импритинг сверхнизкого порога реагирования.

Отеки также вызывают развитие депривационной сверхчувствительности во всех тканях организма (см. соотв. раздел), что тоже вносит свой вклад в патоморфологическую и патофизиологическую телесную “копилку” психосоматической патологии.

На уровне локусов альтерации в vasae nevrorum запоминание болезни и воплощение внешней среды происходит и в миелинизированных нервных волокнах в виде участков отека-демиелинизации. Начинает работать монитор отклонения, способствуя нарастанию ошибки восприятия внешней среды, усугублению неверного реагирования на сложившуюся ситуацию, что еще сильнее раздувает пламя аффекта, способствует еще большему “врастанию” (по мнению больного, все более и более патогенной, а, в действительности, по-прежнему нейтральной – у страха глаза велики) внешней ситуации в мозг и тело человека. В итоге ситуация-внешняя среда еще сильнее “держит” человека, буквально “вцепляясь” в него. Искажение информации монитором отклонения вызывает псевдообъективное информирование личности о происходящем (а нервные клетки просто реагируют на стимул).

Таким образом, как и в случае с телесной памятью, на уровне головного мозга (и остальных отделов нервной системы) запоминание о болезни обусловлено топическим расположением в цереброваскулярной системе локусов альтерации сосудистой стенки, образующих информационную перфокарту-решетку с окнами памяти – проходами для забарьерной инвазии патогенной информации и ее дальнейшего эфаптического и аксонально-импульсного распространения по нервной системе (а есть еще путь по трофической трассе: локус альтерации → нейрон → глиоцит → глиоцит → нейрон…). Код по-прежнему: ноль (минус) – нет альтерации, один (плюс) – есть альтерация.

В таком контексте мозговые кровеносные сосуды – это переносчики информации, или аналог компьютерных дисководов. Нейроны, расположенные за гематоэнцефалическим барьером, можно сравнить с компьютерным жестким диском, на котором записывается информация о болезни.

(Перво)внесенным извне в нервную ткань патогенным информационным агентом, меняющим активность нейронов, является поступление во время процесса аффектогенной экссудации определенной порции экссудата-плазмофильтрата – жидкого материального носителя кванта информации.

Цель инвазии информации (задается внешней средой) в нейроны – увеличить длительность перцептивной экспозиции определенного патогенного внешнесредового фактора путем повышения к нему толерантности и этим – облегчить его церебро-соматическое воплощение (чем длительнее возбуждение нейронов, тем больше выраженность тканевых отеков).

Механизм действия информации – торможение активности нейрона отеком. (Перво)параметр, изменяемый отеком-информацией, – повышение порога реагирования нейрона на стимулы. Сама внесенная извне в экстранейрональное пространство и записываемая на поверхности нейрона информация – это фиксированный порог реагирования его постсинаптических мембран на стимулы, отображающий количество синхронно возбуждаемых синапсов, необходимое для появления аксонального импульса или эфаптической реакции.

Постсинаптические мембраны синапсов, расположенных на теле, аксоне и дендритах нейрона – аналог поверхности компьютерного жесткого диска, на котором записывается информация. Локализованные на постсинаптической мембране материальные носители информации – это мембранные рецепторы; материальный квант, носитель одной единицы (одного бита) информации – это один мембранный рецептор.

Последствия внедрения информации – импульсная депривация нейрона: за счет повышения порога возбудимости перцептируемая внешняя среда как бы “отсекает” другую информацию. В свою очередь, импульсная депривация нейрона запускает другой, уже собственно внутринейрональный механизм – это развитие состояния денервационной сверхчувствительности, суть которого заключается в резком увеличении количества медиаторных рецепторов на постсинаптической мембране. Последствия этого – резкое повышение возбудимости нейрона и снижение порога его синаптического реагирования. Таким способом нервная клетка противостоит депривирующему (изолирующему) воздействию внешней среды, но этим же – способствует селективному проникновению патогенного фактора внешней среды, так как у любой адаптивной реакции есть обратная – дезадаптивная – сторона.

Таким образом, внедренная извне (из кровеносной системы) информация меняет работу нейрона путем модификации синаптической активности, а именно – изменением количества рецепторов к медиатору на постсинаптической мембране.

Фактически информация, доходя из перцептируемой внешней среды до постсинаптической мембраны нейронального синапса в неизменном виде (точнее, синапсу предназначенный квант информации из общего информационного потока), несколько раз меняет свой материальный носитель – переносчик информации. Как человек добирается на работу: сначала пешком, потом на метро, затем на автобусе, затем опять пешком; или как посылают письмо: сначала информация попадает на бумагу, пешком ее несут до почтового ящика, оттуда на машине доставляют до почты, затем – самолет или поезд, опять машина, пеший почтальон приносит сообщение адресату.

Подчеркнем еще раз, что хотя рассматриваемый аспект памяти о психосоматической патологии частично и локализован в нервной системе, но его гистологической первоосновой являются локусы альтерации сосудистой стенки в капиллярах, а также, возможно, артериолах, венулах, мелких венах и vasae vasorum нейроваскулярной системы, а не нейроны и синапсы (или другие клетки мозга).

Как и в случае с телом, единица памяти – это одно альтерационное отверстие в сосудистой стенке. Объем одной единицы памяти прямо зависит от площади поверхности конкретного альтерационного отверстия; понятно, что в отверстиях разного диаметра разный объем памяти. Общее количество единиц памяти – это общее количество альтерационных отверстий. Общий объем памяти зависит от суммарной площади альтерационных отверстий в стенках сосудов микроциркуляторного русла всей нейроваскулярной системы, то есть в головном и спинном мозге и периферических нервных ганглиях.

Материальный первосубстрат-носитель воплощаемой в забарьерные ткани из внешней среды патогенной информации – это конкретный объем отека в одном конкретном локусе. Нематериальная информация и материальный переносчик информации – это, еще раз подчеркнем, не одно и то же, но они конгруэнтны.

Таким образом, память и информация в организме человека при психосоматической патологии (а, возможно, и не только при ней и не только в человеческом организме) – это абсолютно разные вещи. Память – это отверстие (“окно”), минус-ткань, следовательно, она нематериальна, а материальны только ее границы, в данном случае – это края альтерационного отверстия в сосудистой стенке. Материальный субстрат, переносящий через окно памяти информацию, – это экссудат, отек. Переносимая этим жидким носителем информация – это новые параметры порога возбудимости нейрона (в итоге заданные внешней средой). Следовательно, повторимся еще раз, в человеческом организме собственно память и информация нематериальны, материальны только границы памяти и носитель информации. Иными словами, запоминание возможно только там, где есть естественное отверстие или участок альтерации некогда целостной поверхности, то есть созданы условия, необходимые для сквозного прохождения и проникновения, инвазии информации за некий материальный барьер – преграду; информация же сама по себе, без материального носителя никак не может попасть в живой организм.

Я полагаю, что в отрыве от материального носителя информация, которую я считаю ни чем иным, как неотъемлемыми физико-химическими (возможно, есть и иные) свойствами ее материального носителя, просто не существует, есть только материя–информация. Невозможно бессубстратное существование просто каких-то физико-химических и любых других свойств, так как само наличие свойств подразумевает их обладателя. Свойствами – каждый своими – обладает все сущее, и, если бы это было не так, то просто ничего бы не было, то есть не было бы ничего сущего (сущее, с-ущее, с-уже-есть – нечто с чем-то уже имеющимся).

Альтерация как процесс – это запоминание, экссудация – процесс переноса информации, пролиферация – материальный результат или итог действия доставленной в пункт назначения нематериальной патологической информации (при психосоматической патологии результатом воплощения патогенной внешней ситуации, ее местно-тканевым овеществлением также является, если отвлечься от нейронов и синапсов, новообразованная патоморфологическая пролиферативная масса: отек, амилоид, гиалиноз, склероз, петехия и т.п.). Для того, чтобы в последующем свободно проникать в ткани, информация, точнее, первоинформация, при помощи давления на материальную преграду своего информационного носителя сама пробивает в этой преграде окно памяти; причем размер пробитого окна достаточен для последующего попадания в ткани, как минимум, такого же объема информации. То есть память в виде локуса возникает не сама по себе, а ее появлению всегда предшествует самостоятельное, вопреки “желанию преграды”, первовнедрение кванта информации из некого общего информационного потока, находящегося за пределами этой преграды, и поэтому память по отношению к информации всегда вторична. Существование первичной по отношению к информации памяти (в рассматриваемом случае) невозможно, то есть само понятие памяти всегда вторично и подразумевает первое и последующее прохождение через нее – как проход, отверстие в некой преграде – информации.

Когда будущий тканевой отек – этот объем жидкости, еще движется внутри сосуда в общем потоке крови – это просто жидкость без границ, часть какого-то гораздо большего объема жидкости. Она не имеет конкретного объема (нельзя в движущемся потоке крови точно указать, какая ее часть, в каком количестве, с какими параметрами-свойствами, где и когда попадет в забарьерные ткани) и, следовательно, не является носителем конкретного объема информации, а является просто носителем информации в виде общих и частных свойств крови и ее компонентов (нет материального объекта, который бы не являлся носителем информации, то есть не имел бы никаких физико-химических свойств), но не ее реальным переносчиком в ткани. То есть это – реальный носитель информации и потенциальный переносчик определенного объема информации в ткани. Когда заканчивается процесс экссудации, то этот объем жидкости становится и носителем, и реальным переносчиком информации.

Как только экссудация закончилась, и информация прибыла в свой конечный пункт – экстравазальное межклеточное пространство, происходит ее исчезновение, так как потенциальные физико-химические свойства экссудированного объема жидкости – это и есть информация – немедленно (время не ждет) трансформируются в реальные физико-химические процессы-реакции.

Информация – это перемещение-движение носителя с определенными физико-химическими свойствами-потенциями в неком потоке. Как только происходит остановка и начинается действие (отек-носитель прибыл на место), информация сразу исчезает, трансформируясь в индуцированные отечной жидкостью конкретные физико-химические тканевые реакции.

Таким образом, носитель информации – это всегда некий материальный субстрат (в нашем случае – объем жидкости); заключенная в нем информация – это физико-химические свойства этого субстрата, то есть потенциальные физико-химические реакции и взаимодействия или другие возможности этого субстрата (из всего арсенала физико-химических возможностей-проявлений любого кванта любого вещества-материи), точнее, те из полного объема его возможностей, которые будут реализованы-востребованы промежуточным эстафетным получателем-передатчиком или конечным получателем информации (я не пишу о различных, так называемых, тонких (био)полевых и неких торсионных взаимодействиях – то ли реальных, то ли гипотетических, и о потенциальных информационных аспектах таких взаимодействий, так как, не отрицая их существование, не считаю себя специалистом, хоть сколько-нибудь разбирающемся в этом запутанном вопросе не только на уровне знания, но и даже на уровне понимания).

Нематериальность информации заключается в физико-химических потенциях ее носителя как будущего реактивного агента. Получается, что (нематериальная) информация – это потенция (взаимо)действия двух встретившихся в нужном месте материальных объектов, но не само это (взаимо)действие.

Также информация не может быть как-то связана со своим носителем, так как понятие “связь” подразумевает некую автономность связанных частей и само наличие частей, а информация – это неотъемлемые физико-химические свойства носителя, вытекающие из его строения и формы (в данном случае форма – как детерминанта интенции и реального арсенала возможностей (взаимо)действия), то есть его, носителя, неотделимая часть, и эту пару – носитель-информация, невозможно разорвать, разбить никакими способами. Уничтожить информацию можно только одним способом – уничтожив ее материальный носитель, вместе с которым исчезнет и информация; уничтожить только материальный носитель и при этом сохранить информацию невозможно. Но, строго говоря, полностью уничтожить информацию вообще невозможно, так как для этого необходимо признать реальность аннигиляции материи (как в песне: “вот она была – и нету”). Поэтому под уничтожением информации следует подразумевать ее элиминацию, фрагментацию или переход в другие свойства фрагментированного или как-то по-другому физико-химически преобразованного носителя. В больном организме при исчезновении какого-нибудь патологического симптома – как информации о болезни – всегда необходимо ставить вопрос: а “куда делись” материальные патоморфологические носители информации – продуценты симтома-действия (реализации информации).

Информацию можно только удалить, а для этого необходимо удалить из области реального или потенциального информационного взаимодействия ее субстрат-носитель. В случае с патологическим симптомом, истинная симптоматическая терапия – это всегда минус-ткань (= минус-симптом), то есть удаление из организма определенного объема функционально и биохимически активной патологической пролиферативной массы, являющейся продуцентом-носителем симптома-информации. При таком подходе к терапии из организма при симптоматическом лечении всегда должно что-то выйти, какие-то “кровь, пот и слезы болезни”, то есть произойти патоморфологическая и патофизиологическая (патоморфология – субстрат-носитель информации о болезни, патофизиология – реализация патогенной информации) декомпрессия страдающей ткани для облегчения ее ноши-болезни: мокрота, жидкость, гной, камни, желчь, глист и т.п., а для этого необходимо открыть некие “ворота” для выхода, канал сброса или что-то удалить хирургически; иными словами, необходимо похудеть.

Реально проводимая симптоматическая терапия – это чаще всего блокирование различных биохимических реакций в организме, что неминуемо приводит к накоплению не прореагировавшей (пато)биохимически активной субстратной массы (носителя информации о болезни), то есть усиливает “давление патогенеза” и является залогом последующего патофизиологического прорыва – и не обязательно в аналогичной форме и в том же месте организма. “Если в реальности мы не позволяем жить своим порывам, они будут жить все равно — скрытой, "преступной" жизнью. Жизненные потоки блокируются и приобретают искаженные формы. Внутри внешне совершенного человека могут открыться врата ада”, пишет Менегетти.

Информацию также можно нейтрализовать, для чего необходимо удалить ее “вторую половинку” – другой носитель физико-химических свойств, с которым данная информация, прибыв на место, вступает во взаимодействие, или разъединить их, развести на расстояние, при котором их взаимодействие невозможно (принцип бинарного заряда). Например, отек подкоркового белого вещества, вызывая корково-подкорковое разобщение, способствует тому, что когнитивная “половинка” аффективно-когнитивной структуры – церебральной основы психосоматической патологии, отрывается и не взаимодействует со своей аффективной “половинкой” – не возникает (усиления) позного мышечного напряжения или других патологических реакций и, следовательно, обострения или очередной атаки болезни (поэтому противоотечная терапия – это “палка о двух концах”).

Если информация – это неотъемлемые физико-химические свойства материального субстрата (носителя информации), то прямая передача информации в принципе невозможна, и не признавать этого значит признать возможность отрыва материи от ее свойств. Информация может только исчезать в результате физико-химического взаимодействия ее субстрата-носителя с другим субстратом (носителем другой информации). Таким образом, передача информации – это не перескакивание физико-химических свойств с одного материального объекта-носителя на другой, а индукция движения другого материального носителя (не обязательно идентичной или подобной физико-химической природы) с такими же информационными свойствами к получателю информации, или – с другими свойствами, и тогда первоинформация (физико-химические свойства ее материального носителя) может значительно отличаться от последней информации (последнего субстрата и его свойств). Для этого необходимо ударное или вытесняющее воздействие механических или физико-химических свойств первого материального носителя на второй, в результате которого второй носитель начнет, ускорит или изменит движение в нужном направлении (по типу удара друг о друга билиардных шаров для попадания последнего в лунку или др.). Чаще происходит каскадное или эстафетное взаимодействие различной информации (и различных движущихся и стационарных носителей – кий и билиардный шар), в результате которого к адресату поступает необходимая информация. То есть первоинформация – в нашем случае это патогенные факторы окружающей среды, – следуя к адресату, не эстафетно меняет носители, а подвергается этапному метаморфозу. Внедряемая из внешнего мира в организм человека информация, еще раз повторимся, это средство для осуществления цели – появления плюс-материи, в случае с психосоматической патологией, патоморфологической пролиферативной массы.

Выделение информации и ее отдельный анализ – это не реалии, а необходимая научная абстракция, подобная той, когда цельного живого человека для удобства изучения разделяют на системы и органы, подразумевая при этом, что работают они только в едином блоке (автономные лабораторные живые ткани или хранящиеся трансплантаты – это не человек). Никакой передачи некой абстрактной информации – “чистой информации”, ее перескакивания с одного носителя на другой нет и не может быть, как невозможен и взаимообмен материальных объектов своими неотъемлемыми физико-химическими свойствами. Новый и предыдущий носители вступают в контакт-взаимодействие между собой, индуцируя движение нового носителя и его свойств-информации в нужном направлении. Таким образом, чистая информация – это научная абстракция.

Информация может полностью или частично не доходить до своего адресата или доходить до него в измененном виде. Адресат или получатель информации – это имеющее четкие пространственные координаты место (точнее, место встречи), куда направляется информация, и во всех случаях это не материальный объект, а (реально или потенциально) свободное, пустое пространство, в которое попадает информация, точнее, ее материальный субстрат-носитель. Поэтому адрес информации – это адрес ее носителя. Являясь неотъемлемыми физико-химическим свойствами своего материального носителя, информация не перескакивает с одного объекта на другой, и, в плане адресата, как материального объекта, информация всегда и только безадресна – и это принципиальное положение. Адресат информации нематериален, а только пространственно локализован (в нашем случае телесно локализован), и в этом он подобен памяти. Как и память, адресат информации – свободное, пустое от материи место в пространстве, ячейка, в которую мог бы поместиться материальный носитель информации (эта ячейка или “черный глаз” в материи – еще один “черный квадрат” Казимира Малевича), и, опять таки подобно памяти, адресат-получатель информации тоже имеет свои материальные границы. Но между памятью и адресатом информации есть одно принципиальное отличие: если память – это (пустое) отверстие-место, где происходит строго векторное сквозное движение физико-химически бездействующей материи-информации, то адресат информации – это (пустое) ячейка-место, где происходит реализация (исчезновение) информации или физико-химическое (взаимо)действие материальных носителей информации. Если память – это движение-бездействие информации, то конечный адрес (пункт назначения) – неподвижность-действие информации. И если через окно памяти одномоментно проходит всегда половина информации (единица памяти всегда половинчата), то в локусе расположения информационного адресата встречаются и взаимодействуют обе половинки информации. Наличие окна памяти для половинки информации подразумевает наличие другого окна памяти для другой половинки информации, а адресат (место встречи) этих половинок всегда и только один. Для меня парадокс адресата информации подобен парадоксу памяти – то, чего в материальном смысле абсолютно не существует, в тоже время реально существует и, мало того, влияет на материальный мир и имеет определенную локализацию. И память и адресат информации, являясь идеальными (по крайней мере, нематериальными) образованиями, имеют материальные границы (а что такое “черные дыры” во Вселенной?).

При психосоматической патологии, напомним, работает монитор отклонения, который вызывает переадресацию и качественное и количественное изменение информации. Это, наряду с эфаптическим и дистантно-импульсным воздействиями нейронов из ансамбля нервных клеток, образующих аффективно-когнитивную структуру, способствует обсеменению патогенной информацией новых нервных клеток и их функционально-структурное вовлечение в стереотипное аффективно-когнитивное реагирование (и его последующий импритинг за счет отека и денервационной сверхчувствительности) на патогенную внешнюю информационную ситуацию – так при моральном конфликте в больном сознании-мозге прорастают семена (патогенного (дез)информационного) зла.

При попадании информации к адресату начинается ее реализация, когда ее потенции, потенциальные физико-химические свойства, трансформируются в конкретные физико-химические реакции-взаимодействия с материальным окружением, точнее, со “второй половинкой”, а, так как исчезают потенции, заменяясь кинетикой, исчезает и информация, заменяясь действием, точнее, трансформируясь в действие.

Задача (носителя) информации – поиск второй половинки (носителя) информации и их (физико-химическое) (взаимо)действие.

Цель информации (как слияния-суммы двух прореагировавших половинок информации) всегда и только одна – рождение новой информации и нового материального носителя; поэтому слияние половинок информации напоминает оплодотворение: 1 + 1 = 1 (или “два в одном”). Родившийся материальный носитель – это новообразованная пролиферативная масса с необходимыми, – исходя из цели, с которой послана информация, – свойствами.

Таким образом, если цель как итог действия информации – это пролиферация, принципиально именно забарьерный тканевой масс-прирост (имеется в виду гистогематический барьер и его часть – сосудистая стенка, как препятствие), то цель у внешней среды, пославшей эту информацию в сознание и организм человека, всегда одна – колонизировать “Я”, воплотиться в мозге и теле, вырастить в человеке самою себя, чтобы в дальнейшем пользоваться и управлять этими “Я”, мозгом и телом.

Воплотиться в Сознание и управлять им при духовно-психосоматической патологии невозможно (ибо невозможно воплотиться, материализоваться в бесплотном, нематериальном), и поэтому оно не поражается при этих болезнях. Но можно попытаться обманывать, дезинформировать Сознание, управляя поступающими в него информационными перцептивными и проприовисцероцептивными потоками, которые Сознание, собственно, и перерабатывает в Образы; также можно менять и параметры этих потоков или искажать и переадресовывать их монитором отклонения. Овладение этими вожжами-потоками позволяет осуществить высшую и главную цель внедрения информации и внутрителесного воплощения внешней среды – изменение (образа) жизни, поведения и действий человека (о чем подробнее будет написано далее). Задача каждой конкретной внешней среды – через воплощение в “Я”-мозг определенной информации вынудить, спровоцировать или заставить человека совершить какое-то деяние или поступок, в результате которого произойдет изменение в этом участке материального мира в нужном ему (миру) направлении. Тогда произойдет осуществление желаний и чаяний внешней среды, которая именно для этого вожделеет и привязывает человека, завладевая его “Я”, мозгом и телом.

В моем понимании органическая жизнь – это жизнь тела с органами, позволяющими самостоятельно осуществлять какие-либо действия во внешней среде, удовлетворяя, тем самым, свои потребности.

Неорганическая жизнь – неживая материя, в частности, неподвижные природные ландшафты (и “заряженные” посланиями-Символами произведения искусства), тоже имеет потребности и испытывает желания, но, в отличие от живой материи, включая человека, не в состоянии сама удовлетворить многие свои потребности и исполнить желания и использует, предварительно явно или скрытно поработив, для этого различные формы жизни, включая и человека, как имеющие тело, способное передвигаться и выполнять определенные действия.

Для осуществления своих планов внешняя среда часто использует, как посредников, других людей, влияющих на нужного ей субъекта (другой способ – поработить гения, заставить его создать произведение искусства, заряженное определенным Символом-посланием, которое будет веками и тысячелетиями действовать на потомков в нужном внешней среде направлении). Но для этого внешней среде сначала необходимо незаметно (разум, душа и сердце все же не дремлют) изменить работу головного мозга и воплотиться в тело.

Прямое проникновение материальной внешней среды в материальное биологическое “Я”-мозг-тело человека невозможно, так как тело повредится, и человек погибнет. Это проникновение происходит по схеме: внешняя среда Символ-информацияанализаторы ЦНС (зрение, слух и т.д.) (при перцепции анализаторами ЦНС, постоянно сканирующими все вокруг, интересных, привлекательных или манящих по другим причинам картин и событий, внешняя среда “цепляет” эти анализаторы) → СознаниеОбраз“Я”-мозг-телодействия и поведение человека, индуцированные внешней средой и необходимые ей.

При максимальном воплощении внешней среды в “Я”-мозг-тело человека и максимально возможном овладении проприовисцероцептивными потоками, ответственными за формирование высшего проприовисцероцептивного человеческого “Я” (о чем далее), прежнее “Я” модифицируется и в какой-то степени заменяется, что зависит от объема воплощенного внешнесредового Символа-информации. Но человек, формально по-прежнему психосоматически владеющий-управляющий своим телом и ощущающий его, это тело, и свою власть над ним через проприовисцероцептивные потоки, не догадывается, что его тело уже частично ему не принадлежит, и что он, как “Я”, – это уже в какой-то степени не он, так как живет не для себя и осуществления своей индивидуальной человеческой миссии, для которой он рожден и телесно проявлен в этом мире, а выполняет тайком навязанную ему волю внешнего мира. Человек незаметно становится марионеткой, куклой, мыслями, желаниями и поведением которой частично руководит внешняя среда, дергая за аффективно-когнитивные “ниточки”, – недаром говорят: вся жизнь это сцена, театр, и мы в ней куклы-актеры.

Но не нужно рассматривать воплощение информации-Символа из внешней среды только как патологический и вредный феномен. О патологии много пишется, исходя из темы данной работы, но (все же очень хочется верить, ибо точно знать – не дано, что) гораздо чаще происходит воплощение позитивных внешних Символов с последующим духовно-психосоматическим обогащением личности или даже метанойей – перенесением, точнее, привнесением, в нее (целого-части делимого-неделимого подвижного-покоящегося) высокого Смысла из окружающего Мира (“оплодотворением” Сознания человека мировым Умом-Духом-Смыслом), с радикальным обновлением, порой, угасающих сознания, души, сердца и тела. Все мы хорошо знаем, как облагораживает и придает новый импульс жизни общение с прекрасными людьми, живой природой, культурой и высоким искусством; таким же действием обладают телесные практики, направленные на разрушение телесной проекции воплощенного патогенного Символа-Образа – патологической позы, являющейся соматической осью-основой психосоматической патологии.

При воплощении внешняя среда использует изначально заложенную в (живом) человеке – как всегда и только триедином духовно-психосоматическом существе – тринарность или принцип структура↔функция↔цель (применяя слово “тринарность”, я подчеркиваю сходство с бинарным боевым зарядом, когда каких-то два вещества в отдельности химически инертны и безопасны, а в смеси высоко реактогенны и взрывоопасны). Я (тоже) полагаю, что, как всеобщий принцип, тринарность (или треугольность как основа тетрактиды) структура↔функция↔цель заложена во всем сущем, является всеобщей основой бытия и поэтому приложима ко всем материально проявленным (а других нет!) субъектам и объектам нашего мира, и если Жизнь – это всегда и только структура↔функция↔цель, то тогда все – Жизнь.

Цель, как Смысл и Предназначение материального, биологического проявления человеческой (и всякой другой) Жизни, располагается вне биологического – “тварного”, психосоматического – человека, а (частично) в его духовной сфере и (частично) в духовной сфере внешнего мира (очевидно, имеется некое “соустье” между “духовным” и “психосоматическим”, которое как-то (не)биологически устроено и где-то в биологическом теле локализовано). В свою очередь, человек духовно(-психосоматически) воздействует на внешний (по отношению к нему) Мир по этому же принципу, являясь Целью и Смыслом чьей-то биологической(↔небиологической) жизни(↔смерти), а не только желанной добычей Кого-то или Чего-то из окружающего Мира.

Структура↔функция↔цель в человеке может иметь следующее толкование (очевидно, возможны и другие): тело(-структура)↔душа/сердце(-функция)↔(Дух/Ум/)сознание(-цель). Из этого следует, что у каждой – всегда и только тринарной – человеческой Болезни, как и у каждого – всегда и только тринарного – человеческого Здоровья обязательно имеется своя собственная Цель, свой Замысел – и Демиург этого Замысла (Архитектор Проекта Болезни, – посылающий (насылающий) патогенный Символ, который в человеке превращается в живую духовно-психосоматическую Сущность, являющуюся/вызывающую болезнь).

Представляется, что в принципе невозможно излечить духовно-психосоматическую патологию без привлечения Демиурга Смысла и Цели индивидуального здоровья – и здоровой жизни, – который должен быть сильнее и/или желаннее Демиурга Смысла и Цели имеющейся болезни – и больной жизни, – чтобы смочь развоплотить-дематериализовать и изгнать болезнь-Сущность из духовно-психосоматической сферы, – ибо только тогда произойдет подлинное очищение человека от духовно-психосоматической скверны, его переодухотворение и выздоровление.

Пока человек (вновь) не обретет верную цель и дорогу-смысл своей жизни, он будет оставаться “человеком больным”, и задача врача (а больше практически и некому, ведь больной всегда приходит к врачу) – помочь ему в этом.

Вот только кто поможет самому врачу, неизбежно “вдыхающему” патогенную символику, выделяемую больным, (само)исцелиться и научит его (если, конечно, этому в принципе возможно научить(ся), и речь не идет о неких врожденных качествах) не просто жалеть больного, – ибо одного этого мало, – а одухотворять бесцельно и бессмысленно мучающегося человека. Если же больной не бесцельно и бессмысленно мучается, а страдает, – то есть он уже нашел Цель и Смысл своей жизни и через боль-страх-болезнь прорывается к ней, – то врач своим со-страданием (а не вместо-страданием, о котором еще будет сказано) должен его морально поддерживать или даже, подобно молящемуся за чью-то заблудшую душу священнику, (одному и/или вместе с самим больным) посылать его (больного человека) личному Демиургу-Спасителю Зов... Жалость же врача к больному, – как и в принципе любая жалость – всегда и только вредит и пациенту и самому врачу (и их библейским “ближним”); недаром слово “жалость” этимологически происходит от слов “жало”, “жалить”.

“Жалеть” больного (как и здорового) значит проделывать отверстие в его невидимой (бездуховному↔бездушному↔бессердечному = “жалеющему-жалящему” врачу) защитной духовно-психической броне-оболочке, через которое либо произойдет потеря-“истечение” (“духовная кровопотеря”, – возможно, невосполнимая – из священного сосуда-Грааля индивидуальной жизни) части Сознания↔Души↔Любви, либо через эту ятрогенную духовную/душевную/сердечную рану-отверстие дополнительно внедрится “Нечто” – (бездуховное/бездушное/бессердечное-)патологическое-“Чужое”.

Как правило, в паре, точнее, в патологической духовно-психосоматической диаде “врач↔больной” жалость обоюдна, что может привести к следующему: врач + больной + (чья-то из них) жалость = (полу)врач-(полу)больной↔жалость↔(полу)больной-(полу)врач + (еще чья-то, например, другого больного, врача или библейского “ближнего”) жалость… Но оставим эту грустную тему и вернемся к информации.

Итак, при психосоматических болезнях первовнедрение патогенной информации происходит в центральную нервную систему, которая, спасая организм, принимает первый внешнесредовой патогенный информационный удар на себя. И сила этого удара, порой, такова, что речь нужно вести о своеобразном повреждении информацией – острой информационной (духовно-психической и) нейротравме (по описанным ранее патофизиологическим механизмам). Но не все в этом вопросе так просто, как кажется, и роль нервной системы – и не только при патологии, но и при так называемой “норме” – весьма и весьма неоднозначна, и лично у меня нет окончательного ответа на (далеко не праздные!) вопросы: “кому в итоге принадлежит и служит головной мозг – человеку, в теле которого он анатомически расположен (правда, “всю жизнь” прячась от “своего” тела за надежным гематоэнцефалическим барьером, при нарушении которого тело моментально начинает уничтожать “свою” нервную систему), или внешнему миру, патогенную (и любую другую) информацию от которого этот самый мозг с готовностью и в любых количествах в себя и в тело не только впускает, но и – при помощи “глупых” (пато)физиологических механизмов – услужливо помогает ей (чуждой-патогенной информации) материализоваться-воплотиться, непосредственно руководя этим процессом”, и – “он, этот наш(-чужой?) мозг, нам друг или враг?”. Нет ответа и на еще один вопрос, логически вытекающий из предыдущих: “кому – больному человеку, обратившемуся за помощью, или враждебным этому самому человеку силам внешнего мира – (невольно) помогают своим лечением психиатры и невропатологи, а также нейрореаниматологи и другие нейроспециалисты?”. То же самое можно спросить (правда, не зная, кому адресовать этот вопрос) и об истинной роли нашего(-чужого?) сознания...

Вообще создается впечатление, что в эволюции, как вечной борьбе (или все-таки не борьбе, а коэволюционном взаимодействии, взаиморазвитии и взаимообмене?) между “живым-небиологическим” и “живым-биологическим” Мирами за овладение волей и порабощение друг друга, нервная клетка – в частности, и нервная система – в целом, являются главной ареной этой древней (или, как Мир, вечной?) схватки, так как тот, кто (о)владеет нервной системой, тот управляет и мышечной системой, непосредственно осуществляющей деятельность по покорению и преобразованию окружающего духовно-материального мира; недаром считается, что существование нервной системы без мышечной эволюционно не оправдано и бессмысленно. По сути, (для психобиологических “нас”) нервная система – это не просто дар эволюции, а своеобразный “троянский конь” (внутри которого спрятан агент внешнего мира – спрут, многочисленными щупальцами – нервными проводниками и одиночными волокнами – вросший в наше тело из внешнего мира), ведь именно через нее первично внедряется “Чужое”, тайно одухотворяясь-овеществляясь в сознании-мозге в виде Сущности-Образа, который растет, набирает силы, постепенно захватывает афферентно-эфферентные психосоматические “вожжи”, управляющие мышечной системой, и затем, в нужный (Кому-то – кому?) момент (тайным сигналом о наступлении которого, вспомним, является опять-таки внешнесредовой “вестник” – микротриггер) заставляет послушное автомат-тело (психосоматического андроида или Зомби-человека) рефлекторно-бездумно выполнять Чьи-то приказы и осуществлять Кому-то нужные действия; и об этом человек – за редким исключением (например, такое исключение – Антонио Менегетти) – совершенно не догадывается, думая-считая, что живет по собственной воле и “своим умом” (это при помощи чужого сознания-мозга!) – как тут еще раз не вспомнить фильм “Матрица”!

Так, “Кто”, как и – не менее главное – для “Чего” и/или “Кого” создал нервную систему в по-дарвиновски эволюционирующих живых организмах или на каком-то этапе эволюции “грамотно” внедрил ее семя извне?

В моем понимании эволюция – это вечный процесс, не прекращающийся с момента Сотворения Мира и просто принявший в биологической жизни другие, чем в “небиологическом живом”, формы, и, по идее, в добиологических живых организмах должен быть какой-то аналог “троянскому коню” – нервной системе.

Я полагаю, что нервная система – это тайный психоневрологический (или, на донервной стадии развития биологических форм жизни, эквивалентный психоневрологической системе) “эмиссар” (очевидно, “по совместительству”) “живого-небиологического” внешнего мира, который когда-то, в эволюционном прошлом, был внедрен-воплощен в биологические организмы эволюционных предшественников человека. Также нельзя исключить, что этот “эмиссар” (с) каким-то образом – Образом! (и тогда, выходит, что нервная система образно воплощается в будущий “свой” организм вслед-вместе с Символом-Духом-Сознанием) постоянно заново (возможно, кармически) воплощается в каждый зарождающийся (или реинкарнационно возрождающийся и – по Цели-Смыслу-Духу – тот же самый!) организм в момент оплодотворения или несколько позже и растет вместе с ним, например, воплощенный и “замаскированный” под универсальные клетки-предшественники – унипотентные клетки (или загадочные тромбоциты – плавучие аналоги нейрона, лишенного ядра и отростков), либо под какую-то внутриклеточную органеллу или ее часть (на этот предмет особенно “подозрительны” митохондрии); или это нервные трансмиттеры (и, возможно, сопряженные с ними вторичные мессенджеры) – передатчики нервного импульса, донервные функции которых у прокариот и других одноклеточных и многоклеточных организмов, не имеющих нервной системы, и донервные и ненервные вне- и внутриклеточные функции в эмбриогенезе у организмов с нервной системой достаточно хорошо изучены и прослежены, начиная с момента оплодотворения.

По сути, анализаторные системы головного мозга – это анатомические “ворота” в (наш!) организм, которые всегда гостеприимно и настежь распахнуты для “внешнего-чужого-небиологического”, перцептивно – по типу непрерывного вдоха без выдоха – внедряющегося в психику и нервную систему в виде “безобидного” информационного потока (“глотка” знаний; да, знание – сила, но чья?). Периферические рецепторы анализаторных систем – это легитимные и никем “не охраняемые” входы-каналы для проникновения патогенных Символов в любых количествах и любой модальности: зрительных, обонятельных, тактильных, вкусовых, звуковых, температурных и т.п. – так мертвый (по отношению к “живому-биологическому” или, быть может, по мнению “живого-биологического”) символический внешний мир, которому восторженно поют дифирамбы поэты и истово поклоняются служители различных культов, который неустанно изучают ученые, любовно берегут экологи и страстно созерцают философы, сплошным кругложизненным мертвящим потоком проникает в (еще) живых и беззащитных (или растяп) нас и, оживая-овеществляясь, по-хозяйски присваивает нашу плоть, руководит нашими поступками и действиями и по-вампирски высасывает из нас жизненные соки. И остановить, пропустить или не пропустить, уничтожить или обезвредить эту ораву, в наглую и не прячась внедряющихся нескончаемых легионов мертвых – и этим патогенных и в итоге убивающих нас! – Символов, может только Сознание (если оно, конечно, “наше” или “за нас”) – пусть и не навсегда, а только на относительно короткое время, длинною в нашу (земную) жизнь, – и, как это ни парадоксально звучит, – тоже только при помощи той же самой центральной и периферической нервной системы, являющейся, таким образом, “двойным агентом” или “слугой двух господ”.

Тогда получается, что нервная система – это построенный из психобиологических “кирпичиков” инструмент в “руках” ее Создателя-автора – небиологического(-нематериального) и неживого-немертвого Духа-Ума-Сознания, для образного и в своих целях управления жизнью и поведением тварного “Я”-человека; или это не инструмент, а карающий меч Сознания, и тогда нервная система – это кнут↔пряник для психосоматического человека – полураба↔полугосподина своего-чужого “Я”-тела.

Но также возможно, что, в свою очередь, и (то, что мы называем словом) Сознание когда-то, Кем-то и с какой-то Целью было встроено в биологического “Я”-человека; или все наоборот: это “Я”-человек каким-то образом – Образом! – вторично материально “наращен” на вечном и вездесущем Уме-Сознании, пожелавшем материализоваться в этом Мире и воплотиться в этом теле?

Так что, человек – это всего лишь заводной “психосоматический андроид”, марионетка Сознания и/или внешнего Мира? Порой, мне кажется, что Ум-Дух-Сознание воплощается в телесную оболочку-человека (или создает ее) только для чего-то одного: реализации какой-то, – то ли доброй, то ли злой, – Мысли (Действия, Духовного Акта), что произошло бы очень быстро, быть может, всего лишь за какое-то мгновение, если бы этому постоянно не мешали, – выходит, наши друзья, а не враги – Символы из внешнего мира (или это – Символы-Сознания, борющиеся с “нашим” Сознанием за наши душу и тело). А потом, свершив задуманное, это бесстрастное Сознание навечно покидает наше, больше ненужное, тело, (подло) оставив его (нас!) умирать или на растерзание другим Сознаниям-Символам, и тогда в этом – самая большая и трагическая несправедливость человеческого рождения, жизни и смерти – так для чего мы появляемся на Свет!

Великий Дарвин показал, что так называемый “естественный отбор” ведет Внешняя Среда – и, добавлю от себя, делает она это, подобно покупке рабов на невольничьем рынке (когда слабых отбраковывают) или – в случае с эволюцией человека, – подобно выведению пород все более и более совершенных домашних животных-“психосоматических андроидов”. Но каким способом и при помощи какого орудия Внешняя (по отношению к “Я”-человеку) Среда осуществляет естественный отбор, несмотря на противодействие Сознания (если, конечно, Сознание – это не встроенное в “Я”-тело орудие “естественного” отбора)? На мой взгляд, ответы на эти вопросы (тоже) нужно искать в принципе тринарной организации человека (и всего – в дарвиновском смысле – живого), который я формулирую как структура↔функция↔цель. Цель, доведенная до человека в виде Послания-Символа, воспринимается Духом-Сознанием (либо Цель – или ее половинка-часть (полуинформация) – уже изначально заложена в нем, точнее, неотрывно присуща Сознанию) и передается (“спускается” – недаром все мы с надеждой смотрим на небо) “Я”-мозгу-телу (“Я”-мозг-тело как “неодухотворенное-психосоматическое” или “тварное” – это структура↔функция без цели) в виде Парадигмы-Образа (живой Умной Духовной Сущности), который структурно-функционально первопроявляется (первоприживляется) в нервной системе в виде аффективно-когнитивной структуры. Затем Образ и, несколько забежим вперед, Антиобраз (подробнее см.: глава XXIII) соматически проецируются и воплощаются-врастают-встраиваются в тело человека в виде всегда двух антагонистичных поз – как “желаний (морально окрашенного) действия”. Тем самым, человек (или животное) ставится перед проблемой Выбора (которого невозможно избежать в принципе, ибо жизнь – это непрерывный выбор; смерть – тоже выбор) одного Образа из двух имеющихся. После осуществления – верного или неверного, но, еще раз подчеркнем, всегда морального – выбора закрепляется и окончательно воплощается психосоматическая проекция выбранного человеком морального Образа и осуществляется психосоматический (пато)метаморфоз.

Таким образом – Образом! – естественный отбор – это выбор, который делает человек (и все живое), из (как минимум) пары вариантов возможного развития какого-то события, предложенных ему внешней средой. Следовательно, при эволюции всегда первична Цель (точнее, это пара из Цели-Добра и (анти-)Цели-Зла, из которых “Я”-человек выбирает что-то одно), и именно она востребует психику-функцию (которая спонтанно, “просто так”, сама по себе, не меняется и не осуществляется), и количественно измененная функция в дальнейшем модифицирует тело-структуру. И – всегда, повторимся, нематериальная – Цель, этот “perpetuum mobile” или истинный и единственный перводвигатель эволюции, будет изучаться не наукой и научными методами, а философией и религией – проявлениями-инструментами человеческой духовности-культуры.

Если рассматривать Архитектора-Творца-Создателя-Основу(-Человека) Человека – Дух-Ум-Сознание(-Человека) (как (со)автора “целого-части”-и т.д. материального и нематериального, биологического и небиологического, живого и неживого, человеческого и нечеловеческого и т.д. в человеке), с одной стороны, как генератор-донор-источник Символов-Целей-Информации, а с другой стороны, как приемщик-акцептор-потребитель Символов-Целей-Информации, то тогда получается, что человек – именно как Сознание-Человек, Интеллект-Человек, Разум-Человек – сам себя замыслил-запланировал, сотворил-создал и распространяет-расселяет в им же созданной-сотворенной Духе-Материи-Информации(-Человеке)-Вселенной – и все это, несмотря на то, что …в этой же самой Вечности-Бесконечности-Вселенной (абсолютно со всем ее, Вселенной, содержимым) Вечность-Бесконечность-Человек вечно-бесконечно-везде присутствует(-отсутствует).

(Другие пусть понимают, как могут или хотят, а в моем понимании Вселенная – это Я, Я-Сам, Я-Вселенная, это все, что Я-Сам-Вселенная-Сущее могу – и не могу – промыслить, вообразить, представить, создать, потрогать, нарисовать, уничтожить, во что могу/не могу поверить/не поверить и так далее, и так далее, и так далее... Я-Вселенная – это абсолютно все, что “я-не я” в “бывшем-не бывшем” “моем-не моем” прошлом-настоящем-будущем “допускаю-не допускаю”, “могу-не могу”… во всех мыслимых-немыслимых и сознательных-бессознательных видах-смыслах и т.д. Поэтому Вселенная это – Сознание, это Сознание-Вселенная-Я (очередность в алфавитном порядке). Вечность-Бесконечность я …-чувствую-воображаю-определяю-… как промежуток времени-пространства, который выходит за границы моего – и всех других людей – воображения, разумения, понимания, веры-неверия, знания-незнания, допускания-отрицания и т.д., и т.д., и т.д. в религиозном, философском, научном, культурологическом, мифологическом, житейском и всех других смыслах. Вечность-Бесконечность Вселенной во всех смыслах-“бессмыслах” равна Вечности-Бесконечности Меня-Моего Я-Сознания. Время, расстояние, масса и все Сущее и Не-Сущее кончается там и тогда, где и когда исчезаю Я-Сознание-Вселенная, – но Я (или Кто-то вместо меня) был, есть и буду. Более точно на эти темы я высказаться не в состоянии.).

В предельно общем виде (задачи данной работы другие) появление и эволюцию человека я представляю следующим образом (всегда сначала Образ!): вечный Человек-Сознание → Символ-Цель-Информация-Послание… → (хотя бы дарвиновская обезьяна) биологическая структура-функция + Цель = эволюция → Человек = Дух-Цель↔Душа-Функция↔Тело-Структура.

Но продолжим развитие основной темы данной главы. Реализация Замысла-Проекта телесного воплощения Внешней Среды в человека происходит при помощи посылки информации-Символа через образование Образа (в сознании) и аффективно-когнитивной структуры (в “Я”-мозге) и осуществляется путем запуска ряда патофизиологических механизмов, способствующих попаданию, закреплению и прорастанию (пролиферации) внешнесредовой информации в “Я”-мозге-теле человека, что можно схематически отобразить следующим образом: внешняя среда (место-событие) → внешнесредовая информационная посылкаее перцепция анализаторами ЦНС и экспозиция → создание внешнесредового Образа в сознании, чему в “Я” соответствует временная аффективно-когнитивная структурателесная реакция на внешнюю ситуацию-среду в виде устойчивого паттерна мышечного напряжения – позы, и ее действующие патогенетические механизмы → развитие денервационной сверхчувствительности в ансамбле нейронов-продуцентов аффективно-когнитивной структуры → фиксация аффективно-когнитивной структуры, ее закрепление в “Я”-мозге проприовисцероцептивными потоками и стойкое персистирование в ЦНС → устойчивое патологическое психосоматическое проецирование аффекта – закрепление позы → многолокусная (перво)альтерация сосудистой стенки – создание перфокарты-решетки памяти или информационных проходов (в барьере, преграде) для забарьерной инвазии внешней среды-информации → экссудация – собственно забарьерная инвазия внешней среды-информации → пролиферация – морфологическое прорастание семян посеянной в теле внешней среды-информации → появление психосоматически нового человека с измененным “Я”-мозгом-телом → модификация целей, задач и поведения человекапреобразование им внешней (ситуации-)среды соответственно ее потребностям → осуществление целей и чаяний внешней средыновое символическое воздействие внешнего мира... Эта схема хорошо показывает, что наши внешние враги – это далеко не только вирусы, паразиты, грибки или микробы (порой, думаешь, а враги ли они вообще).

Духовно-психосоматическую патологию, основным проявлением которой является персистирование в сознании и “Я”-мозге отпечатка ситуации-внешней среды в виде Образа (в сознании) и аффективно-когнитивной структуры (в мозге), ни в коем случае нельзя сводить только к личным или профессиональным конфликтам и рассматривать как последствия психотравм, неврозов, несчастной жизни и т.п. – мое понимание духовно-психосоматической патологии гораздо шире. Все эти негативные проявления обусловлены влиянием (через сознание) на “Я”-мозг-тело человека внешней среды, в том числе психо-телесно воплотившихся информационных Символов-посылок от произведений искусства и так называемого “неживого мира” – естественных и созданных человеком ландшафтов (о чем еще будет сказано в соответствующей главе).

Но вернемся к информации и способу ее реализации по прибытию в конечный пункт – (взаимо)действию. Как взаимодействие половинок информации, само (взаимо)действие также нематериально, материальны лишь тела-объекты, осуществляющие это действия в виде реализации своих физико-химических свойств, и материален результат действия – это плюс-материя, плюс-живая ткань или местно-тканевой пролиферативный масс-прирост, то есть собственно воплощение. Важно, что действие – это всегда и только взаимодействие, так как, употребляя понятие “действие” приложимо к объектам материального мира и, в частности, к биологическому человеку как “Я”-мозгу-телу, мы автоматически подразумеваем, что одно материальное “что-то” своими физико-химическими свойствами действует на другое материальное “что-то”, тоже имеющее физико-химические свойства, причем не просто какие-то абстрактные свойства, а именно такие, которые способны вступать в адекватное и полное физико-химическое взаимодействие с первым “что-то”, то есть способствуют реализации цели (замысла) встреч двух (полу)информаций.

Таким образом, в результате забарьерной инвазии нематериальная информация исчезает, трансформируясь в тоже нематериальное действие, которое заканчивается, когда протекающие физико-химические взаимодействия-реакции полностью осуществятся, и появится результат – материальный продукт (взаимо)действия или забарьерная место-тканевая пролиферативная масса, то есть новая местно воплощенная информация.

Адресатом информации является фиксированное анатомически (гистологически или цитологически) свободное пространство – последнее пристанище (последнего) носителя информации. В частности, пространство для будущего биологического воплощения внешнесредовой информационной посылки формируют экссудация и отек, которые, как известно, всегда предшествуют пролиферации. В таком ключе важно анализировать психогенные задержки жидкости в организме, особенно быстрые, интенсивные, сочетающиеся с жаждой и олигурией, типа синдрома неадекватной секреции антидиуретического гормона, и противоположные состояния – “сбросы” жидкости, являющиеся психосоматическими маркерами того, что что-то произошло во внешнем мире и/или в личности, и блокировалось воплощение какой-то идеи-информации (какой? Что человек до конца не впустил внутрь себя?) на подготовительном этапе – экссудации-отека.

Получается, что информация, как потенциальное (взаимо)действие, всегда является конгруэнтной половинкой-частью другого объема информации, то есть полуинформацией, так как любое реальное действие – это, повторимся, всегда взаимодействие (действием без взаимодействия действие является только в абстракции, когда при анализе по каким-то причинам не важен и игнорируется второй участник действия). Любой квант информации всегда где-то имеет свою половинку. Изучая информацию и действие, как научные абстракции, что важно и необходимо, не нужно забывать, что информация всегда имеет материальные носители, а действие, как активация информации, осуществляется только этими материальными носителями. Именно и только материя всегда является переносчиком информации и осуществляет действие. Другой вывод: у человека принципиально невозможно развитие чисто информационной (функциональной) патологии ЦНС без структурных изменений. При духовно-психосоматических болезнях Символ-информация – это оружие внешней среды, которое всегда имеет готовую мишень внутри “Я” и тела человека, поэтому так важны мораль, разум и воля, – образующие Барьер на уровне человеческого Духа-Сознания.

Если носитель информации прибыл в пункт назначения, но не начал физико-химическое взаимодействие с окружающей материальной средой, то информация – нереализованные физико-химические потенции носителя – сохраняется, консервируется. Должны иметься условия сохранения информации, для чего необходима ее изоляция и кодовый доступ с ключом у “хозяина” информации или носителя второй информационной половинки (пример – хранение до поры до времени лизосом в гранулах или АТФ в митохондриях).

Пролиферация – это овеществление, воплощение информации, но не сам продукт непосредственной материализации информации. Непосредственная материализация информации, повторимся, невозможна, так как информация исчезает, трансформируясь в действие, в результате которого происходит появление некого добавочного объема биологической ткани. Если пролиферацию рассматривать как реакцию, процесс, то тогда в нее, как в действие, трансформируется информация, а, если пролиферацию рассматривать как материальный результат, итоговый субстрат действия, то тогда информация к пролиферации не имеет прямого отношения, и между ними стоит действие.

И еще о памяти и нейроне. Нейрон не может быть хранилищем памяти хотя бы потому, что память нематериальна. Память вообще нигде не может храниться, так как (в материальном мире, а тело человека материально) храниться могут только материальные объекты, то есть хранится всегда “что-то”. Поэтому память может только где-то локализоваться и иметь материальные границы. Память – это, повторимся, всегда минус-материя, проход в некой материальной преграде, созданный для сквозного прохождения этой преграды информацией на своем материальном носителе по пути следования к своей материальной мишени; адресат информации – это фиксированное (или “плавающее”) свободное (или потенциально свободное) место последнего пристанища информации, точнее, ее материального носителя, и это тоже не материя, а локализованная нематериальная полость, ячейка, свободное пространство, минус-ткань.

Другой вывод: (в рассматриваемом случае) информация может храниться в нейроне или синапсе на рецепторах постсинаптической мембраны (точнее, являться свойством этих рецепторов) в виде потенции – потенциальной реакции взаимодействия с медиатором, вследствие которой произойдет активация участка мембраны или всего нейрона. В данном случае рецептор – это результат пролиферации как процесса, а сама пролиферация – это действие, которое индуцировала доставленная к мембране информация. Иными словами, нейрон, не обладая в рассматриваемом случае памятью, в то же время является хранилищем информации в виде потенциальной физико-химической реакции мембранного рецептора и молекулы медиатора.

Медиатор, поступивший из дистантно расположенных тканей – это носитель тканевой информации. То есть постсинаптическая мембрана – это место встречи и взаимодействия двух полуинформаций и двух носителей: информации из внешнего мира и ее (последнего) носителя-рецептора и информации из внутрителесного мира и ее (последнего) носителя-медиатора. Именно на постсинаптической мембране нейрона происходит последняя встреча и итоговое взаимодействие внешней и внутренней среды (как у Пушкина: “Они сошлись…”).

Таким образом, объемной голограммой болезненного опыта – памяти, запечатленной в нервной системе, как и в случае с телом, является выраженность и количество участков сосудистой альтерации и их и ангиотопика. В каждом участке альтерации объем памяти прямо зависит от площади альтерационного дефекта сосудистой стенки, определяющей его пропускную способность, и чем больше этот участок, тем больше его пропускная способность – потенциальный объем экссудации (кванта информации) и, следовательно, больше локальная память. Стирание тканевого импритинга и забывание нервной системы (и всего организма) о психосоматической болезни (правильнее говорить о болезнях, ведь у человека одновременно имеется множество психосоматических заболеваний) – это, в первую очередь, восстановление целостности сосудистой стенки или обнуление альтерационной перфокарты-решетки, на которой локализована память.

Репарация сосудистой стенки в области секвестров со временем приводит к закрытию альтерационных отверстий, устранению повышенной проницаемости кровеносных и лимфатических сосудов, ликвидации отеков и нормализации внутритканевого давления, восстановлению микроциркуляции и гемолимфо(ликворо)динамики и структурно-функциональной целостности местных гистогематических и гематоневральных барьеров, к реваскуляризации, ремиелинизации, реиннервации, местной дезинтоксикации и элиминации избытка нормальных метаболитов, токсинов и шлаков, к восстановлению местного иммунного и гормонального статуса, улучшению трофики и обмена веществ, тканевой репарации и т.д. Это автоматически приводит к десеквестрации и ликвидации церебро(нейро)-соматического, сомато-соматического и сомато-церебрального взаиморазобщения, и тогда начинается – не полное, максимально возможное…

(будем реалистами, ведь такая патология, как отек-ишемия-гипоксия, однажды возникнув, практически никогда не исчезает полностью и, наряду с каскадным инициированием множества местных патофизиологических реакций и патоморфологических тканевых транформаций, также мощно индуцирует-пролонгирует склерозирование ишемизированных тканей, способствуя полной или почти полной необратимости их пролиферативной соединительнотканной дегенерации, так как, вспомним, если синтез соединительной ткани – это анаэробный процесс, то ее ферментативное разрушение – процесс, не возможный без кислорода)

…– восстановление до субнормы функциональных и биохимических способностей прежде секвестрированных участков тканей, систем и органов и их реинтеграция в здоровую, активно работающую “основную” (духовно-)психосоматическую сферу человека, которого (в итоге этой реинтеграции) как бы становится (духовно-)психо-телесно “больше” (разумеется, все это происходит при условии отсутствия аффективно-когнитивных атак и вызываемого ими позного мышечного напряжения в течение определенного промежутка времени, достаточного для полного завершения вышеупомянутых местных репаративных и общих интегративных процессов). Такое увеличение (духовно-)психосоматического “нетто”-объема-количества “главной” или “основной” личности приводит к тому, что – ровно на эту (духовно-)психосоматическую “плюс-дельту” – расширяются ее (личности) горизонты и открываются новые потенции-возможности для гармоничного роста и развития. Эта “плюс-дельта” позволяет – при наличии своей или чужой доброй Воли – психо-телесно смочь воплотить, сначала только в мечты (“Поверь в мечту и красоту!”, поет Юрий Антонов), а потом – и в реальную жизнь, какие-то чаяния, надежды и желания, которые, вопреки (“самосеквестрации”) самоприговору-самооговору человека (и приговорам-наговорам библейских “ближних” – его внешних духовно-психосоматических и социальных “цепей”; внутренние соматические “цепи” – это, как ранее указывалось, соединительнотканные разрастания), не исчезли, не улетучились, не умерли, а просто были (им самим!) забыты-заперты в секвестре-“психическом бессознательном” и (им самим!) зарыты-замурованы в многочисленных телесных секвестрах. Теперь же они, эти желания-стремления, стали не только вновь оживать и прорастать-пробиваться из недр-пластов-глубин души и тела на поверхность сознания, но и изнутри же обогащаться новыми идеями и планами – как часто “новое – это хорошо де-секвестрированное старое”. В свою очередь, начавшаяся внутренняя духовно-психосоматическая (десеквестрация и) реинтеграция человека – это реальный шанс-возможность его (“десеквестрации” и) реинтеграции или более полной интеграции в социальную сферу с личным, профессиональным и другим ростом на ниве жизни, если, конечно, на то есть не только желание и умения, но и соответствующие внешние условия – ибо реальное социальное и духовно-психосоматическое возрождение личности возможно только в соответствующей культурной и (микро)социальной среде, востребующей эту возрожденную личность.

Здоровая и свободная жизнь – это не только обязательная анатомическая и локомоторная свобода, это еще и максимальная духовно-психосоматическая “собранность”-интегрированность человека для “единства действия”, а для этого необходимо в том числе и отсутствие или, по крайней мере, минимизация объема и количества (духовно-)психосоматических секвестров, этих “платоновских пещер” в недрах-пластах психики и соматики человека; и к этому внутреннему слиянию-единению и последующему слиянию-единению с главным делом своей жизни нужно страстно стремиться всеми силами и всю жизнь, а не пассивно-медленно “гнить”-бездействовать и прижизненно секвестрироваться-“отмирать” по частям-“кусочкам”, подсознательно боясь-ожидая смерти – и Суда! – в течение томительно долгих десятилетий бессмысленного доживания земного срока в состоянии толстовского “живого трупа” – среди себе подобных прижизненных духовно-психосоматических “мертвецов”. Если не делать этого, то все, с такими трудами изгнанное (в том числе и врачами) из Духа, Души и Тела человека, – но не из его Жизни! – опять воплотится в его духовно-психосоматическую сферу. И снова возобновится рабство-самоунижение-болезнь, кроличий страх перед “теми”, кто “не дает” хорошо жить – “не подает” на хорошую жизнь, жестокая тоска по счастью-здоровью и убивающая все человеческое в человеке бессмысленность существования. – А вы – “таблетки, уколы…”. Какие уж тут “таблетки” и “уколы”, ведь счастье-здоровье не попадает в человека “снаружи” – “через рот” или другие физиологические отверстия, в том числе и словесно – “через уши”, и тем более – через искусственные “дырки” в теле. Счастье-здоровье терпеливо выращивается самим человеком внутри себя и потом – им же самим и не менее терпеливо – воплощается, вкладывается в собственную жизнь.

По характеру, степени и глубине влияния на качество социальной жизни человека последствия образования тканевых и органных секвестров в его телесной сфере сравнимы с последствиями ампутации конечности и другими инвалидизирующими – жизнеограничивающими – дефектами. Ведь кто такой инвалид, как не человек, которому нечем (и поэтому, как ошибочно считает сам инвалид, невозможно и, главное, уже незачем) осуществить какое-то действие: нельзя что-то взять рукой – нет руки, нельзя увидеть глазами – нет глаз, нельзя куда-то пойти – нет ног, и так далее. Сначала человек, лишившийся, допустим, руки, горюет-вспоминает о безвозвратно утраченных вместе с ее потерей…

(потерей всего лишь инструмента-конечности – но не утраты самой возможности осуществления необходимых действий каким-то иным инструментом-способом, тем более, ведь не потеряна естественная человеческая потребность в этом действии. Добровольный отказ человека даже от части своих – Себя-своих! – духовных, душевных или телесных человеческих потребностей – жизнеобразующей основы своего триединого духовно-психосоматического естества, всегда ошибочен, грешен и аморален, так как с высоких позиций является самопредательством, самоунижением, а в итоге – самоуничтожением)

…манипуляторных, тактильных и других возможностях, но постепенно он перестает даже думать о том, что можно что-то сделать или ощутить рукой – ведь ее теперь нет и уже больше никогда не будет…

(именно поэтому в моем понимании настоящий инвалид – это человек, который уже не думает о необходимости дальнейшего удовлетворения своих естественных человеческих потребностей, прежде удовлетворяемых при помощи использования безвозвратно утраченного телесного члена, который не думает, несмотря на то, что, – если подумать! – все эти потребности можно (почти) также полно удовлетворить другим инструметом-способом или же, – причем безо всякого ущерба для качества своей жизни – заменить прежние потребности на другие, не менее или даже более человеческие, например, духовные. Духовность – это вечный и неисчерпаемый резерв роста качества жизни любого человека, пока он еще жив),

…что можно кому-то – нормальному-здоровому – понравиться, кому-то быть нужным или добиться успеха в жизни – “ведь я же безрукий!”, но ведь не безмозглый и тем более не мертвый – живой! Очевидно, такие и другие подобные “самоприговоры” и имел в виду Фрейд, назвав анатомию “судьбой”.

Таким образом, нарастанию социальной инвалидизации человека способствуют, как минимум, две его ментальных ошибки: 1 Приравнивание “отсутствия телесного члена” – “потери инструмента-конечности”, к “утрате возможности” осуществления действия. 2 Приравнивание “утраты возможности” осуществления действия к “потере потребности” человека в этом действии. Но этих ошибок, прав Менегетти, можно избежать, а если они допущены, то всегда исправимы – были бы ум и желание.

При тканевой секвестрации организм (и его “обладатель-хозяин” – человек) тоже через какое-то время и незаметно для себя напрочь забывает о структурно изолированном-“запертом” и функционально “молчащем” участке системы, органа или ткани и на уровне “Я”-мозга (и его автономных вегетативных и других аппаратов) перестает “планировать” “участие” секвестров в какой-то общеорганизменной деятельности. Разумеется, перестает “планировать” не в буквальном анатомическом смысле: человек просто ощущает общую или селективную нехватку сил, снижение способности что-либо делать или уменьшение других своих возможностей – “я уже не тот” – и, добровольно примиряясь с таким положением вещей, урезает свои человеческие потребности; как такие говорят, всегда ища виноватых вне себя, “жизнь вносит свои коррективы”. Поэтому при психосоматической патологии память тела о болезни – это еще и забвение человеком Себя-части (вероятно, такая память – это всегда забвение). Соответственно, человек, как и в случае с истинной инвалидностью, тоже постепенно забывает (точнее, трусливо-добровольно вычеркивает из жизни) о некоторых своих – еще недавно реальных! – шансах-возможностях и перестает вспоминать, переживать-мечтать и даже думать о том, что можно, к примеру, что-то съесть или выпить – “у меня слабый желудок”, потанцевать с понравившимся человеком – “колени болят, спина не гнется”, кому-то что-то высказать – “у меня слабые нервы”, мечтать об учебе или повышении квалификации – “я плохо соображаю”, о новой работе, хорошей должности и высоком заработке – “где уж мне”, о любви и счастье – “кому я такой (“само-секвестрированный”) нужен”; причем количество всех этих “где-уж-куда-уж-мне” увеличивается параллельно росту размеров и количества секвестров.

Иными словами, внешним психологическим и социальным отражением-проявлением прогрессирующей секвестрации соматической сферы является то, что человек, пассивно констатируя свою возрастающую, – точнее, “само-взращиваемую” – неспособность к чему-либо, уподобляясь инвалиду, сознательно – и всегда добровольно, что бы там ни говорилось! – обрекает себя на жизненные ограничения и лишения и – сам! – выносит себе духовно-психосоматический “приговор”, который является ни чем иным, как частичным прижизненным самоумерщвлением. И в этом неявном самоумерщвлении – своеобразном варианте “осознанно неосознаваемого самоубийства” (грех такого самоубийства состоит в убийстве своей Самости посредством ее отвергания) в виде сознательно-подсознательного потакания прогрессирующей структурно-функциональной неспособности (“само-секвестрации”) Себя-своих систем, органов и тканей, состоит его трагическая ошибка жизненного выбора и вина перед самим собой, как человеком, всегда обязанным жить – и не просто жить, а жить по-человечески.

Но у любого человека, параллельно развитию болезни (добровольно) опускающегося на “дно жизни”, всегда есть не только “попутчики” – “подобное притягивается к подобному”, – но и вольные или невольные “помощники”, правда, которые чаще “не ведают, что творят”. И в сочетанном нарастании тканевой секвестрации, “забывании” человеком и его организмом о – живых (еще) и памятных! – шансах-частях (все менее своего и все более чужого) тела, в противоестественном и унижающем его человеческое достоинство сужении личностных возможностей и потребностей – и в атрофии самой личности! – в определенной степени виноваты врачи, фельдшера и другие медицинские работники со своими, к сожалению, весьма распространенными в медицинской среде, мрачными ятрогениями-прогнозами-пророчествами по отношению к социальному и другому будущему доверившихся им больных людей. Когда же эти внушения-пророчества начинают сбываться, то такие “нострадамусы” всегда тайно или явно радуются, что оказались правы, – фактически же радуясь чужому горю. И проявляется эта “радость” чаще всего в виде мелкого “мстительного триумфа”: “Я же говори-и-и-л(а)…!”. Таким докторам и остальному медицинскому персоналу (и лицам, самовольно приравнявшим себя к ним) никогда не нужно забывать, во-первых, о том, что “больному человеку должно становиться лучше только от одного человеческого общения с человеком-врачом”, и, во-вторых, что “молчание” или “тление” функции, порой, длящееся в течение многих лет или даже одного-двух(-трех) десятилетий, далеко не всегда свидетельствует о гибели или неустранимом повреждении соответствующей структуры (даже с учетом модного нынче апоптоза), а может быть признаком ее стойкого и глубокого метаболического “сна”-угнетения, в том числе и за счет феномена тканевой секвестрации – следствия длительного персистирования местного отека.

И примеров того, когда человек, даже тяжело больной в течение длительного времени (у многих пациентов тяжесть болезни определяется не только, точнее, не столько выраженностью собственно патологического процесса, а сколько тяжестью “камня” на душе – не исправленного греха-ошибки), вдруг становился, – причем нередко чуть ли не моментально! – почти или совершенно здоровым и полным веры, счастья и сил, можно привести множество – и не только из Библии, истории, литературы и устного народного мифотворчества, но и реальной жизни и медицинской практики.

В моем понимании индивидуальное здоровье – это не отсутствие медицинской болезни, а это никем и ничем, включая себя самого, “не стесненная в своей свободе жизнь”, и поэтому вполне можно являться здоровым и счастливым и при наличии даже тяжелой медицинской болезни, инвалидности, уродства или физического недостатка. И таких примеров тоже можно привести множество, причем речь идет далеко не только о фигурах масштаба Вильсона или Рузвельта, которые, как известно, хотя и были тяжело больны, но добились в своей жизни многого; в первую очередь, речь идет о простых людях, счастливых и здоровых, несмотря на серьезность своего заболевания или инвалидность. Эти люди здоровы, потому что они не просто живут, а живут нравственно, по чести и совести и ради чего-то большого; очевидно, позитивные – благие, ниспосланные – Символы-Образы, присутствующие в их Сознании, после своего психосоматического воплощения оптимально организовывают имеющуюся нейросоматику в максимально возможное “единство действия”, сводя к минимуму нарастание процесса секвестрации и максимально возможно замедляя развитие имеющейся болезни, и поэтому активная-действующая (духовно-психо)соматическая “нетто”-масса таких людей нередко превышает иную у так называемых “здоровых”, точнее, у “не больных-не здоровых”. Поэтому (при таком подходе) здоровье – это одно, а болезнь – это совершенно другое, и можно не являться больным, но и не быть здоровым, либо – являться больным, но при этом оставаться здоровым.

В медико-психологическом понимании болезнь никогда не выходит за рамки психосоматической сферы (декларации – не в счет), здоровье же человека в первую очередь определяется состоянием его Духа; поэтому болезнь – это компетенция и обязанность врача (и психолога), а здоровье – это компетенция и обязанность самого человека (и в определенной мере – его духовного наставника).

На вопрос о том, как стать и оставаться здоровым, человек никогда не найдет ответа у врачей и психологов – даже самых умных, и утраченное здоровье не вернут в больницах, диспансерах, санаториях, реабилитационных центрах и поликлиниках – даже самых лучших.

Но вновь вернемся к нашим секвестрам. Вышеизложенное позволяет утверждать, что каждый тканевой секвестр, это вроде бы только патоморфологическое и патофизиологическое проявление психосоматической болезни, всегда (как и при истинной инвалидности) эквивалентно и многопланово отображен и в текущей жизни субъекта (а также в его отношении к прошлому и планах на личное будущее) в виде своеобразной “малой социальной инвалидности-немощности”: постоянной или ситуационной парциальной утраты, деформации или ослабления различной степени выраженности силы духа и свободы волеизъявления, смелости, решительности и раскованности в мечтах-желаниях и поступках-действиях, свободы (смелости и т.д.) мышления и психоэмоционального самовыражения – и по многому другому. Типичным маркером и внешним проявлением органно-тканевого секвестра является наличие определенной неловкости-дефекта в локомоторно-двигательной сфере – эти состояния рассматриваются мною как ситуационные “немтгутия” или парезы и параличи неневрологической и неортопедической природы, и о них еще будет сказано. Наличие тканевого секвестра внешне-событийно проявляется не только в виде постепенно и незаметно нажитых-развившихся невозможности осуществления какого-либо элементарного движения-действия (“шея плохо поворачивается”) или сложного локомоторно-двигательного акта (“да я этого в жизни сделать не смогу!”), включая их вегетативно-сосудистое и железисто-висцеральное сопровождение (“я бы рад – но у меня слабое сердце”), но, что по последствиям для настоящего-будущего личности гораздо более серьезно, и в виде (потенциально преодолимой, ведь тканевой секвестр – это, не забудем, еще и структурно-функциональный резерв “прироста” личности!) неспособности реализовать какой-то позитивный, желанный и нужный человеку жизненный план, и поэтому терапевтическое устранение (максимально возможного количества) тканевых секвестров – этих “белых (а не “черных” – потому что есть возможность реинтеграции) пятен” в “Я”-мозге-теле, всегда положительно сказывается на жизни субъекта в виде появления соответствующих духовно-психосоматических потенций для личностного и социального роста и развития, если, конечно, он (субъект) будет вовремя информирован (кем-нибудь или сам додумается, когда Сам – это всегда лучше) о появлении этих потенций, а также, если у него еще не (напрочь) атрофировано желание жить, есть Воля к жизни, и им найдена Цель жизни. И это очень важно, так как по наблюдениям профессора Менегетти более половины тяжело и смертельно больных в действительности совсем не желают выздоровления, им просто незачем дальше жить. Полагаю, процент “не больных-не здоровых”, реально не желающих оздоровиться, и легко (возможно, и средне) больных, тоже не ищущих излечения-выздоровления, еще более высок и равен 95-98,5%. По-видимому, этот процент примерно соответствует проценту распространения рентных и других подобных установок в обществе и процентному содержанию социально пассивного населения (хотя, смотря какую взять планку “нормальной” личностной и социальной активности) – проценту-числу тех индивидов, которые, как характеризует их Менегетти, “фатально не способны вырваться (не знают, как это сделать, но чаще, по мнению этого автора, не хотят=ленятся→боятся под видом самовсепрощающего “я не могу”) из плена-круга своих повседневных потребностей-дел-обязанностей” – и, от себя добавлю, плена своих немощей-нездоровий-болезней, этих, собственноручно выданных (при потакании общества), индульгенций личной пассивности. Нередко эти болезни, если копнуть глубже, а не верить “красивым” и “правильным” словам, им особо не только не мешают, но даже придают их жизни какой-то (само)оправдательный “смысл”: “нужно лечиться”, “нужно накопить денег на лекарства”, “нужно (зачем-то, вот только – зачем!) выздороветь”. Также хорошо известно, что для многих людей (бегство в) болезнь – это нередко единственный (по их тайному и глубоко ошибочному мнению) способ увиливания от личной ответственности за что-то. И обычно имеется зависимость: чем тяжелее болезнь (духовно-психосоматическая патология), тем серьезней проступок человека, его ошибка, грех, вина и т.д. – по сознательной или, чаще, подсознательной, точнее, осознанно неосознаваемой, интерпретации этого проступка самим субъектом. Но, вспомним, всегда возможна ошибка в интерпретации – но и эта ошибка все равно лежит на совести самого человека, так как, еще раз упомянем Декарта, “всякое заблуждение есть вина”. Эти факторы – одна из причин того, почему лечение духовно-психосоматической патологии чисто медицинскими методами, включая психоанализ, психотерапию и психокоррекцию, редко оказывается катамнестически эффективным; наоборот, имеется много случаев, когда в результате лечения морально-духовное состояние больного человека, – как правило, полностью игнорируемое врачом, – и (позже, но обязательно) его психосоматический статус даже ухудшаются. Порой, как бывает: обратился к врачу с больной ногой, а в итоге лишился не только здоровья, но семьи и работы. Но лишился всегда сам, не по вине врача! Врач лечит болезни. Он не исправляет чужие жизненные ошибки и тем более не искупает и не отпускает чужие грехи.

Правомерен следующий вывод: любой секвестр всегда двояко представлен в материальном мире, то есть имеет два, тесно взаимосвязанных и взаимодетерминированных проявления, две (разумеется, не “буквально” точных) “копии” друг друга или два “зеркальных отражения”: внутреннее (внутрителесное) – анатомо-функциональное или собственно медицинское проявление, и внешнее (внетелесное), которое можно назвать событийно-социальным или жизненным проявлением. Этот вывод основан на моих личных наблюдениях (беседах с больными на предмет поиска взаимосвязей и корреляций между имеющимся заболеванием и личностно значимыми жизненными событиями), показавших, что при духовно-психосоматической патологии, а в какой-то степени – и при других болезнях, (почти?) каждому явному и скрытому патологическому “плюс” и “минус” симптому или синдрому, генерируемому тканевым секвестром, всегда соответствует “своя” жизненная проблема (либо ее часть) – тоже явная или скрытая – в виде нехватки-отсутствия или ненужного-вредного присутствия кого-то/чего-то, ситуационной невозможности что-либо сделать или, наоборот, не сделать, некой определенной селективной боязни-неуверенности или обратного – мрачно-негативной уверенности, контекстуального непонимания каких-то, нередко со стороны очевидных, вещей и фиксации ума, души и сердца на чем-то ненужном или вредном для настоящей и будущей жизни и т.п.; причем эта жизненная проблема либо им (секвестром-симптомом) вызвана, либо сама обусловила его (секвестра-симптома) появление. Весьма существенно, что оба члена этой пары “секвестров” – (духовно-)психосоматический и жизненно-социальный – одновременно друг друга взаимоиндуцируют, взаимовыращивают, взаимофиксируют и взаимоподпитывают; на это соответствие, правда, в несколько ином ключе, в своих печатных трудах постоянно указывает и профессор Менегетти. Но если “копнуть глубже”, то взаимосвязь между ними более сложная, и параллельное сосуществование пары “зеркальных” структурно-функциональных/место-событийных “двойняшек”-патологий-отражений – патологический симптом/синдром/нозология (анатомический секвестр)жизненная ошибка-проблема (“жизненный” секвестр) – причинно обусловлено действием одного и того же патогенного Символа-Образа на уровне Сознания, и связка-пара “симптом-ошибка” является его (Символа-Образа) двумя одновременно овеществленными векторами-проекциями: биологически живой – внутрителесной, и биологически неживой – внетелесной. Можно еще сказать, что пара “симптом-проблема” – это не столько векторы-проекции, а сколько двояко: телесно и внетелесно, материализовавшиеся два “зеркальных отражения” одного патогенного внешнесредового луча-Символа – этиологической первопричины их появления, от “Зеркала”-Сознания (о возможной “зеркальности” Сознания уже говорилось и еще не раз будет сказано), что схематически можно отобразить в следующем виде: конкретный патологический симптом или синдром (со стороны тканевого секвестра) = больное “внутреннее” телоСимвол-Образ + “Зеркало”-Сознаниебольное “внешнее” тело = жизненная ошибка-проблема, строго и детально соответствующая этиопатогенезу и клинике со стороны “своего” телесного секвестра или даже “своей” структурно-функциональной доли-вклада-части в секвестр. В свою очередь, еще раз подчеркнем, что появление в “Зеркале”-Сознании патогенного Образа (“кривого Зеркальца”) – этой, живущей-действующей внутри-вовне духовно-психосоматического человека, первично духовной и вторично психосоматизировавшейся Сущности, анамнестически вызвано тайным проникновением в Сознание (и оттуда – в “Я”-тело) патогенного внешнесредового Символа – духовно-информационной посылки от определенного места-события, являющегося истинным инициатором и виновником любой духовно-психосоматической патологии и тайным кукловодом-хозяином заболевшего зомби-человека, точнее сказать, зомби в человеке.

(По ряду своих свойств-признаков, условиям, характеру и степени влияния: непосредственного контактного духовно-психосоматического эффекта-действия и/или постконтактного последействия, на здорового и больного человека такие места-события (люди-поступки, предметы-ситуации и т.п.) весьма напоминают языческих, особенно древнегреческих и древнеримских, богов, а также нимф, леших, домовых, “чудотворные” и “нечистые” места и т.д. Не исключено, что именно в результате поначалу случайного выявления стабильно повторяющейся (то есть реально существующей) причинно-следственной связи между определенным местом-событием и последующими стереотипными изменениями в духовно-психосоматической сфере, здоровье, судьбе и/или жизни у большого количества людей, контактировавших (проживающих, временно пребывающих, случайно проходящих мимо и т.п.) с каким-то конкретным “белым” или “черным” местом-событием (таких мест и в наши дни меньше ничуть не стало), в древности спонтанно зарождались – и упорно продолжают зарождаться и в наше время – различные языческие культы и верования (в наши дни эту роль также суррогатно выполняют искусственные стационарные, переносные и “карманные” “места/предметы-религии "без религии и без бога"”: мавзолей Ленина, памятники различным живым и павшим героям (и уже не героям); сюда же относятся стадионы, чудо-здравницы, рекламные щиты, сакрально-патриотические предметы, супермаркеты, модные напитки и вещи, сотовые телефоны, шикарные витрины и многое-многое другое. Все эти “модные витрины, прав Менегетти, обворовывают человека”). Некоторые, проверенные и отточенные многовековой или даже тысячелетней практикой и поэтому уже давно не эмпирические, рецепты “язычников” древности (и “дикарей” современности) зря не изучаются современной медициной. И речь идет не о модных нынче травах и других “способах” лечения-оздоровления “через рот” и не о “беге-бегстве, отжимании, уплывании и т.д. от болезни” (хотя от себя не убежишь и не уплывешь), а о насущной потребности в восстановлении и укреплении, в первую очередь, морально-духовного здоровья – смысла-основы существования человека и человечества).

Если допустить, что по некоторым свойствам-возможностям каждый патогенный Образ – это отдельное “кривое Зеркальце”, то тогда Сознание, массово обсемененное патогенными Символами-Образами, – это “Королевство кривых Зеркал” из “прилетевших”-“посланных” Символов, “прилепившихся” к ровному “Зеркалу”-Сознанию в виде “кривых Зеркалец”-Образов. Еще раз вспомним профессора Менегетти, который пишет: “Источник ошибок заключается в следующем: сознание не обладает точностью восприятия. У большинства людей, рассуждающих, познающих и живущих, сознание не отражает реальность бытия. Человек представляет (и соответственно строит жизнь) себя, отражает себя не таким, каким он является на самом деле. В таком случае тип человеческого “Я” или модель сознания не функциональны для реально существующего субъекта (человека). Вместо того чтобы служить зеркалом, воспроизводящим образ реальных событий, сознание постоянно искажает реальность, играя роль "кривого зеркала"”.

После многолетнего анализа (и многолетних сомнений, которые – вместе с анализом, – видимо, не закончатся никогда) лично мною выявленных и прослеженных корреляций в паре “патологический медицинский симптом” = “патологический жизненный симптом” у конкретных больных, страдающих духовно-психосоматической патологией, я (тоже) сделал следующий принципиальный вывод: (подавляющее большинство – или все?) патологические проявления при духовно-психосоматических болезнях (и, возможно, ряде других заболеваний – (пока!) мало данных) – это не только клинические, субклинические и параклинические симптомы и синдромы, а еще и реально существующий иносказательный язык больного тела, на котором оно, это больное тело, плачущее и страдающее всегда вследствие – не вины! – ошибки, прав Менегетти, самого человека (но вина которого в том, что эту свою ошибку он не видит, не ищет и не исправляет), кричит, шепчет, подсказывает, сообщает своему “квартиранту-вандалу-хозяину” – человеку (и другим людям), об имеющемся в его жизни (и жизни Кем-то доверенного ему тела!) латентном или проявленном, – но всегда конкретном и актуальном! – социальном неблагополучии, как причине-следствию (либо иному – внетелесному – проявлению) развившейся у него, вроде бы “чисто медицинской”, болезни либо “предболезни” или “просто” “слабого здоровья”, если речь идет о еще небольшой выраженности или малой актуальности этой жизненной проблемы. И другое: 1 в свою очередь, все явные и тайные жизненные беды и неурядицы любого человека (а также, разумеется, все его радости, успехи, достижения и победы – просто тема данной работы не об этом) всегда спроецированы-представлены и структурно-функционально отображены в его духовно-психосоматической сфере в виде соответствующей проявленной или скрытой, легкой или тяжелой и нозологически “созревшей”-оформленной или “несозревшей”-неоформленной проблемы-слабости-неспособности-болезни духовно-психосоматического круга, и 2 каждое патогенетическое звено (симптом или синдром) при духовно-психосоматических болезнях (почти?) всегда имеет строго соответствующий ему и параллельно развивающийся и разворачивающийся внетелесный место/вещно-событийный “симптом” или “синдром” – звено “социального патогенеза” жизни-болезни (жизни в ошибке-несвободе-болезни): страх-боль в теле = страх-боль в жизни; невозможность шевеления-движения-действия (или бездействие) в теле = невозможность “шевеления”-(про)движения-действия (или бездействие) в жизни; неспособность-неумение что-то сделать рукой (ногой и т.д.) = неспособность-неумение что-то (рукотворное или т.п.) сделать в жизни; слабость в теле = “слабость” в жизни; паралич в теле = “паралич” в жизни; рана в теле = “рана” в жизни; язва в теле = “язва” в жизни; жар в теле = “жар” в жизни; кровопотеря в теле = “кровопотеря” в жизни; вши-грязь-зараза в теле = “вши-грязь-зараза” в жизни; “крутит” в животе = “крутит” где-то/в чем-то в жизни; отрыгивание-рвота = “отрыгивание-рвота” – удаление кого-то/чего-то из жизни; запор = “запор” (“не отдам!” или “не могу удалить”) в жизни; понос = “понос” (какой-то срочный сброс-выброс, либо “на, забери!” или “не могу удержать”) в жизни… – и так далее, и так далее, и так далее. Надеюсь, никто из дочитавших до этого места не понимает это соответствие примитивно-буквально: язва желудка = дырка на майке, запор = забитая канализация и т.д., и понимает, что одно и то же жизненное событие различные люди могут интерпретировать совершенно по-разному, и, следовательно, у разных людей оно, это событие, может иметь и различные патологические проявления – или не иметь их вовсе.

И еще, первое: раз любая болезнь-нездоровье обязательно имеет два, образно-этиопатогенетически точно и жестко взаимосвязанных и взаимодетерминированных взаимопроявления-взаимовоплощения-взаимоотражения (от одного и того же Образа-“Зеркала”-Сознания): психо-телесное и событийно-социальное, то это позволяет аргументировано говорить о том, что каждый человек двояко представлен в материальном, физическом мире и имеет не одно, а (как минимум) два тела: одно – это (“привычное” нам и другим людям) живое биологическое тело, и другое – это внешнее виртуальное (и тоже – только небиологически – живое) место/вещно-событийное “социальное тело” (и невидимые, – но “зримые”! – причинно-следственные струны-лучи от обоих этих “тел”, еще раз упомянем, всегда анамнестически проективно тянутся (через Образ-“Зеркало”-Сознание) к вполне определенному месту-событию/проишествию (вещи/предмету-воздействию, человеку-поступку и т.д.) – скрытому генератору-источнику этих невидимых лучей); второе: при оценке катамнестической эффективности лечения духовно-психосоматической (и, очевидно, многой другой) жизненной проблемы-патологии, кроме обязательного учета общепринятых медицинских критериев, (в идеале) также всегда необходимо учитывать (кому: врачу? больному? другим? – а тому, кому решение этой проблемы и избавление от этой болезни действительно нужно) жизненные успехи и неудачи пациента, в частности, динамику социальных “симптомов”-проявлений (имеющейся “виртуальной болезни”), генерируемых его “внешним телом” (подробнее этот тезис будет раскрыт и проиллюстрирован некоторыми примерами в XXVI-й главе; психологически-социальные проявления психосоматической патологии обстоятельно рассматриваются профессором Менегетти). Конечно, опять-таки в идеале также необходимо найти и обезвредить место-событие – первоэтиологию, точнее, про-этиологию болезни (ведь поразил человека Символ, а не само место-событие, которое осталось на своем месте и при своем событии), этот первогенератор патогенного Символа (еще бывают места-события, люди-поступки и т.д. – отражатели-трансляторы Символов); другой вопрос – как это сделать, ведь этому, к сожалению, нигде и никого не учат. Такой подход также оправдан при анализе реальной (а не обещаемой-рекламируемой-гарантируемой) эффективности различных медицинских и немедицинских реабилитационных, оздоровительных и развивающих курсов-программ и многочисленных традиционных и нетрадиционных идеологий, систем, путей, методик, приемов и способов, применяемых для “возвращения”, “укрепления” и “прироста” духовного, психического и телесного здоровья (обычно все это обещают “вернуть”, “укрепить” и “прирастить” “зараз” и “всем скопом”). То есть необходимо начать оценивать не только динамику состояния психобиологического здоровья человека, но и позитивные изменения в его жизни, в том числе, смог ли он совершить, если представился случай (а этот “случай” тоже нужно планировать и готовить, как и методично готовить к нему человека), жизненный личностно-социальный “рывок”, насколько усвоил какой-то жизненный “урок” или сдал жизненный “экзамен”, выдержал ли он “проверку на прочность” или как перенес “удар судьбы” – иначе зачем нужны все эти “росты-приросты” здоровья, если они не годятся, как пишет Менегетти, для “позитивного вложения в жизнь субъекта”?

При повторном или очередном действии микроСимвола – условно-рефлекторного микротриггера (этого перцептивно воспринятого кванта подсознательно значимой для человека внешнесредовой информации), на предварительно уже заселенное патогенным Символом Сознание сначала происходит вспышкоподобная активация в последнем патогенного Образа (“пробуждение” Сущности), которая нейрофизиологически сопровождается всегда глобальным и одномоментным условно-рефлекторным возбуждением всего ансамбля нейронов, образующих в мозге аффективно-когнитивную структуру…

(более чем возможно, что психоневрологически воплотившиеся Сущности паразитируют не только в головном мозге, а на нейронах всех отделов центральной и периферической нервной системы, и тогда популяция или ансамбль ее (Сущности) вассальных нервных клеток является аффективно-когнитивно-“еще какой-то” структурой. Я затрудняюсь в правильном терминологическом обозначении этого гипотетического третьего пула. Вполне возможно, что этот третий периферический пул клеточного ансамбля – вассала патогенного Образа, по количеству нейронов (и степени выраженности патологического воздействия на жизнь и здоровье человека) может быть равным или даже превысить первые два пула. Это возможно хотя бы потому, что, например, в абдоминальной нервной системе общее количество нейронов не меньше, если не больше, чем в головном мозге. В отличие от меня, профессор Менегетти, наоборот, полагает (приводя свои аргументы и ссылаясь на современные научные данные), что абдоминальная нервная система – “гастроэнтерологический мозг”, всегда интактна при психосоматической патологии (обозначение этой группы болезней как “духовно-психосоматическая патология” в доступных мне трудах Менегетти, изданных на русском языке, им не используется, как и не используется во всей другой, прочитанной мною по этому вопросу, научной медицинской и психологической литературе, принадлежащей перу (или клавиатуре) других авторов), в частности, по его мнению, она также не поражается “монитором отклонения”, и именно поэтому, считает Менегетти, правильное воздействие на абдоминальную нервную систему обладает большим (психо)терапевтическим потенциалом (автор – не врач, и в своей практике он использует психотерапевтические и другие немедицинские приемы и способы, которые достаточно подробно описаны в его научных трудах). Я полагаю, что там, где есть миелинизированные нервные волокна, есть и возможность появления локусов демиелинизации, на мой взгляд, являющихся единственной патоморфологической основой открытого профессором Менегетти “монитора отклонения”).

Условно-рефлекторное возбуждение нейронов аффективно-когнитивной структуры клинически проявляется в виде специфического (непсихиатрического и неневрологического) состояния психики, когда незаметно для себя самой личность мгновенно меняется, точнее даже сказать, полностью или частично вытесняется-подменяется “проснувшейся” внутренней Сущностью, тайно (от главного “Я”) “разбуженной” условным “зовом”-сигналом от “своего” внешнесредового микротриггера. Это возбуждение нейронов сопровождается мгновенной, – по “скоростным меркам” организма, почти молниеносной и еще поэтому незаметной главному “Я” – активацией соматических и железисто-висцеральных нервных проекций психики-Образа, что приводит к повышению тонуса соматической и гладкой мускулатуры, образующей позу, – и тогда обретшая (точнее, временно присвоившая чужую) плоть внутренняя духовно-психосоматическая Сущность уже способна (если ее не остановить) не только мыслить-переживать, но и самостоятельно действовать, чтобы осуществить-исполнить Кем-то задуманное. Задача-задание Сущности может заключаться и в том, чтобы, наоборот, не допустить совершения человеком какого-то действия, принятия определенного решения, выражения отношения к какой-то проблеме или другому лицу и т.п. Существенно, что, как и “пробуждение” Сущности и активация ее аффективно-когнитивной структуры, повышение тонуса ее позной мускулатуры тоже практически не замечается и не ощущается главным “Я” человека, так как в моменты актуализации Образа оно, это “Я”, перестает быть единственным и полновластным “хозяином” мышц, образующих данную позу, из-за их ситуационных секвестрации (которая, вспомним, сопровождается почти полным проприовисцероцептивным импульсным “молчанием” отекших-секвестрированных мышц и висцеральных областей) и появления либо актуализации множества центральных и периферических локусов церебро-нейро-соматического разобщения (вследствие демиелинизации). Правда, в моменты тайного захвата-перехвата Сущностью необходимой ей части психосоматических “бразд правления” человек может внезапно вздрогнуть…

(“вздрогнуть” от ощущения специфического внутреннего “толчка”, патофизиологически обусловленного действием на мозг проприовисцероцептивной волны, вызванной синхронным одномоментным напряжением и по амплитуде очень малым сокращением-движением большого количества соматических (и гладких) мышц вследствие церебрального тоногенного импульсного залпа на позную мускулатуру. При этом напряжение и сокращение-движение каждой отдельной мышцы, входящей в позу, слабое, незначительное и практически не ощущаемое, и только суммируясь, эти синхронные напряжения-движения дают эффект “вздрагивания”, которое часто и внешне почти не видимо, а только внутренне специфически ощущается вдруг вздрогнувшим человеком. Такие внутренние толчки-вздрагивания бывают не только в состоянии бодрствования, но и во сне и в полудреме – и тогда нередко человек внезапно пробуждается, и если его расспросить, то он может вспомнить, как во сне на него внезапно “кто-то”-“что-то” сзади-спереди набросилось-толкнуло, он упал, куда-то внезапно провалился или что-нибудь подобное),

…либо по голове, лицу, телу и конечностям быстро пробегают (как обозначают эти – всегда объективные! – сенсорные феномены психиатры, сенестопатии или ложные ощущения) “мурашки”, и/или где-то на коже появляются участки неполного онемения. Одновременно или чуть раньше-позже “мурашек” (иногда изолированно) появляется специфический “холодок” “где-то” во внутренних органах, как правило, кратковременно и смутно-диффузно ощущаемый сначала примерно в подложечной области или чуть ниже (либо чуть выше, в области диафрагмы) с последующим внутренним продвижением по направлению верх и кпереди (к боку, кзади). Появление этих аффективных сенсорных феноменов обусловлено распространением (в норме – при отсутствии демиелинизации – никогда не ощущаемой) волны возбуждения по демиелинизированным участкам соматических нервов и аналогичным участкам миелинизированных абдоминальных и торакальных вегетативных нервных сплетений и волокон (вспомним, своим возникновением эти волны возбуждения обязаны церебро-сомато-висцеральному эфферентному импульсному залпу от нейронов активированной аффективно-когнитивной структуры). Еще одна причина появления этих ощущений следующая: одномоментное синхронное аффектогенное тоническое напряжение позных соматических мышц и гладкой мускулатуры сосудов и внутренних органов сопровождается мощной афферентной (ирритативной) волной, вызванной одновременной миогенной компрессией множества нервов, нервно-сосудистых пучков, раздражением вегетативных ганглиев, периваскулярного симпатикуса и т.д. в определенных местах, например, в области sulcus n. ulnaris и др.

Характерно, что в обычных условиях, когда Образ-Сущность крепко “спит” или, что гораздо чаще, чутко “дремлет” (постоянно ожидая команду-сигнал к пробуждению-действию от “своего” внешнесредового микротриггера), позообразующие мышцы могут принимать участие почти во всех локомоторных и поведенческих актах (гладкие – в перистальтике и т.д.), инициированных главным “Я” человека. Это может иметь следующее патофизиологическое объяснение: при отсутствии в течение какого-то определенного времени аффектогенного тонического напряжения мышцы не актуализированного позного паттерна находятся в расслабленном состоянии и поэтому они почти или совсем не отечны и не секвестрированы, адекватно перфузируются и лимфодренируются; соответственно, нет недостаточности vasae nevrorum et vasorum и narvae vasorum et nevrorum и, следовательно, нет явлений миелинопатии (и нет разобщения, либо оно минимально) и недостаточности вазомоторов (и нет, по крайней мере, выраженных гипотонии и полнокровия сосудов, способствующих, вкупе с другими патогенетическими факторами, персистированию альтерации сосудистой стенки и экссудации). Но как только произойдет вспышкоподобная активация Образа и возбуждение нейронов его аффективно-когнитивной структуры, их эфферентный импульсный залп (если он достигнет необходимой силы и будет длиться в течение достаточного времени) по “своей” позной мускулатуре (есть и “чужие” позные мышечные паттерны, “чужие” мышцы и даже “чужие” брюшки, порции и, возможно, небольшие пучки волокон в отдельных мышцах, “принадлежащие” другим Образам или находящиеся в “совместном, порой, одновременном пользовании”), вспомним, вызывает развитие (или рецидив) синдрома “мышечных лож”: мышечное напряжение → повышение внутримышечного давления → полнокровие и повышение внутрисосудистого давления крови и лимфы в субфациальных и внутримышечных макро- и микрососудах, а также в vasae nevrorum et vasorum и т.д. В свою очередь, это вызывает открытие-бужирование “прикрытых окон” телесной памяти о данной Сущности-болезни – многочисленных “своих” (и “совместных”) альтерационных отверстий в перфокарте-сосудистой стенке…

(если, конечно, они, эти окна-отверстия, не успели “зажить”; также в моменты особенно выраженной или затяжной актуализации Образа может происходить образование новых локусов сосудистой альтерации, что ведет к увеличению емкости местной телесной памяти о данной болезни и способствует продолжению забарьерной экспансии – “просачиванию”-экссудации и “материализации”-пролиферации – самовоплощающейся через эти “входы-окна” Сущности. Эта Сущность, вспомним, порождена Символом, который на уровне “Я” всегда добровольно “приглашен-впущен” самим человеком либо Кем-то, в тот момент тайно хозяйничающим в нем, – но хозяйничающим все равно с его личного ведома!)

…и экссудацию из них в соответствующие внутримышечные периваскулярные пространства, в том числе и в пери- и эндоневрий внутримышечных нервов. Образовавшиеся или усугубившиеся отеки, артериальная ишемия и венозно-лимфатическая гипертензия-застой во внутримышечных нервных стволах, а также экстрамышечно: в цереброспинальных нервных трактах, корешках, сплетениях и нервах, автоматически сопровождаются нарастанием имеющейся латентной многолокусной миелинопатии и усугублением либо появлением недостаточности проведения нервных импульсов по афферентным и эфферентным волокнам, иннервирующим вовлеченные в позный паттерн соматические (и гладкие) мышцы или их отдельные порции, что проявляется как ситуационный транзиторный (на время активации Образа и несколько дольше, но порой, и много-много дольше) смешанный центрально-периферический вяло-ригидно-спастический парез (с нередкими отечно-дисциркуляторными рецепторной и синаптической дисфункцией и дисметаболическими миотоническими и миопатическими нарушениями) всей или части позной мускулатуры либо позной части их порций-волокон.

(Часто бывают клинические и электрофизиологические ситуации, когда одна порция какой-нибудь мышцы, особенно крупной, (преимущественно) ригидна – в этой порции доминирует подкорковый уровень поражения, другая спастична – пирамидная недостаточность, а тонус третьей порции изменен по типу вялого спинального паралича или невральной амиотрофии – и все это к тому же “покрыто” диффузным миопатическим “налетом” – да еще на фоне периодических островолновых, псевдомиотонических или других разрядов либо залпов фибрилляций или фасцикуляций, сочетающихся с положительными миастеническими пробами. Порой, сделаешь электронейромиографию, сидишь и чешешь в затылке: как же все “это” описать – а еще нужно куда-то “втиснуть” и криптогенную карпо-педальную тетанию, выявленную у этого же больного при пробе с гипервентиляцией, и другие изменения...).

Из-за ситуационного пареза-разобщения в течение определенного времени человек не может произвольно расслабить тонически напряженные мышцы…

(точнее, не может их ни расслабить, ни еще более напрячь; иногда его тело настолько напряжено, ригидно и сковано, что он вообще не в состоянии даже пошевелиться – “стоит, как истукан”, а нередко ему и “в голову не приходит” пошевелиться или что-то другое сделать. К тому же, вспомним, человек (почти) не ощущает этого нарастающего напряжения (вследствие – тоже нарастающего – церебро-соматического разобщения и т.д.) и еще поэтому он не пытается “стряхнуть наваждение” – а такое в первые мгновения “зачарованности”, когда “Я” еще не полностью усыплено-вытеснено Сущностью, вполне возможно)

…и устранить позу. Такое “стояние в позе” еще более усугубляет отек, дисциркуляцию, денервацию, разобщение и парезы (а еще, вспомним, во время актуализации позы по “Я”-ЦНС напрягшимися мышцами наносятся гемодинамические и другие удары, нередко сами по себе способные “вырубить” любую “Я”-психику, – и “вырубают”).

Иными словами, с помощью механизмов разобщения и секвестрации Сущность эффективно блокирует (почти любую) возможность психоневрологического влияния главного “Я” на свои (не “Я” – а Сущности) аффективно-когнитивную структуру и позу; можно даже сказать, что благодаря этим механизмам, (духовно-)психосоматическая Сущность “невидима” главному “Я”, “не подозревающему”, что внутри него “завелся” и действует Чужой.

Конечно, трудно поверить, что человек абсолютно не замечает исчезновения-кражи-потери-секвестрации целого церебро-нейро-соматического ансамбля, порой, достаточно крупного, – но это так. Правда, он всегда ощущает сам момент такой “кражи”, но не знает, о чем действительно говорят эти его ощущения, которые обычно “списываются” на некое абстрактное “волнение”. Речь идет о привычных всем “волнующимся” (и тем, которых “несет” или др.) слабости и/или тяжести в теле, неловкости – в плане совершения одних движений-действий, и одновременной поразительной быстроте и ловкости – в плане совершения других, о нелепости или вычурности поз и движений, телесной дрожи, заикании или сбивчивости речи, гиперсаливации либо сухости во рту, сердцебиении, изменении дыхания, потливости, “гусиной коже”, о некой специфической психической “погруженности” в происходящее или, наоборот, парадоксальной “отстраненности” от чего-то, человеком в данный момент испытываемого или “творимого”-совершаемого, о “привычном” ситуационном наличии в голове каких-то назойливых мыслей, словечек, фразочек, стишков либо навязчиво-механическом прокручивании-воспроизведении одной и той же примитивной мелодии-мотивчика или песенки, а также множестве других подобных аффектогенных сенсорных, моторных и прочих феноменов, как перечисленных чуть выше, так и тех, о которых еще будет сказано (и не сказано – всего не перечислить, тем более все эти феномены, как и ситуации, их провоцирующие, прекрасно описаны в художественной литературе, переданы в театральных постановках и показаны в художественных фильмах).

Но так как в таких случаях (активации позы и неподконтрольности ее мышечного паттерна главному “Я”) речь никогда не идет о полном центральном и периферическом нервно-мышечном разобщении – грубом или полном блоке проведения нервных импульсов на трассах “ЦНС→позные мышцы” и “позные мышцы→ЦНС”, хотя, бывает, доходит и до этого, – то минимальная восходящая проприо(висцеро)цептивная импульсация от тонически напряженных мышц данного позного паттерна (включая “обходные” проекционные пути вследствие активности “монитора отклонения”) всегда имеет место, и такого, – пусть и гомеопатически малого, – импульсного воздействия обычно вполне достаточно для пролонгации возбуждения нейронов, входящих в вассальную аффективно-когнитивную структуру данного Образа, которые (нейроны), вспомним, всегда работают в режиме (полностью неведомом-недоступном нервным клеткам главного “Я”-мозга) селективной денервационной (депривационной) сверхчувствительности к сверхслабым импульсам, поступающим от мышц (или их отечных-секвестрированных порций) только “своей” позы (и к импульсам от гладкой мускулатуры тоже только “своих” сегментов кровеносных сосудов и “своих” секвестров-частей желез и внутренних органов). Поэтому, несмотря на парез позной мускулатуры и ничтожность (по “меркам” главного “Я” – и многих ученых и неученых медиков) ее восходящей проприовисцероцептивной импульсации, активность нейронов аффективно-когнитивной структуры этой импульсацией все равно будет поддерживаться на уровне, достаточном для пролонгации произошедшей ранее полной или частичной подмены главного психического “Я” на Образ или “Я”-Образ; причем полностью или частично попавший под власть Образа человек, как правило, способен говорить и двигаться (правда, специфически), так как позные мышцы паретичны только для главного “Я”, но “отвечают”, – пусть и слабовато, – на приказы и команды своего хозяина-Образа. Соответственно, сохраняющаяся в течение определенного времени “тихая” восходящая сомато→нейро→психическая ирритативная импульсная подзарядка-подпитка Сущности-Образа тоже будет…

(особенно, повторимся, на фоне парциальной проприовисцероцептивной депривации-“усыпления” главного “Я” вследствие тех же самых секвестрации, пареза и разобщения, во время появления которых позные мышцы как бы “исчезают” из “поля внутреннего импульсного зрения”, – образно выражаясь, в рецептивном восприятии “Я” своего(-чужого) тела появляется своеобразное “слепое проприовисцероцептивное пятно”, эффективно “прячущее” позу. Нейрофизиологически этому “исчезновению” тела Сущности из “поля зрения” главного “Я” также способствует общее снижение тонуса ЦНС, возникающее а) из-за уменьшения активирующих влияний на кору со стороны рострального ствола, в свою очередь, афферентно недогруженного по причине снижения мощности спино-ретикулярного потока, недополучившего импульсацию от мышц вследствие их пареза-секвестрации, и б) по причине церебронейросоматического разобщения)

…способствовать пролонгированию тайного влияния Сущности на настроение, мышление, мнения, желания, действия, поступки и поведение субъекта (точнее, уже не субъекта, ибо он незаметно на время (полу)отстранен-(полу)отключен от этой – позаимствованной-украденной у него – позы-части тела, которая временно управляется не его, субъекта, главным “Я”, а – его же, субъекта! – внутренней частью-Сущностью. Вопрос: что “делает” в это время главное “Я” и где оно?), случайно попавшего под действие микротриггера, а его (Сущности-Образа) ничтожной нисходящей церебро(нейро)соматической импульсации будет вполне достаточно для поддержания напряжения и двигательной активности “своих” мышц, даже, несмотря на их секвестрацию и парез, в течение определенного (обычно не очень долгого) времени. Наоборот, эти факторы (секвестрация и др.), еще более усугубляя ситуационную импульсную депривацию церебральных, спинальных и периферических нейронов с нормальным и высоким порогом возбуждения, тем самым, не только эффективно “прячут” позу от главного “Я”, но и еще более повышают чувствительность позных мышц к ничтожным импульсам от нервных клеток “своего” Образа. В итоге Образ импульсно “подпитывает”-“заряжает” позу, а поза – Образ, и поэтому они все больше (духовно-)психосоматически интегрируются, образуя все более крепкое и слаженное менегетьевское “единство действия”, – а “сознательное психосоматическое "Я"” ничего “не знает” об этом, ибо действующая Сущность надежно “спрятана” в “психосоматическом бессознательном”. Правда, двигательная и другая активность во время аффекта все же отличается от нормальной и иногда существенно (особенно если знать, на что обращать внимание) – вспомним, например, речь, мимику, неловкие жесты, движения и походку сильно взволнованного, испуганного, разгневанного или по-другому не владеющего собой, – а ведомого аффектом-Образом – человека (также см.: главу XVI).

Выше описано, как в момент аффекта – условно-рефлекторной актуализации Образа, замыкается (духовно-)психонейросоматический “порочный круг”, тайно приводящий к временной и полной либо частичной подмене ничего не подозревающей главной личности на Сущность. Причем эта подмена всегда происходит “на глазах” не только самого – изнутри подмененного – “Я”-“Не-Я”-человека, но и принародно, на глазах у всех акторов (в аффект обычно вовлечены не менее двух человек). И никто: ни родственники, ни друзья, ни коллеги по работе, ни просто посторонние люди, никогда ничего не видит, не замечает и не подозревает (никто – кроме создателей фильмов типа “Чужой”, “Пришельцы”, “Они среди нас” и других подобных кинокартин). – Но как, когда, “Кем” или “Чем” и с какого уровня – “порочного места” – размыкается этот “порочный круг”? – А размыкается он, как это ни странно, сам по себе, безо всякого воздействия, как со стороны главного “Я”, так и со стороны Сущности(ей). Вспомним, нейроны аффективно-когнитивной структуры и в покое (во время ремиссии) находятся в зонах васкуляризации со стойкой альтерацией и повышенной проницаемостью сосудистой стенки, с хронической экссудацией и периваскулярной гипергидратацией субпатологической (в плане “привычных” нам, врачам, “больших” и “убойных” патологических изменений) степени выраженности, а еще плюс гипоксия, гиперкапния, субстратный голод, зашлакованность и т.д. То есть патогенные Сущности, как болотные гады, могут жить только во “влажных”-застойных и “непроточных”-неперфузируемых местах мозга (и тела, а возможно – Души и Сознания), и если нет этих условий (“застойности”-“заболоченности” и метаболической “загаженности”, а любые патоморфологические изменения – это всегда “загаженность” чистого-здорового психо-телесного гадким-грязным-больным), то любая патогенная Сущность либо сразу “не приживается” в ЦНС…

(не происходит трансформация предварительно перцептивно воспринятого Сознанием Символа и превратившегося в нем (или превращенного Сознанием) в Образ, в психику-Сущность – психоневрологическую форму-проявление или этап-стадию нематериально-материального внечеловеческого-внутричеловеческого “жизненного цикла” …→Символа→Образа→Сущности, электрофизиологическим (нейрофизиологическим) отображением которой (психоневрологической формы-стадии) является активность вассальной аффективно-когнитивной структуры, нейроны которой сначала тайно “крадутся” у главного “Я”: экссудативно “заливаются” и “топятся” в отеке (вспомним, вызывающим их торможение, импульсную депривацию и резкое снижение порога возбудимости – денервационную сверхчувствительность, которая, наравне с отеком, и вызывает их структурно-функциональную секвестрацию – или незаметное электрофизиологическое “исчезновение” из ансамбля нейронов, принадлежащих главной личности и управляемых ей, и в дальнейшем обеспечивает недоступность и неподконтрольность этого “украденного” нейронального пула медиаторно-импульсным, эфаптическим, чрезглионейрональным и, возможно, каким-то другим влияниям со стороны главного “Я”-мозга-тела) и потом захватываются-одухотворяются патогенным Образом. В случае же “неприживления” в мозге (нервной системе) Символ либо сразу “покидает” Сознание, либо в течение какого-то времени – часы? дни? месяцы? годы? вся жизнь? – остается в нем в виде бесплотного и непсихического Духа-Идеи-Образа),

…либо эта Сущность быстро покидает (возвращается по …↔психо↔сознательному↔… “соустью” из психики-мозга обратно в Сознание) это неподходящее – “проточное” либо, наоборот, “засушливое” (если она пыталась первично воплотиться в области гипогидратации) место мозга (и/или других отделов центральной и периферической нервной системы), так как лишается главного патофизиологического условия, абсолютно необходимого для ее тайного паразитирования на нейронах, – состояния денервационной сверхчувствительности. Очевидно, попытки Мысли-Идеи-Образа “прижиться” на нейронах с нормальным порогом мембранной электровозбудимости всегда приводят к явному, а не тайному моральному и внутрипсихическому конфликту и их психоневрологическому отображению-проявлению, а это уже другая – с самого начала осознаваемая субъектом – проблема-патология, которая не рассматривается в данной работе.

Несмотря на то, что гады-Сущности “любят” “влажные места” мозга (и тела), дальнейшее нарастание отека, закономерно наблюдающееся при любом, порой, даже малом аффекте (а плюс еще аффектогенные сомато→церебральные удары: гемодинамический, токсико-шлаковый, ирритативно-импульсный и биохимически-медиаторный, наносимые “артиллеристами” – напрягшимися мышцами активированного позного паттерна, не только “по мозгам” в целом, но и по своей, и без того “слабой”, аффективно-когнитивной структуре, – “свои бомбят своих”!), быстро приведет к тому, что местно поступающих с кровью кислорода, глюкозы, аминокислот и т.д. будет недостаточно для поддержания возбуждения даже “нетребовательных” (к тому же и так “полудохлых”) нейронов аффективно-когнитивной структуры. И тогда неизбежно наступит торможение их функциональной активности, которое автоматически приведет к “самосворачиванию” Образа в психике-мозге (его временному “убеганию” в “параллельный мир” – Сознание) и прекращению его влияния на состояние и поведение субъекта; главное “Я” вновь станет “главным” и полностью завладеет психосоматическими “вожжами”, точнее, они, эти “вожжи”, ему как бы “сами” вернутся. Но “Я” может и не “смочь” “взять” эти “вожжи”, и тогда наступит так называемая “прострация” – часто встречающееся в жизни, к счастью, обычно недолго длящееся (как правило, достаточно прикрикнуть или толкнуть “остатуившего” человека, чтобы он “опомнился” и вновь “ожил”-задвигался), состояние обездвиженности-“обезмысленности”-“обесчувственности” тела, (частично и временно) “лишенного” психики, чем-то близкое к кататонии, о чем подробнее еще будет сказано.

Еще раз подчеркнем, что “поселившаяся” в мозге психика-Сущность, эта первичная биологическая – психоцереброневрологическая, стадия-форма материализации-воплощения Символа-Образа (вторичная биологическая стадия-форма – психоцеребронейросоматическая), имеет очень узкий гомеостатический диапазон или “коридор”, обеспечивающий ей возможность функционирования и существования в биологических условиях (про гомеостатический духовный “коридор” определенно сказать ничего не могу, но очевидно, “что-то” подобное в Сознании имеется, иначе ни у кого бы просто не было никакой, сколько-нибудь определенной и устойчивой духовности. Полагаю, “духовный гомеостаз” – нравственную чистоту Духа, в Сознании блюдет-обеспечивает матрица-Мораль, о которой подробнее будет сказано в следующей главе), и параметры гомеостаза, опасные или даже гибельные для нейронов аффективно-когнитивной структуры, принадлежащей психике-Образу, практически безопасны для главного “Я”(-мозга), нейроны которого нормально кровоснабжаются, работают в условиях обычной гидратации и поэтому имеют гораздо больший запас метаболической “прочности” и функциональной устойчивости к плюс-минус колебаниям функциональных и биохимических параметров церебрального (спинального, ганглинозного и т.д.) и общеорганизменного гомеостаза и диапазон чувствительности к импульсам, включая электрофизиологическую устойчивость к экстеро- и интероцептивным электроимпульсным ирритативным (и другим) ударам. Поэтому Сущности не так “сильны”, “неуязвимы” и “опасны”, как (читая написанное, кому-то) кажется…

(кстати, то же самое вполне можно сказать и о самой “обители” всех этих психик-Сущностей – секвестре-сфере “психическом (психоневрологическом) бессознательном” или нашем внутреннем “подводном граде-Китеже”, патофизиологической основой тайного, – но реального! – существования которого является тот же самый феномен денервационной сверхчувствительности нейронов, расположенных в области персистирующего отека нервной ткани. В свою очередь, (чуть забежим вперед) патофизиологической основой “соматического (соматовисцерального) бессознательного” – “обители” тел Сущностей, являются сенсорно-импульсно, биохимически и по другому депривированные соматические и висцеральные секвестры, тоже образовавшиеся в результате отека (“потопа”), являющегося, таким образом, патоморфологической первоосновой и психического и соматического “бессознательного”. При инфекционных (тиф) и других заболеваниях и состояниях (прием мочегонных препаратов), сопровождающихся дегидратацией организма (потерей большого количества жидкости), в том числе и области “бессознательного”, последнее начинает уменьшаться, подобно тающей льдине. И тогда обезвоженные, – точнее, чуть “подсушенные”, нормогидратированные – секвестры-психики и секвестры-тела, принадлежащие “обитающим” в “бессознательном” Сущностям, тоже начинают “таять”-десеквестрироваться и информационно “п(р)оявляться” на поверхности психики, то есть нервно-импульсно и биохимически реинтегрироваться в “Я”-сознательный общеорганизменный психосоматический ансамбль. Осознаванию-реинтеграции “тающих” частей секвестров также способствует и параллельное уменьшение отечности миелинизированных центральных и периферических нервных волокон, в свою очередь, вызывающее уменьшение выраженности психонейросоматического взаиморазобщения. Образно говоря, в таких случаях наступает своеобразное “опорожнение бессознательного”, когда информационное (проприовисцероцептивное и другое) “содержимое” части из хранящихся в нем “психик” и “тел” начинает частично как бы “выплескиваться” или “струйно выбрасываться” наружу, на поверхность сознания. И “всплывают”-вспоминаются все или некоторые – прежде “затопленные” в “психическом, психосоматическом и соматическом бессознательном” – мысли, чувства, переживания, эмоции, болевые и другие телесные ощущения, ответы и реакции; перед внутренним взором человека встают-оживают зрительные, слуховые, обонятельные и иные картины, причем нередко в виде фантастических или сноподобных комбинаций из кусков-фрагментов его давнего и недавнего – не всегда собственного, но всегда реального! – прошлого; это и различные, в свое время не произнесенные слова, не сказанные фразы и не сделанные движения-действия, это и когда-то абортивно прерванные и не завершенные сосудистые, нейровегетативные, аллергические, иммунные, температурные и железисто-висцеральные реакции, сопровождавшие все вышеперечисленные образы-картины и психомоторную деятельность. В свое время все это внезапно прервалось и не завершилось, потому что было, вследствие аффекта → альтерации → экссудации → отека → секвестрации, “заперто-затоплено” в “бессознательном”. К тому же весь этот наплыв-поток прошлого – близкого, далекого или очень далекого: раннедетского или даже внутриутробного, из данной или одной из предыдущих жизней (данного человека или других людей, события чьих жизней частично “запечатлены” в его “коллективном бессознательном”) – к тому же искажается “монитором отклонения”. – Как тут не пригласить психиатра!

Клинически вызываемое дегидратацией “опорожнение бессознательного” может проявляться как (токсический, инфекционный, гипертермический, посттравматический, “психиатрический” и т.д.) бред, галлюцинации, горячка, обманы чувств, калейдоскопы воспоминаний, смех, плач, страх, тревога, агрессия, бессмысленные звуки, неразборчивые выкрики, неуместные слова и фразы, различные простые и сложные движения и порывы на них, включая вздрагивания, замирания, всматривания и вслушивания, психомоторные автоматизмы, параличи, крампи, тетании, ознобы, единичные или множественные мышечные подергивания и судороги; это и множество психовегетативных, сосудистых, железистых и висцеральных реакций: общая или регионарная гипертония, дистония или коллапс, рвота, понос, нарушения сердечной деятельности, спазмы полых внутренних органов, потливость или сухость кожи, гипо- или гипертермия, гипо- или гипергликемия, пароксизмальные изменения уровня гормонов крови, нарушения рН, кислотно-щелочного равновесия и колебания других параметров физиологического и биохимического гомеостаза. В общем, все то, – еще раз повторим, не выдуманное, а реальное, действительно когда-то имевшее место! – что было “заперто” и тайно хранилось в “секвестрированном бессознательном” человека, глубоко внутри его личности и тела (и, возможно, духа), в моменты “опорожнения бессознательного” начинает “всплывать” наружу, – причем в нередком ряде случаев можно говорить о настоящей подмене личности больного человека чуждой (и поэтому подлежащей экзорсизму, как это показано в фильме “Изгоняющий дьявола”) духовно-психосоматической (болезнью-)Сущностью – “Пришельцем” или “Чужим”. Вот так “прошлое-бессознательное” настигает нас в “сегодняшнем-сознательном”, и нередко оно делает это в самые драматические моменты нашей жизни – как тут в очередной раз не вспомнить Стивена Кинга с его знаменитым романом: “Иногда они возвращаются снова”.

В этих длинных скобках остается добавить, что спонтанные “опорожнения бессознательного” – следствия нормогидратации секвестрированных областей ЦНС, ПНС и соматовисцеральной сферы, а по-иному – “подключки” Образа к “Я”, часто бывают и при так называемом “обычном” состоянии или легком “житейском” аффекте, что проявляется, в том числе и виде “психо- и соматофантомов”, о которых еще будет сказано. “Опорожнение бессознательного” также может провоцироваться бессонницей (“Бессонница” Стивена Кинга) или депривацией сна, глубоким, в том числе и популярным ныне “голотропным” дыханием (развивается гипервентиляционный синдром или синдром панических атак), медитацией и (само)погружением в транс, двигательной иммобилизацией в условиях аффекта (в том числе фиксацией буйно помешанных в психиатрии, тугим пеленанием младенцев и т.д.) либо, наоборот, интенсивными физическими упражнениями, занятиями аэробикой, шейпингом, многочасовыми танцами на дискотеках, длительным и аффективно и локомоторно насыщенным сексом (про некоторых так и говорят: “он(а) от секса сходит с ума”), саунами, парными, болезненными манипуляциями (и ожиданием их – в этом отношении показательно поведение части людей, ожидающих приема у стоматолога), быстрой и экспрессивной речью, особенно “самовзвинчивающихся” (или умышленно взвинчиваемых кем-то знающим) и поэтому быстро опьяняющихся собственной речью ораторов (“Что он несет!” – вспомните выражение лица, мимику, жесты и речи некоторых президентов, вождей, политиков, лидеров, депутатов, крупных чиновников, а также преподавателей, учителей, студентов и школьников, отвечающих у доски) и многим другим, вызывающим дегидратацию организма – в том числе и областей “бессознательного”.

Весьма специфическое состояние психики – особая “эйфория”, и ощущения внутри головы – ее “просветление”, и в теле – “легкость”, “воздушность”, наступают после сеансов гирудотерапии, особенно при постановке пиявок на определенные области лица, головы, шеи, позвоночника и копчика (кстати, после постановки пиявок на некоторые отделы позвоночника и других областей тела у пациентов, наоборот, появляется специфическое “дурное” состояние: беспокойство, страх, тревога, угрызения совести и т.д.). В чем-то подобные состояния появляются и после “удачных” и патогенетически оправданных манипуляций на шейном и других отделах позвоночника при мануальной терапии.

Косвенным дегидратирующим эффектом на ЦНС, ПНС и сомато-висцеральную сферу – и, следовательно, риском “опорожнения бессознательного” – обладают определенные дозы антидепрессантов, адреномиметиков, амфетаминов, галлюциногенов, ноотропов, стимуляторов ЦНС и организма в целом, сердечных гликозидов, блокаторов кальциевых каналов, гормонов щитовидной железы, мочегонных и многих других препаратов, при индивидуальной или ситуационной передозировке вызывающих нарушения психической деятельности (см. инструкции к этим препаратам). Остается добавить, что при грамотном патогенетическом лечении аварийного и неконтролируемого “опорожнения бессознательного” вполне можно избежать. Скобки закрываются).

…Это положение имеет большой терапевтический потенциал: для изгнания (а только это и возможно!) живой Сущности из материи-мозга в нематериальное и небиологическое Сознание не нужны какие-то “сверхмощные” терапевтические удары-воздействия как, например, химиотерапия и облучение в онкологии или лекарственные комы, электрошок, хирургические и нейролептические лоботомии в психиатрии. Достаточно улучшить гемоликвородинамику, чтобы сразу создать в мозге условия существования, непереносимые или губительные для Сущности – психоневрологической стадии-формы-проявления Символа-Образа (но не для самого Образа!). Как только гидратация нервной ткани станет нормальной (другой вопрос, каким методом-способом и, что не менее, если не более важно, в какой “патогенетический момент” (чтобы избежать, например, спонтанного “опорожнения” “бессознательного”) это сделать терапевтически, причем катамнестически – обязательно на длительное время), так сразу же – практически почти моментально, как это бывает при “чудесных исцелениях” или удачных терапевтических “попаданиях”, – произойдет нормализация (повышение) прежде низкого порога возбудимости нейронов. И тогда полностью исчезнет селективная денервационная сверхчувствительность – нейрофизиологическая основа существования эксклюзивно принадлежащей Сущности аффективно-когнитивной структуры, так как ее нейроны автоматически перестанут реагировать на сверхслабые и слабые “зовы” “своих” внешнесредовых условно-рефлекторных микротриггеров и проприовисцероцептивные (и, вполне возможно, какие-то другие) “зовы” мышц “своей” позы и будут вновь возбуждаться только от действия по силе нормальных нервных импульсов.

Ну вот, аффективно-когнитивная структура (вроде бы) ликвидирована, мозг “освобожден” от паразита-Сущности, человек скоро выздоровеет, и нам, докторам, теперь можно вздохнуть спокойно. – Но не все так просто. К сожалению, с нормализацией степени гидратации вещества мозга и нормализацией порога возбудимости прежде сверхчувствительных нейронов аффективно-когнитивной структуры – продуцента-носителя “психики” Сущности, вожделенное выздоровление отнюдь не наступает. Нельзя забывать о том, что остались позный мышечный паттерн и железисто-висцеральный ансамбль – “живое” тело Сущности, и его проприовисцероцептивные “зовы” (как и “зовы” внешнесредовых микротриггеров – внешняя ситуация, провоцирующая атаки заболевания, в результате действий врача ведь тоже никак не изменилась, а, может быть, во время медикаментозного лечения и даже ухудшилась) еще неопределенно долго будут исходить из этой телесно воплощенной (части) Сущности, пусть и “обезглавленной”, но не погибшей – живой, и постоянно пытающейся, подобно гомеровским сиренам, вновь и вновь посылая эти импульсы-“зовы” (вспомним, гомеопатически слабые и поэтому тайные для главного “Я” – и врачей), найти-призвать-вернуть “свою” “голову”-психику. И такие попытки поиска-“приставления”-“приживления” (Сущности-психики-мозга-)“головы” к (Сущности-позе-)телу будут продолжаться до тех пор, пока не произойдет полное закрытие альтерационных отверстий в сосудистых стенках – этих “окон” телесной памяти о данном Образе и “проходов” для (дальнейшей) забарьерной инвазии и телесного воплощения болезни-информации-Сущности. Благодаря этим окнам-проходам, поза-тело Сущности в течение какого-то времени вполне в состоянии расти-увеличиваться и без своей психики-“головы” (как это нередко и бывает у физически очень развитых олигофренов и, по выражению Ганнушкина, “конституционально-глупых”). Но локусы альтерации – это еще и проходы-выходы, обеспечивающие “обезглавленной”-разодушевленной Сущности возможность (частично) развоплотиться, вновь превратиться в кровь-информацию – свою жидкую-неуловимую жизненную форму…

(вспомним многочисленные генуинные “гипервеществемии”, особенно пароксизмальные, – возможно, в ряде случаев это и есть косвенные биохимические свидетельства обратного “перетекания” телесно развоплощающейся Сущности в кровь при “опорожнении соматического (и неврологического) бессознательного”. Такое “опорожнение бессознательного” – спонтанное или после “вскрытия” узревшим его и самоочищающимся главным духовно-психосоматическим “Я” – и бегство из него Сущностей (и библейский “сценарий” этого бегства: местное развоплощение после обнаружения, “перетекание” в кровь – “Красное море”, блуждание по организму в поисках-присвоении чужой соматики – нового “обетованного-бессознательного”, в котором можно укрыться-спрятаться от “фараона” – главного одухотворенного “Я”, в частности, от его иммуно-макрофагальной системы, прижиться-воплотиться, войти в силу и вновь изнутри тайно пакостить духовно-психосоматическому человеку, искушая его, иссушая-выедая изнутри, мешая ему (начать) искать и найти-понять-полюбить Себя в Себе-“Не-Себе”, не убить – изгнать! из Себя Сущность-“Не-Себя”, чтобы спасти и реализовать “Я-Жизнь”-“Я-Себя”) напоминает подвальных крыс, разбегающихся в разные стороны при включении света.

В “медицинских” главах моей работы это “опорожнение бессознательного” представлено в виде “опорожнений” (выдавливаний из) четырех “депо” и последующего нанесения четырех (метастатических) травмирующих “волновых ударов” по организму: 1 (“цунамиподобного”) гемодинамического – массой выдавленной из мышц “волн” крови (лимфы и тканевой жидкости); 2 ирритативного – “массой” проприовисцероцептивной импульсации (информационно-травматически “ослепляющей-оглушающей” “Я”-ЦНС, что облегчает бегство-передислокацию Сущности); 3 медиаторно-биохимического – массой биологически активных и других веществ, выдавленных сократившимися позными мышцами из своих микрососудов и интерстициальных пространств; 4 токсико-шлакового – механически-компрессионный дренаж соответствующих депо (образно выражаясь, это и змеиная струя яда и одновременно выброс чего-то вонючего из соответствующего места убегающей Сущности, цель которых, думаю, понятна).

Затем “жидкие” Сущности, разделившиеся на четыре составляющие – одну импульсную и три биохимических, “разбегаются” уже из крови в четыре “разные стороны” психосоматического организма: А “жидкая часть” Сущности – кровь, лимфа, ликвор, интерстициальная жидкость, попадая в системный кровоток и вызывая гиперволемию большого и малого круга, распределяется по органам и тканям – но не равномерно, а преимущественно в те (“Кем-то” и когда-то) “помеченные-запомненные” места, где имеется повышенная проницаемость сосудистой стенки и растянутые паравазальные анатомические пространства (“земля обетованная”); Б “импульсная часть” Сущности – собственно информация о Сущности и поэтому самая опасная ее часть, убегает-направляется в нервную систему, точнее, в “свою” психику-аффективно-когнитивную структуру, где какое-то время “прячется” и после – вторично психосоматически (эфферентно) проецируется, то есть возвращается для нового воплощения в прежний (и/или новый) соматовисцеральный регион; В “медиаторно-биохимическая часть” Сущности рассеивается по органам и тканям, в которых (которыми) и потребляется. Это – плата Сущности за спасение, подобная отвалившемуся хвосту убегающей ящерицы; Г “токсико-шлаковая часть” Сущности частично метастатически разносится по тканям организма, – включая ткань-кровь, – отравляя их (в частности, загружая-блокируя клетки иммуно-макрофагальной системы – солдат армии Фараона), а частично попадает в печень, почки, сальные и потовые железы, бронхи, просвет желудочно-кишечного тракта и т.д., в которых превращается (попадает) в нормальные и патологические секреты, выделения и биологические жидкости, чтобы навсегда покинуть организм (собственно говоря, эта часть Сущности не нужна и ей самой).

Для медицины важно, что развоплощенное “жидкое тело” (да и “жидкую голову”) Сущности можно (частично) “изловить” и удалить из организма, например, путем приставления пиявок, кровопускания, проведением операции замены крови, – помня, что доноров на предмет наличия в забираемой крови “жидкой” Сущности еще не проверяют! Это можно сделать с помощью плазмофереза, гемолимфосорбции, промывания полостей и других способов очистки или удаления “дурной” крови – и “дурных” лимфы, транссудатов и экссудатов. Также можно осуществить пункционное удаление “дурного” ликвора, провести неспецифические дезинтоксикационные мероприятия: вызвать рвоту, промыть желудок, дать активированный уголь, поставить очистительную клизму, стимулировать (плач, насморк, сиалорею) кашель, потоотделение, диурез, диарею, выработку желчи – провести “чистку” печени и организма. В общем, необходимо сделать все то, что так любили великие врачеватели древности – Гиппократ, Пифагор, Авиценна, Гален, а в дореволюционной Российской империи – старые добрые земские врачи. Скобки закрываются),

…чтобы незаметно для главного “Я” “перетечь”-переместиться для нового воплощения – только в другом телесном месте или даже в …другом теле, о чем еще будет сказано далее и много далее. Из этих соображений методически неверно, даже вредно и опасно (для состояния больного человека и репутации врача), развоплощать-изгонять Сущность из психики-мозга прежде ее развоплощения-изгнания из тела…

(да простят меня коллеги психиатры и невропатологи, но лично я считаю, что как лечебная практика – и не только при духовно-психосоматической патологии – психиатрия и неврология являются терапией второго-третьего эшелона, и при грамотном соматическом лечении необходимость вмешательства специалистов этого профиля, – да и психотерапевтов, психологов и психоаналитиков тоже, – часто вообще отпадает. Разумеется, речь не идет об ургентных состояниях, хотя и при них в нередком ряде случаев можно полностью обойтись без психоневрологического вмешательства или существенно уменьшить его),

…так как “безголовая”, но “имеющая тело” Сущность, повторимся, вполне может “вернуть” свою “голову”-психику – вассальную аффективно-когнитивную структуру: проприовисцероцептивный “зов” тела Сущностистойкое возбуждение паттерна нейроновальтерация-экссудация-отекпоявление у группы нейронов в области отека денервационной сверхчувствительностиаффективно-когнитивная структура или “голова”-психика Сущности, и/или аналогичным способом “вырастить-создать” новую “голову”, – а то и не одну, либо при помощи “монитора отклонения” тайно (навсегда или временно) “присоединиться” к чужой “голове”-психике-Сущности, включая само главное психосоматическое “Я” (“обогатив” личность “изнутри”).

Таким образом, действующий периферический патофизиологический механизм, обеспечивающий “рекапитацию” Сущности, это интенсивное непрерывное и/или “ударное” проприовисцероцептивное воздействие – “так анатомия-Судьба стучится в дверь”, – которое через какое-то время неизбежно “пробивает” тормозной “щит” ЦНС, являющийся главным препятствием для Сущности-тела на ее пути к потенциально “своим” церебральным нейронам.

Возможность “рекапитации” Сущности обеспечивается еще и тем, что ятрогенное угнетение или ликвидация аффективно-когнитивной структуры (даже не нейролептиками – с ними, как говорится, давно “все ясно”, а, например, ноотропами или вазоактивными препаратами – в условиях альтерации сосудистой стенки медикаментозная либо иная активация нейронов и региональное церебральное полнокровие вызовут – ятрогенное! – усиление экссудации и усугубление отека нервной ткани с известными неблагоприятными последствиями) патофизиологически неизбежно проявится как парциальная (но эта “порция” может быть и очень большой) декортикация-децеребрация – патологическое состояние, как известно, вызывающее (в том числе и) недостаточность вставочных клеток – тормозных интернейронов, спинного мозга, на которых оканчивается большинство цереброспинальных нервных трактов. Их недостаточность автоматически приводит к расторможенности альфа- и гамма-мотонейронов, то есть к резкому повышению рефлекторной возбудимости соматической (и гладкой) мускулатуры и развитию пирамидно-экстрапирамидной (альфа- и гамма-, по-другому: экстра- и интрафузальной) спастичности (и спастической дискинезии гладкой мускулатуры – отсутствие кортикофугальных субординирующих влияний автоматически вызывает расторможенность диэнцефально-стволовых вегетативных центров и боковых столбов – вегетативных центров спинного мозга), ответственной как за “изнуряющее” непрерывное проприовисцероцептивное импульсное воздействие на ЦНС, так и за ирритативные импульсные “удары” по психике-мозгу – следствия периферической нервно-рефлекторной расторможенности позной мускулатуры (плюс гемодинамические и другие “удары”), которые, вспомним, в итоге способны истощить общий и/или региональный церебральный ГАМК-ергический тонус, вновь повысить возбудимость головного мозга и (в очередной раз) запустить все, описанные раннее, патофизиологические механизмы, с помощью которых при психосоматической патологии развивается поражение центральной нервной системы. К сожалению, нередко так оно и бывает, когда “одно – лечим, а другое (или то же самое – плюс к другому) – калечим”.

Также вспомним, что (ятрогенная) спастичность – это еще и (ятрогенный) синдром “мышечных лож” со всеми вытекающими патофизиологическими и патоморфологическими последствиями, описанными в соответствующих главах (чтобы ознакомиться с этими последствиями, порой, достаточно почитать раздел “осложнения и побочные эффекты” в инструкциях по применению препаратов, “популярных” в психиатрии, неврологии и терапии. Создается впечатление, что эти осложнения уже давно неявно “планируются” фармакологическими фирмами, чтобы выпускать препараты для лечения такой сверхраспространенной ятрогении, как лекарственная болезнь, которой в наше время страдают десятки процентов людей, однажды обратившихся к врачу за помощью). Так что, хотя “(духовно-психосоматическая) рыба (заболевает-)гниет с головы, но (лечат-)чистят ее с хвоста”.

В XXVI-й главе будет сказано и о других, на мой взгляд, не менее важных причинах необходимости прежде телесно разрушить-изгнать-развоплотить Сущность, причем не только с обязательным учетом анатомической “глубины” и патоморфологической степени-стадии ее соматизации (развоплощение может проводиться либо в каудо-краниальном направлении – от самой нижней анатомической точки телесного воплощения Сущности, либо – с учетом “возраста” частей тела Сущности: альтерация-экссудация-отеки – “молодые” части, области соединительнотканной пролиферации, гиалиноза и т.д. – “старые” части), но также и “глубины” ее “культурального” проникновения-воплощения. И только потом – после десоматизации Сущности, можно и нужно разодушевлять Сущность-психику и изгонять-развоплощать ее из мозга.

Конечно, в идеале, для полного излечения-очищения (тела, психики и сознания) человека от духовно-психосоматической болезни-скверны обязательно необходимо очистить и Сознание: “стереть”-разодухотворить Образ, вновь превратив его в Символ, – ведь только Символ и можно изгнать из духовной-сознательной сферы. Это обязательно необходимо сделать (вот, правда, – кому и как!) для завершения духовно-психосоматического экзорсизма. Здесь, добавлю, обговариваются не методы, а принципы лечения духовно-психосоматической патологии.

Для характеристики причины просто феноменальной психоневрологической “живучести” “голов”-психик Сущностей (как известно, духовно-психосоматической патологией страдают годами-десятилетиями, но чаще – всю жизнь, в итоге умирая от нее), базирующейся на таком, в общем-то, “хилом” фундаменте-основании, как денервационная сверхчувствительность – ее главное и единственное церебрально-неврологическое “оружие”, хорошо подходят глубокая мысль Маркса: “сила женщины в ее слабости”, и не менее глубокая народная пословица-мысль: “в тихом болоте все черти водятся”. Действительно, разве “сила” нейронов аффективно-когнитивной структуры не заключается в их “слабости” – ведь никто (ни “сам” “Я”-мозг, ни ученые, ни врачи, ни больные) даже и не подумает о том, что электрофизиологически почти невозбудимые и импульсно почти изолированные нейроны, ослабленные или даже “полуубитые” отеком-гипоксией и субстратным голодом, “отравленные” шлаками и “обманутые” монитором отклонения, могут представлять реальную, порой, смертельную опасность для человека (то ли дело, психоз, большой эпилептический припадок, перфорация кишечника, гипертония “за двести пятьдесят” или кровоизлияние “в литр” – вот это настоящие болезни, а не разная чепуха-мелочевка). Но это так – и любые терапевтические и другие воздействия, нормализующие порог чувствительности нейронов к импульсам (а мужчин – к женским “слабостям”), губительны для “психики” Сущности (но, не забудем, не для ее “тела” и тем более не для самого Символа-Образа!). Но из этого положения, повторимся, вовсе не следует, что лечение духовно-психосоматической патологии можно сводить к вазоактивной терапии и дегидратации, которые вместе с иглотерапией и мануальной терапией нынче пандемически “популярны” не только среди психоневрологов, но и среди врачей (особенно “коммерческих”) почти всех других специальностей. От такого лечения не будет никакого “катамнестического проку”, а вот то, что может быть морально-духовное, психоневрологическое и соматическое ухудшение, – так это точно. Такая терапия подобна оттянутой и затем резко отпущенной тугой резине – ошибка-грех-ситуация осталась! – которая больно “бьет” аффектом по психике-мозгу. Также такое лечение можно сравнить с “поддуванием кислорода” и подбрасыванием “метаболических дров” в аффективный “пожар-костер”, который, наоборот, нужно как можно быстрее затушить. Поэтому чаще от вазоактивной, противоотечной, ноотропной, метаболической и другой подобной терапии – или даже в целом от всякого медицинского лечения! – у больных духовно-психосоматической патологией необходимо воздерживаться. И опытные и честные врачи, не боящиеся взять на себя ответственность и действовать вопреки инструкциям, при необходимости так и поступают, думая о пользе для больного, а не о прибыли страховых компаний, аптек и фармакологических фирм.

Помнится, еще в институте нам говорили (но не с лекционной трибуны, а в “кулуарах”), что до 75% больных, находящихся в стационарах терапевтического профиля, в действительности не нуждаются ни в каком фармакологическом (и физиотерапевтическом) лечении. Но не помнится, чтобы после добавляли: в какой именно врачебно-медицинской помощи они, эти больные, тогда нуждаются? Потому что, если они не нуждаются ни в какой врачебно-медицинской помощи, то тогда закономерно спросить: а больны ли они в принципе или, по крайней мере, в медицинском смысле этого слова? Но, с другой стороны, если они не больны, а здоровы, то почему тогда “болеют”, а если они “не болеют”, то – что с ними творится-происходит?

По давно сложившейся в нашей стране практике врачу “нельзя” (“не рекомендуется”) оставлять обратившегося к нему с жалобами человека без врачебно-медицинских назначений (хоть витамины, да назначь), хотя бы потому, что иначе тот пожалуется, но уже на самого врача – и жалуются! Но если врач знает, что “наше” лечение данному больному совершенно не поможет, то – что с ним делать: не лечить нельзя, а лечение не поможет? И врачу ничего другого не остается, как назначить лечение (не нужное “больному”, но нужное страховым компаниям и фармакологическим фирмам) и убедить пациента в его необходимости и действенности (иначе начальство и та же страховая компания его, врача, “по головке не погладят”), – то есть нарушить клятву Гиппократа и идти на компромисс со своей совестью. Это не самым лучшим образом сказывается не только на его личном отношении к профессии врача и ко всему тому, что с ней связано (включая отношение к пациентам), но и на отношении уже к нему самому – и не только “обиженных” пациентов, которым, как он и полагал, от ненужного лечения лучше не стало, но и общества в целом (вспоминаю, как один кандидат в депутаты, выступая по радио, в случае своего избрания обещал “покончить с произволом врачей”). Возможно, таким отношением общества в какой-то мере и обусловлены крайне низкие, точнее, нищенские, зарплаты у врачей и медицинских работников, включая профессоров и академиков, порой, ощутимо бедных даже по сравнению с люмпенизированными уборщиками мусора и уборщицами в общественных туалетах. Власти врачам: “как лечите – так и платим”, врачи властям: “как платите – так и лечим” – вот так когда-то и рождались “заговоры врачей”.

В свою очередь, все вместе это неизбежно сказывается на морали, нравственности и здоровье врачей и медицинских работников, а опосредованно – на морали, нравственности и здоровье “обманутых врачами” пациентов и общества. Фактически “люди в белых халатах” являются невольниками-заложниками порочных традиций отечественной медицины (идеал которой – врач-бессеребренник, который к тому же, “светя другим, сгорает сам”) и высших российских и региональных медицинских чиновников, фармакологических фирм и страховых компаний, давно вступивших в финансовый сговор и экономически сросшихся между собой.

Но как и чем реально помочь тем 75% процентам “больных”, которые в нашем лечении не нуждаются, но почему-то его получают? Или “спасение утопающих – дело рук (и кошельков) самих утопающих”? Эти – и многие-многие другие – насущные вопросы (пока) остаются без ответа.

Но хватит о грустном. Только еще раз отметим, что фармакотерапию, психотерапию, мануальную терапию и т.д. ни в коем случае нельзя рассматривать как радикальные средства, излечивающие духовно-психосоматическую патологию. Эти виды лечения не избавят мозг человека от паразитирующей в нем психики-Сущности, как антибиотики избавляют организм от микробов. Дело в том, что медицинскими и другими способами, физико-химически действующими на биологические объекты, обезвредить, ослабить или убить Образ в принципе невозможно. Сущность – это не чисто биологический патогенный агент-фактор, а всего лишь (очередное) воплощение не только бесплотного, а в принципе нематериального Образа – порождения нематериального же Символа, внедрившегося в небиологический, – точнее, внебиологический-вненебиологический – Дух-Сознание. Повторимся, если (еще или уже) нет подходящих условий для материализации в физическом мире, включая воплощение в данное биологическое тело, то Образ просто “уходит” из последнего (и из физического, материального мира) обратно в Духовную Сферу – в Сознание, в котором он либо хранится-обитает как Образ-Идея (или “прячется” от Морали – когда это, если воспользоваться христианской терминологией, бесовский Образ), либо, вновь трансформируясь-превращаясь в Символ (точнее, в Идею-Символ, ибо Символ и Образ – это две ипостаси-стадии-формы или два места-состояния/места-события существования Идеи, а третья ипостась-стадия-форма – место-состояние/место-событие триединства-Идеи, располагается в материальном Мире), покидает Сознание.

Но Символ, что важно, покидает не Мир-Ипостась-Сознание в целом, а только данный “кластер” – “информационную (смысловую, духовную) ячейку” небиологической “матрицы”-Информации-Смысла-Сознания, имеющуюся “где-то” в биологическом человеке и каким-то образом – Образом! – связанную с ним или даже создавшую-сотворившую его, данного тварного человека.

В принципе тварно-биологический человек – это (всегда вторичный) психосоматический “нарост” на (всегда первичном – и хотя бы потому, что вечном) Человеке-Духе-Смысле-Информации-Сознании, с какой-то Целью пожелавшем воплотиться-материализоваться – духовно, информационно и сознательно проявиться и действовать – в физико-химическом и психобиологическом мире в виде-Образе данного человека. Поэтому вопрос: “Как – и надо ли – изгнать Образ из Сознания”, и ответ на него (пока?) не являются компетенцией (пока “тварной”) медицины – как науки, не только не занимающейся, но и в принципе не ориентированной (как и все другие науки, быть может, кроме некоторых “метафизических” подходов, развиваемых отдельными учеными) на неподвластную ей и ее терапевтическому арсеналу Духовную Сферу (декларации определенной части психиатров, психотерапевтов и психоаналитиков, самозвано и безосновательно решивших, что они еще и “духиатры”, “духотерапевты” и “духоаналитики”, – не в счет).

Так, что же делать с патогенными Символами-Образами-Сущностями? Как делать? Когда делать? Кому делать? Кто научит? Кто проконтролирует? – на эти вопросы в настоящее время (и у меня) нет ответов. Они, эти вопросы, еще даже (мною) толком не сформулированы, все еще оставаясь не столько умными вопросами – с a priori заложенными в них ответами, сколько эмоциональными вопрошаниями – с заложенными в них аффектами.

Но вновь вернемся от этих грустных “вопросов без ответов” (надеюсь, – пока без ответов) к нашему “порочному патогенетическому кругу”. Дезактуализация Образа – следствие “затопления” его вассальной аффективно-когнитивной структуры, также вызовет прекращение тонических влияний его (Образа) нейронов на позную мускулатуру. В свою очередь, наступившее расслабление мышц постепенно приведет к снижению внутримышечного давления, нормализации кроволимфообращения, в том числе и в vasae nevrorum, к реоксигенации, устранению метаболических нарушений и восстановлению или улучшению проводящей функции соматических (и других, временно задействованных данным Образом) нервов. В итоге произойдет полная или частичная ликвидация ситуационной структурно-функциональной секвестрации мышечной и другой ткани и, – опять-таки, не заметная для главного “Я” (и, что тоже важно, не заметная и для других Сущностей-Образов, которые, колонизируя один орган-мозг, (скорее всего) ничего “не знают” друг о друге) – реинтеграция-“возвращение” позной мускулатуры в общесоматическую локомоторную систему. Главное “Я”-личность, так и “не заметившая” ни своего временного “свержения”-“исчезновения” (или “выключения” – как компьютера), ни утраты “психоневрологической власти” над биологическим телом (точнее, над “своим” секвестром-“"телом" в теле”, частично взятым “напрокат” Сущностью), ни ее, этой “власти”, возвращения, вновь сможет – до следующей актуализации данного или другого Образа – (якобы полностью) управлять вновь (якобы полностью) своим телом (но телесная память о болезни и Сущности-теле – альтерационные отверстия в сосудистой стенке, вспомним, остались!) и ощущать его именно как послушное и свое, а не как неловкое, (частично) непослушное и как бы чужое (замечу, восприятие своего тела – целиком или какой-то его части – как “непослушное” и “чужое” всегда точно указывает на внутреннее духовно-психосоматическое присутствие воплотившегося “Чужого”).

Имеется зависимость: чем длительнее и интенсивнее была активность патогенного Образа в психике-мозге и напряжение его позной мускулатуры, тем больше потребуется времени для устранения ригидности-неподатливости и наступления минимального (непаретического, но при выраженном поражении миелиновой оболочки нервов или отеке сегмента спинного мозга – и паретического) расслабления позной мускулатуры, достаточного для запуска механизмов десеквестрации-реинтеграции и последующего “возвращения” секвестрированных участков мышечной и другой ткани под (духовно-)психосоматическую “юрисдикцию” главного “Я”. Как показано выше, Образ не может долго и непрерывно владеть-управлять биологическим телом, и это всегда волнообразное или дискретно-прерывистое владение-управление, когда человек в какие-то моменты как бы ненадолго “приходит в себя” – “Что же я творю-делаю!”, а потом – “опять за старое”.

Для меня остается интригующе непонятным: что – в плане неразрывного-слитного психосоматического единства, которое, по идее, должно сохраняться в течение всей жизни, – происходит в психике и теле (с психикой и телом) в тот промежуток времени, когда Образ уже “затух”, а реинтеграция позных мышечных и висцеральных секвестров в иннервационно и по-другому управляемый главным “Я” общеорганизменный психосоматический ансамбль еще не закончилась? В этот таинственный промежуток времени позная мускулатура и части внутренних органов (“брошенные” своим, “сбежавшим” в Сознание, Образом) фактически отделены от психики-ЦНС (вследствие секвестрации, пареза и разобщения) и никем психоневрологически “не управляются”, а как бы существуют в разодушевленном состоянии, “сами по себе”, отдельно от всех “психик” – и главного “Я” и психик-Образов. Получается, что целый мышечно-висцеральный ансамбль на какое-то время как бы эволюционно откатывается назад, на допсихический и донервный, – точнее даже выразиться, на “беспсихический” и “безнервный” – этап-период существования, по сути, являясь неодухотворенной и неодушевленной “плотью в себе самой”. Но, как известно, у организмов, не имеющих нервной системы, нет и мышечной системы. Выходит, такая ситуация не предусмотрена Природой и/или Создателем – или она подготовлена и предусмотрена Кем-то другим?…

Я (тоже) пришел к выводу, что главное психическое “Я” личности (очевидно, есть еще и главное духовное, умное “Я” – или оно всегда только одно?) вообще никогда и ничем не болеет, и управляет оно тоже всегда абсолютно здоровой частью мозга-тела, ему, главному “Я”, полностью подвластной и им же одушевленной. Именно к этой – всю жизнь и даже при смерти молодой и всегда здоровой – (к сожалению, всегда только секвестру) части личности и тела психосоматического человека в первую очередь необходимо апеллировать в лечебной и психотерапевтической практике, “присоединяя” к ней (прежде “очищенные”) секвестры, а не наоборот, невежественно способствуя (духовно-)психосоматическому “растаскиванию” человека: ятрогенному нарастанию секвестрации и через это – усилению духовно-психосоматической экспансии ошибки-болезни-Сущности (точнее, Сущностей – ибо болезнь-“беда никогда не приходит одна”).

Как только какая-то область соматики, управляемая главным “Я”, чем-нибудь “заболевает” (в медицинском смысле), то она автоматически – навсегда или на время данной болезни – секвестрируется и сразу же выпадает из-под его “юрисдикции”. Под эту юрисдикцию секвестр-патология не возвращается (несмотря ни на какое лечение) до тех пор, пока человек (пока он еще – человек) – всегда и только сам! – не исправит грех-ошибку, лежащую в основе данной болезни, чего бы это ему не стоило (а, сколько грехов-ошибок – столько же и болезней), пока он духовно-психосоматически не заплатит за нее, причем заплатит не только своим искуплением-страданием, но и, что не менее важно, своим выздоровлением – нездоровый человек не может жить по-человечески.

С высоких, нравственных позиций Здоровье – это состояние Духа, Психики и Тела, позволяющее найти и реализовать свою Цель в Жизни. Здоровье – это внутренние силы, помогающие найти и исправить личные грехи и ошибки, преодолеть все трудности, искушения, болезни, мучения и страдания, чтобы не свернуть с избранного пути и до конца исполнить ту Миссию, ради осуществления которой данный Человек появился в этом Мире.

Врач способен и обязан только вылечить имеющуюся болезнь или, насколько возможно, подлечить больного человека – но никакой врач не в силах вернуть больному здоровье, ибо выздороветь человек может и должен только сам.

Здоровье – это не отсутствие болезней, и что такое (собственное – не чужое!) здоровье – каждый человек тоже решает для себя сам.

К сожалению, выздоравливать – “платить по счетам”, предъявляемым жизнью (а настоящая жизнь – не где-то “там”, “снаружи”, а всегда и только внутри человека!), мало кто может, даже, несмотря на то, что, (вовремя) не заплатив – не “кому-то”, а себе самому! не покаявшись – не перед “кем-то”, а перед самим собой! не искупив личную вину, не исправив когда-то допущенную собственную ошибку, людям нередко приходится уже не платить – а расплачиваться, и не только приобретенной болезнью и утраченным здоровьем – но и загубленной жизнью, и не только своей собственной жизнью – но и загубленными жизнями ни в чем не повинных библейских “ближних”. Чем изначально духовнее человек, тем больше у него библейских “ближних”, потому что духовность роднит и сближает с другими людьми. Но чем выше ступень его духовного развития, тем тяжелее по своим последствиям его грех-ошибка, и тем большее количество невинных жизней он может обессмыслить-загубить. Поэтому, пусть и невольно согрешивший-ошибившийся, болеющий-тонущий духовный “Титаник” увлекает за собой в пучину бессмысленности не только десятки-сотни-тысячи, но, порой, и многие миллионы поверивших ему; бывает, что за его грех расплачиваться приходится целым поколениям или даже народам.

В высоком смысле Человек – это прежде всего Дух, Ум, Сознание. Но человеческое Сознание, принимая самое непосредственное – почти решающее – участие в развитии духовно-психосоматической патологии (если не брать в расчет Символ и его генератор – место-событие), само при ней, – по крайней мере, в медицинском понимании – никогда не страдает. – Но зачем, почему, для “Кого” или “Чего” это умное Сознание, действуя (как всегда?) тайно от духовно незрячего психосоматического человека (“незрячего” – так как именно Сознание и есть его, всего лишь тварного человека, духовное зрение), запускает (или призывает? – но не хочется в это верить!) внешнесредовые патогенные Символы сначала в себя, а затем – в ни в чем (перед ним, Сознанием) не виноватую Себя-свою психо-телесную оболочку! Здесь есть какое-то трагическое и лично мне непонятное недоразумение-противоречие: ведь Сознание – мое Сознание! “Я”-Сознание! – впуская патогенные Символы, предает-обманывает не только психику-душу и тело (“Кем-то” доверенного или) доверившегося Ему – Себе-Ему! – человека, обрекая их (Себя-“свои” психику и тело) на болезнь-ошибку-страдание, но, выходит, сознательно предает-обманывает и самое Себя-Сознание – прижизненно принципиально невычленяемую-неотделимую часть-основу триединства-человека! – Но как это может быть, как такое вообще возможно! И что же делать с этим “духовным предательством” (если оно, конечно, есть) нам, “тварным” врачам, ведь у нас, кроме доброго слова, таблеток, уколов, приборов и скальпеля, ничего нет – да и как лечить “внематериальное-вненематериальное” “материальными” средствами! Можно и отмахнуться от всех этих сложных вопросов – но что тогда будет с больными людьми, ведь они доверчиво идут к нам, врачам, они надеются и верят, что мы их вылечим, мы им поможем.

Конечно, “болезни” и “расстройства” Духа-Ума-Сознания – это не сфера и не компетенция научной и практической медицины. Но такая – “удобная” для (все более и более многочисленных и все более и более узких) специалистов по какой-то одной (“кормящей” их) человеческой Ипостаси – насильственная отделенность Духа от психосоматической сферы (в свою очередь, тоже противоестественно расчлененной-разделенной-разорванной на бесплотную=неживую психику и бездушную=неживую соматику. “Неживые”, потому что в моем понимании “живое”, живущее по-человечески – это всегда и только неразрывное триединое “духовно↔психо↔соматическое”, и если нет этого триединства, то речь необходимо вести о “неживом-немертвом”), на мой взгляд, является самой большой и на данный момент теоретически и практически неразрешимой (или, как минимум, не разрешенной) проблемой, к которой даже непонятно, как – и кому: врачам? философам? священникам? – “подступиться”. Эта проблема-препятствие намертво блокирует разработку хотя бы основных принципов трехуровневых и в то же время триединых диагностики и этиопатогенетического – духовного↔душевного↔телесного – лечения захлестнувшей человечество пандемии …→(…←)духовно→(←)психо→(←)соматических болезней – этой потенциальной и явно недооцениваемой угрозы вырождения рода людского или даже его полного исчезновения.

В реальной (земной) жизни каждого человека его плоть – как больная, так и здоровая, всегда одушевлена и одухотворена (“Кем” и с какой Целью – это другой вопрос), иначе человека как такового – ни больного, ни здорового, ни плохого, ни хорошего – просто бы не было. И любое – даже в мыслях! – (прижизненное, а возможно – и посмертное) разделение Человека – как неразрывного-слитного триединства Духа, Души и Тела, на чьи-то там бюрократические “прерогативы” и “компетенции” фактически является его разодухотворением и низведением до уровня дарвиновской “умной обезьяны”, или еще ниже – его разодушевлением и оскотиниванием-омясиванием. Это разделение-“разделка” человека (тихо) поддерживается “властителями” умов-мозгов (лучшие – не в счет, ибо они, как водится, всегда в опале и меньшинстве): это, первое, философы и священники – вечно воюющие между собой (плюс еще многочисленные межфилософские и межконфессиональные войны-полемики) специалисты по Духу и Смыслу Жизни; второе, психиатры, психотерапевты и психоаналитики – (во многом самозванные) специалисты по Душе-Психике, которые “подбираются” и к доле духовно-психосоматического “пирога”, (пока еще) принадлежащей философии и религии, но уже появились психиатры-священники (←психиатры-священники→); и, наконец, третье, врачи – представители “низшего звена”, специалисты по соматике или “мясным остаткам” от когда-то человека, хотя и разодухотворенного и обездушенного предыдущими узкими-умными специалистами, – но все еще живого.

Правда, в последние 10-15 лет среди врачей тоже массово появляются “самовзрощенные” специалисты (“дико-растущие” или группирующиеся как “опята”-ученики вокруг “пня”-учителя) по излечению-избавлению-исцелению духовно-психосоматической патологии, потихоньку и чаще дилетантски безграмотно вторгающиеся в компетенцию священников, философов и психиатров – все-таки специалистов, за плечами которых многотысячелетний и столетний опыт.

Конечно, такое духовно(-психо)-терапевтическое дилетантство врачей, пусть и осуществляемое с благтй целью, никак нельзя приветствовать – “благими намерениями выстлана дорога в ад”. Но, с другой стороны, что нам, врачам, еще остается делать, как не самим пытаться “осваивать” духовную стезю-сферу, если, как прекрасно и давно понимают лучшие из нас, “чистая соматика” ничем – из того, что есть в нашем “терапевтическом распоряжении”, – радикально не излечивается, а послать больных людей за духовным, – точнее, духовно-психосоматическим – исцелением практически некуда и ни к кому (как известно, философы и священники не лечат больных, а только обличают-наставляют-поучают – это больных!). К большому сожалению, и нам, самим врачам, учиться “лечению” и “профилактике” или, правильнее сказать, исцелению и убереганию от духовных, нравственных, моральных ошибок, лежащих в основе развития духовно-психосоматической патологии, тоже негде и ни у кого. А многие из нас, я в этом глубоко уверен, охотно бы стали этому учиться, вплоть до получения второго высшего духовно-терапевтического образования.

Нельзя не добавить, что в последнее время опасными темпами растет число и других “специалистов” по этой сложнейшей проблеме, нередко вообще работающих по принципу “все лечим!”: это фельдшера, медсестры/медбратья, ветврачи, биологи и субъекты не только без медико-биологического, но нередко вообще без высшего и даже среднего образования. А есть еще и подвизавшиеся на этой “хлебной (и de facto уголовно ненаказуемой) ниве” преподаватели, учителя, СМИ со своими “советами”, музыканты и другие работники “массового” искусства, “слепые” – но при этом “ясновидящие” (а есть и “яснослышащие” и даже “яснонюхающие”), целители, колдуны, маги, ворожеи и многочисленные другие представители этого интеллектуального “полусвета”, точнее даже, морально-интеллектуальной “полутьмы” (с их хорошо знакомым принципом: “qui vult decipi decipiatur” – “если им хочется, пусть будут обмануты”). Но никто из них, слепо-незряче занимающихся практикой…

(причем нередко занимающихся чисто “по-ленински”, когда (чаще их собственная) “практика – критерий Истины” (спасибо, хоть не Веры, Морали, Правды и Совести), а не Истина – критерий любой практики, как это дтлжно по идее быть. Любая практика без теории-Истины – это вульгарная эмпирия с неизбежными и шаблонно повторяющимися ошибками, в нашем случае – чьим-то загубленным здоровьем, а то и искалеченными жизнями или даже смертями. Итог любого труда, трудовой деятельности, практики – это всего лишь продукт-результат, который не имеет абсолютно никакого (как минимум, “руководящего”) отношения к Истине, так как последняя никоим образом не выводится из результата какой бы то ни было и чьей бы ни было практической деятельности. Истина принадлежит более высокой – вечной Инстанции, и Кем-то задана априори, и наша задача – найти и познать эту Истину настолько, насколько это возможно, чтобы ей руководствоваться в своей жизни, в том числе и при планировании и осуществлении любой практической деятельности и оценке результата любого труда, включая медицинский. В высоком понимании и настоящая наука – это не практика по “дтбыче фактов” (удел и уровень научных со-трудников), а осознанная творческая проверка предварительно выношенных, выстраданных и “в муках рожденных” научных гипотез или теорий (удел и уровень ученых), и при этой проверке всегда соблюдаются, – в первую очередь, соблюдаются внутренне, самим человеком-ученым – все моральные, этические, юридические и другие необходимые нормы),

…не занимается неблагодарной – в плане славы, признания, научных и карьерных бонусов, денежных доходов и материальных благ – теоретической разработкой вопросов об истинных причинах возникновения духовно-психосоматической – …→духовно→психо→соматической, патологии, располагающихся вне “тварного” психосоматического человека, в том числе и вопросами поиска, идентификации и обезвреживания символически “заразного” места-события – про-этиологии или подлинного и невидимого генератора-источника морально-духовно (и вторично – психосоматически) патогенных Символов. Именно они, патогенные Символы, попав в Сознание и “прижившись” в нем, поражают духовную сферу человека и толкают его на совершение той самой роковой ошибки морального выбора, за которую он впоследствии и расплачивается, болея-страдая духовно-психосоматическим заболеванием.

Про “опасные места” – духовно(→психосоматически) патогенные внешнесредовые ландшафты, уже многие наслышаны (я только коротко обозначил эту проблему – как реально присутствующую, потому что не считаю себя сколько-нибудь компетентным специалистом в этой сложнейшей и почти не разработанной области духовного знания), а с подобными людьми тем более все “давно ясно”. Менее известны произведения искусства – шедевры мирового масштаба, “заряженные” патогенные Символами – духовным Злом, и (чаще индивидуально) опасные для морально-нравственной (и вторично – психосоматической) сферы, хотя в последние десятилетия и выделяют так называемый “синдром Стендаля” – заболевание, вызванное контактом, точнее, глубоким духовным взаимообщением, с определенным произведением искусства, чаще картиной (о чем подробнее в XXV-й главе).

Но вновь спустимся с “духовных высот” на уровень “тварной” психосоматики. Реальные взаимоотношения между главным “Я” и телом (точнее, секвестром-частью сомы, одушевленной данным главным “Я”) достаточно сложны и принципиально не сводимы к простой психо-механической субординации типа: “"Я" приказало – тело выполнило: съело, побежало, прочитало, полюбило, проголосовало и т.п.”; будь это так, то никогда бы не образовался такой, качественно иной, феномен, как “Я”-тело – Душа↔Тело (и тем более такой, как Сознание-“Я”-тело – Дух↔Душа↔Тело). Представляется, что главное психическое “Я” не просто управляет “своим” секвестром-сегментом соматики из общего количества структурно-функциональной “брутто”-массы живой, – но не в полном объеме “живущей” по-человечески – плоти, образуя с ним, своим секвестром-сегментом, автономно (от других, в данный момент имеющихся в биологическом человеке, секвестров-сегментов-соматик) функционирующую психосоматическую единицу. В свою очередь, само главное “Я” является (а также образуется и управляется) высшим импульсным проприовисцероцептивным производным своей собственной (доли в) телесности или тем, что Антонио Менегетти (если я правильно понял эту мысль автора) называет “объединенным восприятием”, – полагаю, в первую очередь, импульсов-сигналов от Себя-своего тела. Колонизировавшие человека Пришельцы-Символы (в последующем – Образы и Сущности) тоже образуют – “отвоевывают” у главного “Я”-тела – свои автономные психосоматические секвестры-единицы, ими же одухотворяемые и одушевляемые, – но одушевляемые не напрямую, а более сложным и трудным для них (Символов-Образов) путем, так как тело, образуя Себя-свою проприовисцероцепцию-психику, всегда и только Само одушевляет себя. Поэтому Сущность способна одушевить себя – “воодушевиться” или “Само-воодушевиться” – только после того, как предварительно воплотится-материализуется, образует свое секвестр-тело, ибо, пока нет тела, то и “одушевлять” нечего. Еще и поэтому тело – и здоровое и больное, всегда первично, а “Я”-психика всегда вторична. Представляется, что, в плане первичности и вторичности, понятие “соматопсихика” – “сомато→психика”, более адекватно отражает первоочередность появления и взаимоотношения “телесного” и “психического”, чем широко применяемое понятие “психосоматика” – “психо→соматика”.

В биологическом организме человека есть и “спорные” – временно “ничейные”, соматические территории (еще или уже) не одухотворенной и не одушевленной “телесности в себе самой”: это, как уже указывалось, сомато-висцеральные секвестры-ансамбли, лишившиеся психоневрологической и другой связи со своими психиками-Образами и повторно еще не одушевленные главным “Я” или другими Образами. Также это “свежеобразованные” секвестры-соматики и соматики, “свежепотерявшие” “свои” “психики”, например, когда ассоциации их нейронов (носителей-продуцентов утраченных психик) снаружи “залило” отеком или изнутри “поразил” апоптоз, либо связь с ними (“своими” психиками) ухудшилась или прервалась вследствие усугубления или появления центрального и/или периферического разобщения, либо “психику” какого-то секвестра-тела “отключил” монитор отклонения, “перебросив” значительную часть ей адресованных проприовисцероцептивных потоков в другие отделы нервной системы.

Нельзя не отметить, что такой патофизиологический процесс, как демиелинизация, вызывающая денервацию и через это – психонейросоматическое разобщение, при рассмотрении с позиций борьбы “Я” и Сущностей фактически является грозным внутрипсихосоматическим “биологическим оружием”, используемым в борьбе конкурирующих захватчиков-психик (“психик”, – в свою очередь, тоже всего лишь слепых и послушных орудий в вечной войне-борьбе символических/информационных Миров между собой, в войне-борьбе, ведущейся этими Мирами в материально-биологическом измерении (в том числе и) при помощи внедренных в сознание-мозг Символов-Образов – истинных командующих и создателей армии воюющих офицеров – “голов”-психик, и солдат – “тел”-мышечных поз), как против друг друга, так и за (еще или уже) никем “не опсихиченные” секвестры-соматики для роста-усиления своей психосоматической проявленности внутри данного человека. Вспомним, разобщение вызывает “отключение” психики-“головы” Сущности от ее позы-“тела”. Клинически эта война проявляется в виде соответствующей и “привычной” нам, врачам и пациентам, телесной патологии. Но нельзя забывать, что любые медицинские проявления болезней духовно-психосоматического круга всегда являются всего лишь верхушкой айсберга, видимым – врачу и больному – проявлением этой битвы Символов-Образов-Сущностей.

Прослеживается следующая зависимость: чем бтльшая часть духовно-психосоматической сферы человека захвачена-поражена каким-нибудь Образом-болезнью или их группой, тем меньше проявленность-выраженность, цельность и чистота-беспримесность главного (на данный момент) “Я”, в том числе и из-за уменьшения, порой, существенного, формирующих-питающих его (главное “Я”) проприовисцероцептивных потоков и нарастания их (потоков) искажения монитором отклонения (о других причинах чуть ниже), и тем меньше состояние его (главного “Я”) итоговой рефлексивной наполненности текущими мыслями и чувствами, ощущениями, потребностями, идеями, планами, желаниями, – в общем, всего того, что составляет внутренний психический мир каждого конкретного человека. В таких случаях человек периодически (когда цереброневрологически и соматически воплотившаяся Сущность имеет (еще или уже) маленькие и маломощные психику – аффективно-когнитивную структуру, и “"тело" в теле” – позно-висцеральный ансамбль) или более-менее постоянно (большая Сущность) ощущает-чувствует в своем психическом “Я” какую-то “занозу”, “примесь”, “помеху” и т.п., например, в виде внезапных и возникших как бы “из ниоткуда” и “без повода” наплывно-обрывочных или назойливых мыслей и эмоций или непонятного изменения внутренней позиции по какому-нибудь вопросу; также это может быть появление необычных (для данного человека или даже для людей в целом) желаний или немотивированная смена отношения к каким-то людям или фактам-событиям из вроде бы своего и, в то же время, периодически какого-то “не своего” (а Сущности, давно “поселившейся” в психике-мозге-теле!) прошлого, настоящего или планируемого будущего; либо это какие-то необычные сомато-висцеральные ощущения, как то: общая телесная зажатость или неловкость, ком в горле, либо легкость, пустота, тяжесть или распирание в груди, непонятные боли различной локализации либо другие поверхностные или глубинные сенсорно-моторные или вегето-висцеральные феномены – именно в таких случаях врачи нередко видят, что “изменений на копейку, а жалоб на миллион” (но бывает и наоборот). Эти психические ощущения внезапно берутся-возникают как бы “из ниоткуда” и не имеют отношения к тому, о чем “Я”-человек в данный момент осознанно думает-переживает или, исходя из текущего момента, должен думать-переживать (также см. выше: “опорожнение” “бессознательного”). Бывает, что вдруг “почему-то” теряется нить мысли, которая внезапно “куда-то” исчезает, убегает, улетучивается, – и не получается что-то нужное вспомнить, либо не возникают (должные быть в данной ситуации) эмоции-чувства или определенные психосоматические ответы-реакции, не удается сосредоточиться, стать серьезным (“Кому-то” “там”, где-то внутри, смешно), перестать дрожать-трястись и успокоиться, либо в целом “нет сил” (“куда” делись?). Про нарушенную “вегетатику” и “игру вазомоторов” я и вовсе не говорю, хотя полагаю, что многие (если не все – очень даже может быть) из вегетативно-висцеральных и сердечно-сосудистых реакций, которыми мы, как считается, в норме произвольно управлять не в состоянии, при истинной норме – полном отсутствии отеков, секвестров и разобщений, должны поддаваться прямому или опосредованному волевому контролю и осознанному управлению, потому что все, что иннервировано и имеет сократительные актин-миозиновые элементы, должно произвольно управляться главным “Я”, так как в идеале человеческая психика должна быть только одна.

Я полагаю, что при наличии здоровой и не секвестрированной психики, лишенной (“подключившегося” к ней) внутреннего (и внешнего!) “Чужого”-Бессознательного, абсолютно все текущие мысли и чувства (и их более простые и более сложные когнитивные, аффективные и другие конструкции-производные-проявления) всегда причинно – морфо-функционально, обусловлены и имеют внутренний или внешний предтечу-источник своего происхождения, точно, ясно и в любой момент определяемый главным “Я” и постоянно удерживаемый им (“Я”) на уровне (о)сознания: это пред-мысли (у умных и памятливых – на много “ходов” назад), которые они (текущие ручьи-мысли) продолжают развивать без всяких ментальных провалов, примесей и искажений; это пред-чувства, ни на мгновенье не прерывающимся продолжением которых они (испытываемые в данный момент чувства) являются. Эта точка зрения основана на том, что “Я” постоянно проприовисцероцептивно воспринимает Себя-свое тело (точнее, только “свою” секвестр-часть биологического тела) и перцептивно – обозримый-ощутимый-охватимый окружающий мир, чтобы постоянно идентифицировать себя и четко определять и отделять себя – собственные поступки, дела, мысли, ощущения, чувства и плоть-тело, от этого мира какими-то границами: “это и здесь – я, а это и здесь – не я”. Про духовное или мистическое восприятие здесь не говорится: не понимаю и не знаю, что это такое, но вполне возможно, мы воспринимаем и размежевываем себя и мир не только при помощи психики и ее неврологического аппарата, но и как-то по-другому, и есть еще какой-то способ(ы) и/или канал(ы) раздельного-слитного познания-ощущения-восприятия и идентификации-отграничения себя и внешнего мира.

По (довольно-таки темной и плохо разработанной) теме взаимоотношений психического “Я” со своим (но всегда, вспомним, частично “чужим”) телом и внешним миром имеется масса литературы различного профиля, правда, преимущественно описательно-умозрительного характера (обилие точек зрения – это верный признак отсутствия ясности в этом вопросе), и здесь я только коротко останавливаюсь на некоторых моментах, на мой взгляд, имеющих отношение к излагаемой точке зрения на духовно-психосоматическую патологию.

Возникает закономерный вопрос: откуда в рефлексирующем “Я” берутся (всплывают, появляются, рождаются, залетают и т.д.) все эти посторонние аффективно-когнитивные “примеси” к основному и в данный момент актуальному аффективно-когнитивному потоку во внутреннем психическом мире, ко всему, нашим “Я” тотально осознаваемому, чувствуемому, переживаемому, желаемому, отвергаемому, планируемому, делаемому и т.п.? Где прячутся-гнездятся до своего внезапного спонтанного п(р)оявления на поверхности аффективно-когнитивного “Я” все эти псевдоистинные, чуждые и артефактные чувства и мысли, непонятные телесные ощущения, лишние и внезапные (вроде бы) произвольные и (тоже вроде бы) непроизвольные движения-действия и порывы-позывы на них; в том числе речь идет и о тех психических (психосоматических) феноменах, которые (психиатры и др.) обычно трактуют как галлюцинации, бред, онейроиды, сенестопатии, ауры и т.п. (терминов много). Что они, эти психо(сомато)фантомы (назовем их так), из себя в действительности представляют? Этот вопрос правомерен хотя бы потому, что, если подумать, то психофантом – это отображение в психике того, чего нет ни в теле, ни в окружающем мире, – так и говорят: “Этого нет, тебе все просто кажется”. – А как может быть и присутствовать в психике, – в моем понимании, всего лишь воспринимающем (проприовисцероцепцию) аппарате – то, чего нигде и ни в каком виде нет? – Я считаю – никак, и полагаю, что психика воспринимает только реально существующее, которое где-то и в каком-то виде-форме всегда есть – и не просто есть, но и посылает ей, (…→Сознанию→)психике, информацию-Символ.

Человек (обычно) уверен, что все, что он “имеет” и “держит” в уме-голове, все, что он реально ощущает и испытывает, в нем или где-то еще есть (и это происходит с ним) на самом деле. И в этой уверенности он абсолютно прав: ощущать и испытывать можно только то, что реально. По моему глубокому убеждению, психика никогда не лжет и не обманывается, в том смысле, что, мол, “чего-то”, в ней (психике) в данный момент присутствующего, в действительности нигде нет (“нигде” – имеется в виду реальность, с которой субъект контактирует психически, при помощи воспринимающих неврологических (и других) аппаратов; я не верю в возможность чисто спонтанного возбуждения нервных клеток, и даже при эпилептическом разряде нейронов всегда есть – или был! – внешний экстранейрональный стимул, который мы просто пока не в состоянии идентифицировать). Иными словами, абсолютно все, о чем вспоминает-думает и что чувствует-испытывает человек, что в данный момент присутствует в его психическом “Я” (причем не только в главном, но и во всех “суб-Я”-ячейках-секвестрах его “психического бессознательного”), есть им уловленная и воспринятая реальность, которая где-то в мозге-теле или внешнем мире обязательно существует-присутствует (или анамнестически существовала-присутствовала). Поэтому все, что есть (отразилось-проявилось) в психике, где-то есть (или было) на самом деле, включая “то”, что, как считают, “кажется” и чего “не может быть”. Другой вопрос, каким путем-способом, когда, откуда, почему и зачем (с какой Целью) “это” попало в психику, и почему “это” проникло в нее именно в том виде-форме-Образе, в котором это “это” психика ощущает-осознает – и, к сожалению, тут же “слепо” начинает соматизировать; если бы не эта соматизация “всего подряд”, то, как говорится, и “бог с ними”, этими фантомами.

Имеющиеся (нередко внутренне противоречивые или противоречащие друг другу) психологические, психофизиологические, нейрофизиологические, нейропсихологические, неврологические, психиатрические, психоаналитические и другие объяснения происхождения “психофантомов”, по большому счету, мало что проясняют в этом сверхсложном вопросе, да и приводимая аргументация в защиту этих точек зрения, как правило, не имеет никакой серьезной структурно-функциональной “привязки”. Обычно просто констатируется, что психофантомы, взявшиеся “непонятно откуда”, – это всегда психическая патология, либо анализируется их скрытый смысл, – но не анализируется, откуда и каким конкретно путем-способом этот “скрытый смысл” “попал” в “Я”-психику (также имеются многочисленные философские и религиозно-теологические объяснения).

Почему-то все понимают, что у человека “ни с того, ни с сего”, беспричинно и из ниоткуда не появляется как-нибудь поутру новый палец или не исчезает ухо, а вот идеи, мысли и чувства (и их производные), выходит, могут взять – и просто так “исчезнуть” в никуда или “появиться” из ниоткуда. Также любой скажет, что голова на плечах всегда своя и никогда не может быть чужой, а вот мысли в этой “своей” голове, выходит, могут быть “чужими”. Или другое “привычное” и “не замечаемое” противоречие: когда кто-нибудь долго плачет и не может успокоиться, хотя и пытается, или слишком долго смеется и тоже не может остановиться, то здесь как бы и нет никакой проблемы – это он “просто” волнуется и поэтому “просто” не может взять себя в руки (в которые он возьмет себя только после того, когда наступит полное опорожнение вскрывшейся ячейки “бессознательного”). Но вот если человек вдруг не сможет разжать кулак или пошевелить ногой, то это – совсем другое дело, и нужно срочно к врачу. Такие двойные подходы к тому, что что-то можно “не мочь”, а что-то – никак нельзя, не могут быть правильными, потому что здоровый человек в любой прижизненный момент (разумеется, с учетом возраста и цикла сон-бодрствование) должен “мочь” абсолютно все осуществить-сделать из своего наличного физиологического психосоматического репертуара: не сбиваться с мысли, что-то вспомнить (разумеется, если знает), когда надо – сосредоточиться, засмеяться и при необходимости – остановиться, при позыве – опорожнить кишечник, иметь (вызвать) в нужный (и не иметь в ненужный) момент эрекцию, всегда по желанию мочь пошевелить рукой, что-нибудь выполнить-сделать и т.д.

Невозможность что-либо осуществить или сделать из в норме положенного – это всегда и только парез (паралич), который обязательно имеет конкретное структурно-функциональное отображение в “Я”-мозге-теле и историю-причину-подоплеку своего, – правы Фрейд, Менегетти и многие другие, всегда далеко не случайного – появления в данной ситуации. Полагаю, многие из этих случаев можно объяснить подменой личности. Начнем издали и для начала рассмотрим такую распространенную житейскую ситуацию: я-“Я” (или не я-“Я”, а я-“Кто-то” из духовно-психосоматических Сущностей, в данный момент “живущих” и тайно хозяйничающих, в том числе и “за главного”, в “моем-нашем” биологическом теле) шел-зашел на кухню – и вдруг “забыл”, зачем. Объясняют это, например, тем, что человеку не хватает “ресурсов” активного внимания (единое определение термина “внимание” отсутствует), и поэтому он забывает о некоторых, на данный момент, второстепенных вещах. Такую “забывчивость” еще называют “профессорская рассеянность”. Но, первое, куда подевались и/или чем заняты эти “ресурсы”, и, второе, что конкретно структурно-функционально подразумевается под “нехваткой ресурсов”? Я полагаю, такое “забывание” может происходить и потому, что, пока тело, выполняя приказ “сверху”, от своего “Я” – главного на тот момент, “шло” на кухню, главное “Я” частично (тайная “подключка” малого Образа-Сущности к этому главному “Я”) или полностью подменилось, а “новое” главное “Я” частично (при “подключке” Образа) или полностью (при подмене главного “Я”) “не помнит”-“не знает”, зачем “прежнее” главное “Я” “шло” на кухню; при этом человек либо просто забыл, зачем шел на кухню, либо вообще забыл, что он шел именно на кухню и шел, чтобы именно поесть.

Бывают и другие проявления полной или частичной подмены личности. Например, если одна из Сущностей (очень) сыта, а другая (очень) голодна, то “Я”-человек может хотеть есть, но не знать, что конкретно он бы съел, либо он одновременно испытывает сильную тягу к сладкому и не менее сильное отвращение к мясному или жирному. Некоторые люди буквально “зверски” хотят есть через достаточно короткое время после сытной трапезы, и таким говорят: “Да куда ж в тебя одного (видят-то говорящие всегда только одного) столько лезет!”. Возможные патофизиологические механизмы такого “второго голода” при явном переедании уже обсуждались раннее, здесь же речь идет о том, что запускаются эти механизмы не “сами по себе”, а главным “Я” или Сущностью, которые остались “голодными” во время “первой еды”, когда “ел” кто-то “Другой”, – если “ест” не главное “Я”, а тайно подключившаяся к нему Сущность, то человек, как правило, механически поглощает пищу, не чувствуя ее вкуса. Бывают случаи, когда (“Я”-“одному”) страшно хочется есть-пить, и тут же одновременно (“Я”-“другого”) просто тошнит от еды-воды, уже съеденной-выпитой в огромном количестве. На соматическом уровне этим и другим особенностям жажды, аппетита и пищевых предпочтений соответствует сосуществование-соседствование “сытых” и “голодных” органо-тканевых участков, либо чередование областей с нормальной трофикой с областями дистрофии, атрофии, гипотрофии и гипертрофии, а биохимически – чередование зон гипогликемии с зонами гипергликемии и т.п.

Полная или частичная подмена “Я” может проявляться изменениями диуреза, например, когда человек из-за сильнейшего желания помочиться долго-долго стоит-мучается в туалете, по капле выдавливая мочу из практически пустого мочевого пузыря, либо, наоборот, он же (точнее, не он-“Он”, а он-“Другой”) в туалет почти не хотел, а при диурезе из него (не из него-“Него”, а него-“Другого”) выходит просто огромное количество мочи. Обычно чередование эпизодов олигоанурии с полиурией патофизиологически объясняют синдромом неадекватной секреции антидиуретического гормона, нарушениями секреции альдостерона и т.д., но при этом часто подчеркивают его “психогенную природу”. Также “психогенными” нередко называют неинфекционные нарушения дефекации, правда, патофизиологически не расшифровывая, при помощи какого конкретного механизма и на каком структурном уровне данная психогения расстраивает деятельность кишечника. Приложимо к рассматриваемой теме, запор и понос – это состояния, при которых “Я” не полностью владеет центральным и/или периферическим нервным аппаратом, отвечающим за опорожнение кишечника, который (аппарат) частично принадлежит одной или нескольким Сущностям, к тому же, каждая из которых еще имеет и “свой” секвестр в кишечной трубке и “свою” часть мускулатуры, например, тазового дна; поэтому в отдельности ни у “Я”, ни у Сущностей просто “не хватает сил” для эвакуации или, наоборот, удержания кишечного содержимого. Патофизиологические механизмы и патоморфологическое отображение подобных нарушений рассмотрены ранее, а о культурально-символических аспектах запора и поноса еще будет сказано в XXVI-й главе, и здесь я только замечу, что нередко при ликвидации или разрешении определенной конфликтной жизненной ситуации: оставить или удалить “что-то” либо “кого-то” из своей повседневной жизни, эвакуаторная деятельность кишечника быстро или постепенно нормализуется (разумеется, если нет необратимых структурных повреждений), вновь нарушаясь при рецидиве данной или появлении принципиально схожей жизненной ситуации. Есть и многочисленные другие культурально-символические интерпретации подобных нарушений, например, психоаналитические “анальные” и “оральные” стадии-фазы нормального и патологического психо-сексуального развития личности. Но они не имеют никакой анатомо-физиологической, структурно-функциональной “привязки” и поэтому не объясняют, при помощи какого конкретного патофизиологического механизма или их группы застревание на “анальной” стадия развития вызывает нарушение деятельности кишечника.

Но Сущностей – тайных виновников всех этих “беспричинных” и противоречивых поступков и желаний и соответствующих им патологических расстройств, полагаю, все же можно научиться различать (поначалу постфактум) и косвенно идентифицировать по “их” “горячим следам” с помощью рутинных медико-физиологических методов, например, по внешнему виду, запаху и другим физикальным и биохимическим параметрам-особенностям мочи, кала (включая его микробиологическое и копрографическое исследование, так как не исключено, что даже кишечные паразиты приживаются в сегменте кишечника, (преимущественно) “принадлежащем” и “обслуживающим” “"тело" в теле” какой-то одной Сущности, что возможно, например, по причине местной недостаточности эозинофилов, как известно, играющих важную роль в борьбе с некоторыми кишечными паразитами, или по причине какого-то другого местного дефицита – следствия секвестрации сегмента кишечника, сепарации его слизистой и т.п.) и других биологических секретов и выделений: это слезы, кожное “сало”, пот, слюна, отделяемое носовых ходов, мокрота, желчь, сперма, вагинальный секрет.

Также косвенная и опосредованная идентификация Сущностей возможна по ситуационной динамике параметров артериального давления, изменению каких-либо функции ЦНС, сердечно-сосудистой и дыхательной систем и так далее. Разумеется, имеется ввиду не какой-то единичный лабораторный анализ или функциональный параметр, а их совокупность, стойко регистрирующаяся при определенном психофизиологическом состоянии (психосоматических ответах-реакциях, высказываниях, поступках, действиях, поведении и т.д.) человека и в соответствующей этому состоянию (провоцирующей это состояние) типовой и воспроизводимой жизненной ситуации или смене одного состояния (и ситуации) на другое.

Как известно, человеческую природу никогда нельзя наблюдать как таковую, а только в ее конкретных проявлениях, в конкретных ситуациях. То же самое можно сказать и о природе Сущностей, которую (природу) тоже можно вывести только из эмпирического изучения поведения Сущностей. А для этого сначала необходимо научиться их идентифицировать в принципе, отличать от главного “Я” и различать между собой. Конечно, это непростое дело, ведь даже природа человека изучена только на уровне гипотез, но приложимо к рассматриваемой теме – весьма перспективное.

Для различения Сущностей может пригодиться и графологический анализ почерка (точнее, почерков, ибо, если Сущности разнятся по степени владения неврологическим и локомоторным аппаратами, то, по идее, и “писать” должны по-разному) и, возможно, линейная гистограмма распределения количества букв алфавита, встречающихся в тексте не менее чем определенного размера.

Другой способ, который можно использовать, – это голографическая реконструкция полного, законченного анатомического строения и характерного выражения лица – личины одной из Сущностей, путем восстановления целого-цельного по “проглядывающим” анатомическим и мимическим чертам-черточкам, не вяжущимся с общим (наличным) лицом либо как-то по-другому выпадающим из имеющегося в данный момент анатомо-мимического ансамбля. Изучение головы и лица необходимо дополнить изучением тела, обращая особое внимание на расщепленность-противоречивость позно-двигательной экспрессии отдельных телесных членов, и детальным анализом контекстуального поведения субъекта – тоже на предмет выявления его (поведения) скрытой внутренней противоречивости. Часто бывает, что разум-голова “смеется”, а душа-тело в это же время “плачет”, губы-руки к человеку “тянутся”, а ноги от него “убегают”. Таким редчайшим Даром-Искусством – моментальным выхватыванием цельного характера из визуально и по другому наблюдающейся духовно-психосоматической “мешанины” и его, “мелькнувшего”-“проглянувшего” лица-тела-характера, воссоздания, порой, только по одной-единственной мельчайшей черточке, – но черточке знаковой, характерной – в совершенстве владеют большие Художники; они одномоментно и полностью узревают все эти лики и личины, всех “их”, тайно “живущих” в – с виду всегда одном – человеке.

Очевидно, для ситуационно-житейской, морально-психологической и анатомо-функциональной “обрисовки” Сущностей годится и многое другое – ведь все они оставляют материальные следы своего пребывания и жизнедеятельности в теле и окружающем мире. Возможно, когда-нибудь это важное и нужное дело будет поставлено на “научные рельсы”, и будет создана валидная и тиражируемая технология идентификации всех Сущностей (а также бесплотных секвестров-психик и неопсихиченных секвестров-соматик), обитающих в “бессознательном” каждого человека. Различение внутренних Сущностей объективными (и субъективными) методами – первый шаг к тому, чтобы попытаться создать еще и технологию “вызывания” Сущностей на уровень главного психического “Я”, точнее, – технологию временной “замены” главного “Я” Сущностью. Тогда можно будет (одновременно или поочередно) “вызывать” и затем (на время или навечно и полностью или частично) “стирать” либо “удалять” из психики-мозга(-тела) любую из этих Сущностей (и отдельных секвестров-психик и секвестров-соматик), включая само главное “Я”, – например, если возникнет необходимость его “капитального ремонта” или “замены”. В данном случае под “технологией”, в частности, подразумевается (в том числе и) немедикаментозная или даже вовсе немедицинская нормализация порога возбудимости нейронов аффективно-когнитивной структуры – продуцента-носителя “головы”-психики Сущности, десеквестрация ее (Сущности) позы-тела и последующая реинтеграция-“возвращение” невросоматики, освобожденной из-под чар-власти патогенного Символа-Образа, в ансамбль главного психосоматического “Я”.

Возможно, в будущем научатся избавлять человека, его психику-мозг и тело (и даже Сознание) не только от всех патогенных Сущностей – полная “очистка”, точнее, “ликвидация” психического, психосоматического и соматического “бессознательного”, но, если понадобится, то и от главного “Я” – “очистка” только психического или соматического либо в целом психосоматического “сознательного”; то есть человек сможет быть полностью разодушевлен, его мозг – “обесточен”, а тело – обездвижено. Правда полностью либо частично “очистить” психику-мозг-тело, – ничего не повредив! – скорее всего, можно будет не навсегда, а только на какое-то время: навсегда не получится – ведь “Они” вновь “прилетят” и “поселятся”…

Но оставим “додумку” и практическую разработку этой темы для исследователей будущего, потому что при реальном обретении подобной технологии, как и в случае с потенциальной возможностью клонирования (конечно, если когда-нибудь удастся создать искусственную матку), возникнет множество религиозных, философских и юридических препятствий. Хотя, с другой стороны, прогресс науки остановить (к счастью) невозможно, и многое из того, что еще совсем недавно казалось нереальным, безумным или даже кощунственным (как для кого-то – моя работа), ныне прочно вошло в нашу повседневную жизнь.

Но можно не ждать наступления будущего и уже сейчас начинать беречься от проникновения патогенных внешнесредовых Символов, причем делать это давно и хорошо известным способом – правильно растить и воспитывать человека. Тогда его духовная сфера и главное психосоматическое “Я” “вырастут” до таких “размеров”, что полностью или максимально возможно “заполнят” Сознание (в первую очередь, его Матрицу-мораль), психику и тело. И для внедрения патогенных Символов-Образов и их материализации-воплощения в виде Сущностей, бесплотных “психик” или неодушевленных “соматик” в человеке просто не будет “(духовно-)психосоматического места”. Основа этого верного, но трудного пути тоже давно и хорошо известна – это всемерное укрепление морали и нравственности, рост культуры, образованности и знаний и здоровый образ жизни.

Опишу еще некоторые распространенные ситуации, рассматриваемые мной как примеры проявления жизнедеятельности Сущностей. Внезапная подмена “Я” может проявляться в виде многочисленных бытовых и производственных “кто?”, “где?”, “когда?”, “куда?”, “почему?”, “зачем” и т.д.

А Монологи: “Гдемои” очки (трусы, часы, носки, брюки, ключи…) – только что здесь лежали?”; “Гдетвои” честь и совесть, “ты” что по пять раз на дню “свое” слово меняешь!”. – А “кто-то” (с виду всегда один и тот же!) “меняет” жен, друзей, работу, Родину; “С кем (хм, правда, с “Кем” – из “Них”) я (хм, “Я” – которая из “Вас”) жила все эти годы!”.

Б Диалоги: “Кто это тут все опять разбросал? – Так, ты и разбросал! Ведь ты же один был дома!”; “Дочка! Ты зачем мороженое съела? – Это не я”. – И действительно, это не она-“Она”, а она-“Другая” мороженное съела, а она-“Она” ничего об этом не знает-не ведает, и поэтому не только сильно хочет мороженое, – ей-то его не давали! – но еще и обижается на возводимую напраслину, что родители-взрослые ей(-“Ей”) не верят, считают лгуньей (и наказывают вместо ее-“Другой”, о наличии которой она(-“Она”), разумеется, не подозревает, – впрочем, как сказать…). – И она в своей обиде права.

(Очевидно, за многими случаями лжи, особенно упорной лжи, скрывается полная подмена “Я” Сущностью или наоборот, и человек действительно не помнит, что он – не он-“Он”, а он-“Тот”! – творил-делал в течение какого-то промежутка времени. Случаи подмены личности хорошо показаны во многих художественных фильмах: “Эффект бабочки” и др., а их медицинская интерпретация достаточно подробно представлена в любом учебнике психиатрии.).

Еще пример. Часто бывает, что человек “ни с того ни с сего” то смеется, то плачет, либо ему по-пушкински “и больно и смешно” – в такие моменты происходит так (мною) называемая “стробоскопная” – быстрая циклическая и полная или частичная, смена главного “Я”, “одному” из которых по какому-то поводу “больно”, а “другому” – по иному или этому же самому поводу – “смешно” (подробнее стробоскопное состояние психики, включая его возможные нейрофизиологические механизмы, будет рассматриваться в XXIV-й главе).

Другое, описаны случаи, когда люди, в том числе и дети, вдруг заговаривали на им совершенно незнакомом или даже древнем и давно мертвом (ли?) языке. Очевидно, в таких случаях речь идет о длительном поочередном персистировании какой-то Сущности, “знающей” этот язык, в психиках-телах многих людей, исторически как-то связанных между собой. При этом Сущность может осуществлять смену человека-“хозяина” следующим способом-Образом: …→ Сущностьразвоплощениетрансформация в Образ (в Сознании) → СимволОбраз (в новом Сознании) → воплощение (в новое “Я”-тело) → Сущность →… Очевидно, в каждом из череды людей-реципиентов имеется какая-то (духовно-)психосоматическая предуготованность для реинкарнации данного Символа-Образа.

(В связи с (возможным) наличием в каждом из нас множества “психик” возникают важные вопросы, например: “если “Это” – во мне, то “Это” – я?”; или такой вопрос: “(в том числе морально и юридически) отвечаю ли я – я-“Я”, за “Его” – мои-“Его” (свои-“чужие”, свои-“не свои”, мои-“не мои”, мои-“наши”, “его”-“наши” и т.п.), проступки-прегрешения, и как различить – “Кто” из “Я”-“Нас” что сделал?”).

Все это – реальные, а не выдуманные подмены личности, к сожалению, пока что признаваемые только в искусстве, да и то преимущественно в произведениях мистического жанра, и появляются, развиваются и прекращаются они по описанным в соответствующих главах патофизиологическим механизмам (очевидно, есть и многочисленные другие механизмы, но всего не охватишь никакой теорией и системой взглядов).

Но вернемся к “всплывающим из ниоткуда” мыслям. Патофизиологически внезапное нарушение должной последовательности мышления (чувствования и т.д.) может быть обусловлено появлением ситуационного микроотека (микроотеков) в области расположения определенной (не обязательно анатомически компактной) группы (сети, цепи) нейронов, в данный момент выполняющих какую-то мыслительную операцию либо осуществляющих какую-нибудь “немыслительную” психоневрологическую функцию (причем, вспомним, это не просто “какая-то” и “где-то там – в мозгах” функция, а это слияние-взаимодействие пары полуинформаций, “пришедших-докатившихся” из конкретных внешнесредового – место-событие, и внутреннего структурно-анатомического “откуда”, взаимодействующих в данный момент в конкретном структурно-анатомическом “где” и эстафетно “направляющихся” в конкретное анатомическое “куда”; и поэтому любая функция – это “река”-функция, “текущая-протекающая” по определенному анатомическому “руслу”. Но функция – это не только куда-то направленный поток каскада физико-химических реакции, это еще и воплощение Чьих-то Замыслов…).

Вызывающие сбои-перебои в мышлении (микро)отеки в цепях-сетях “мыслящих”-функционирующих нейронов образуются по схеме, приведенной во второй главе: избыточное (по длительности и/или интенсивности) возбуждение нейроновполнокровиеальтерация (либо ее усиление) → экссудация и отек (либо их нарастание) → торможение нейроновнарушение мышления.

Внешне-психологически эти сбои в мышлении могут проявляться как внезапное и с виду беспричинное выпадение-забывание какого-то слова, фразы или мысли вследствие временного (быстро вспомнил) или стойкого (не может вспомнить) торможения в микрогруппе нервных клеток, принадлежащих задействованной в данный момент нейронной системе; либо это будет слово-мысль-артефакт, “вдруг” внезапно “откуда-то” (– из “секвестрированного бессознательного”) “выскочившее” в разговоре или “возникшее” в мышлении вследствие вклинения в эту нейронную цепь импульсов от не выторможенной группы посторонних нейронов, что может произойти из-за инактивации тормозных нервных клеток данной “мыслящей” нейронной сети, в норме отсекающих (вытормаживающих) посторонние импульсные помехи-вклинения.

Другим фактором, сбивающим нормальную последовательность (нейрофизиологического обеспечения) процесса мышления или чувствования, может быть не выторможенная и вклинившаяся такая посторонняя “мыслесодержащая” или “мыслеиндуцирующая” информационная посылка, как проприо(висцеро)цептивная импульсация.

(Эта импульсация, полагаю, в совокупной массе своей и образует человеческое психическое “Я” (и все “суб-Я”), о чем еще пойдет речь. Поэтому любое постороннее (от “чужого” “"тела" в теле”) проприовисцероцептивное импульсное вклинение в афферентный импульсный поток, питающий-возбуждающий аффективно-когнитивный ансамбль нейронов, образующих главное “Я”, автоматически вызовет появление чужеродной внутрипсихической “примеси” (это и есть “подключка” Чужого) к главной в данный момент личности.).

Например, это “случайный” ирритативный импульсный залп от мышцы (поперечнополосатой или гладкой), полностью или частично принадлежащей сразу нескольким позам (по сравнению с 14-15-ю миллиардами нейронов и огромным числом их нервных волокон и терминальных разветвлений аксонов, количество мышц: их брюшек, порций, включая общее количество актин-миозиновых пар волокон всей поперечнополосатой и гладкой мускулатуры, невелико, и поэтому все Образы-позы имеют в той или иной степени общие мышцы и/или их порции) и внезапно напрягшейся вследствие актуализации одного из позных мышечных паттернов (в который эта мышца полностью или частично входит) каким-то своим хозяином-Образом, в свою очередь, (тоже всегда не случайно) актуализированным своим микротриггером. Бывает и наоборот, когда какая-то, необходимая данной “мыслящей” нейронной цепи, проприо(висцеро)цептивная афферентная посылка до нее не доходит по причине развития отека-ишемии-секвестрации в нервно-проекционно связанной с этой нейронной цепью мышце либо из-за нарушения процесса проведения нервного импульса в центральном или периферическом нервном волокне, принадлежащем нейроанатомической трассе: данная мышца – данные “мыслящие” нейроны. Если такие проприо(висцеро)цептивные ирритации/выпадения значительно выражены и/или пролонгированы во времени, то могут развиваться стойкие (или ситуационно стойкие) нарушения циркуляции импульсов в соответствующих центральных и/или периферических нейронных цепях или контурах, особенно если им сопутствует многолокусное демиелинизирующее поражение нервных волокон, множественные очаги компрессионной сомато- и/или вегетоирритации в сочетании с (постоянно и/или ситуационно) большим количеством паретичных – а-, гипо-, гипер- или дистоничных, пластичных, кататоничных, миотоничных (ситуационные крампи и др.) и/или ригидных мышц (парез – это собственно мышечный уровень и миогенная основа возникновения а-, гипо-, гипер- и диспроприоцепции).

На психическом (нейропсихологическом, психоневрологическом и т.д.) уровне вышеописанная периферическая патология может проявлять себя как длительные стойкие или ситуационные стереотипные нарушения мышления-чувствования, запоминания-воспоминания, эмоционального реагирования и/или их вегетативно-сосудистого, железисто-висцерального, иммунного, биохимического, локомоторно-двигательного и другого проявления-сопровождения. Это могут быть (“навеянные” ирритацией) назойливые мысли (возникающие, еще раз подчеркнем, всегда по реальному, но практически не уловимому психикой ирритативному проприовисцероцептивному “микроповоду”), стойкая общая или селективная забывчивость, взрыв-наплыв “смеси” забываний-воспоминаний, либо это (без убедительной на то и психически определяемой-идентифицируемой причины) затянувшееся плохое настроение, агрессия, смешливость, эмоциональная тупость и т.д. и т.п. Эти проявления-нарушения пролонгируются и/или усиливаются сопутствующей дисгидратационной или другой, описанной в соответствующих главах, патологией самой ЦНС, включая денервационную сверхчувствительность ее нейронов.

Весьма существенно, что (по генезу) демиелинизирующая и компрессионно-ирритативная диспроприовисцероцепция – важнейшая и реальная причина появления психоневрологических (и многих других!) нарушений, включая полную или частичную подмену “Я”, целиком не уловима и не локализуема из-за своей диффузности, распыленности, рассосредоточенности по центральной и периферической нервной системе, из-за микроскопичности анатомического размера и ничтожности – “гомеопатичности” – патогенетического воздействия каждого из этих очажков диспроприовисцероцепции в отдельности, – но “имя им легион”. Эта “звездная тьма” микролокусов демиелинизации (микроискажения информации) и компрессионной микроирритации/микровыпадения нервных импульсов в полном объеме не определяется никакими методами, и – как мощный патогенетический фактор, действующий при психосоматической (и многой другой) патологии, – нередко игнорируется учеными и врачами, которые вместо того, чтобы ориентироваться на интегративную оценку суммарного эффекта от персистирующего патогенетического воздействия совокупности анатомически рассеянного множества микрофакторов, по-прежнему упорно ищут пресловутое вирховское “седалище болезни” (включая его современные варианты – генетические, цитологические, ультраструктурные и биохимические “микроседалища”). К тому же, вспомним, действуют эти патогенетические “песчинки” на селективно сверхчувствительные – именно к ним, этим “песчинкам”! – нейроны аффективно-когнитивной структуры, но в медицинской науке и клинической практике патогенетическая роль феномена денервационной сверхчувствительности тоже пока явно недооценивается.

(В медицинских учреждениях часто можно услышать такой, по сути, очень печальный диалог: “Доктор, а что это у меня все анализы изменены?” (порой, это длинные-длинные “портянки” – так называемые “компьютерные распечатки”, со многими десятками биохимических и других параметров и толстые пачки результатов многочисленных аппаратных исследований: ЭКГ, холтеровское мониторирование, КИГ, Эхо-КГ, ЭЭГ, ВП, Эхо-ЭГ, ЭНМГ, ЯМР, КТ, УЗИ, УЗДГ, РЭГ, РВПГ – и больше на одного (!) больного приходилось видеть) – “А это у вас, больной, так, мелочь какая-то, сущая ерунда, которая у всех в этом возрасте бывает”. Такие ответы обусловлены, в том числе и тем, что нередко врачи еще с университетской скамьи ориентированы только на выраженные и тяжелые симптомы и грубые параклинические изменения, а “мелкие” (до)поликлинические проблемы, особенно со скудным параклиническим сопровождением, их совершенно “не волнуют”. Вот и получается, что “в общем, больной, приходи ко мне, когда тебя принесут (если успеют – и донесут), и я тебя с огромным удовольствием лечить-спасать буду”.

В институтские годы мне, как и многим другим студентам, не раз приходилось выслушивать такое грозное предупреждение-предостережение от искренне пекущихся о нас преподавателей: “Семенов! Вы опять… (каюсь, не всегда был примерным студентом)! Таким, как Вы, не место среди врачей (другие варианты: не место в клинике, больнице или на кафедре), а место на “скорой” и в поликлинике – или в глухой деревне!”. Еще вспоминаются такие слова в адрес какого-нибудь умного педфаковца: “Жаль, что на педфаке учится, а то бы из него мог хороший кардиолог (невропатолог и т.д.) получиться”.

Многие “взрослые” врачи и медвузовские преподаватели абсолютно необоснованно считают, что у детей, особенно грудных и новорожденных, ничего “серьезного” быть не может. Но они глубоко заблуждаются, так как многие “взрослые” болезни начинается именно в раннем детском возрасте, а нередко еще в периоде внутриутробного развития; не является исключением и духовно-психосоматическая патология.

По ряду хорошо известных причин в настоящее время такое отношение к малым клиническим и тем более субклиническим изменениям и параклиническим отклонениям, не требующим “мощного” лечения, только нарастает. – Но хватит о грустном.).

Другой вариант появления внезапного и “непонятного” сбоя в мышлении-чувствовании, – когда человек от волнения (“волнение” – рябь-волны на поверхности океана-психики от всплывания-шевеления Сущностей, тайных обитателей глубин “бессознательного”) “все забыл”, – возникает при выраженном аффекте (впрочем, аффективно сенсибилизированному и морально-психосоматически ослабленному человеку мало надо, чтобы разволноваться) и развивается по следующему, тоже описанному в соответствующей главе, механизму: при интенсивном и быстро возникшем одномоментном аффективном тоническом напряжении большого количества позообразующих мышц по психике-мозгу наносится (очередной) мощный импульсный проприовисцероцептивный удар (плюс гемодинамический, медиаторно-биохимический и т.д.), способный глобально затормозить, сбить или надолго (тотально или парциально) извратить или блокировать процесс мышления и/или его эмоциональное, мезо-диэнцефальное, сенсорно-моторное, вегето-сосудистое, железисто-висцеральное и/или иное проявление-сопровождение, включая локомоторно-двигательные акты.

Также артефактный импульсный залп может “залетать” в работающую нейронную цепь вследствие активности “монитора отклонения”, когда зрительная, слуховая, вкусовая, обонятельная, висцероцептивная, термоцептивная, проприоцептивная и/или другая импульсация-информация, частично минуя свои анализаторные центры, переключается (причем пунктов центрального и периферического переключения – “смешивания” информационных потоков – обычно много, и их (эти пункты), вспомним, в полном объеме невозможно идентифицировать) и какой-то ее объем попадает, допустим, в ассоциативные теменные отделы коры головного мозга или во фронтальный конвекс. Попадание посторонней информации в эти нервные центры внешне может проявиться как спонтанная затянувшаяся и произвольно не устраняемая помеха ассоциативному – “теменному” – этапу мышления…

(“Не знаю, почему я об “этом” вдруг вспомнил и думаю” – эти и другие, подобные спонтанные, – но, в действительности, всегда псевдоспонтанные – “штучки” любят “выуживать” и анализировать-“раскручивать” на своих кушетках (когда у комфортно полулежащего человека расслаблены мышцы позы (точнее, поз – обычно их много) – важнейшей причины-источника этих “всплывших” мыслей!) “рыбаки”-психоаналитики. Правда, их “бесструктурные”, “чисто житейские” или “навороченные” объяснения происхождения этих (и многих других) “случайных” мыслей-ассоциаций, чувств, поступков и т.д. крайне неубедительны, чему косвенным подтверждением является 95%-ная неэффективность психоанализа – по данным самих психоаналитиков)

…или как импульсивное (и из текущего момента напрямую – и “накривую” – не объяснимое) “лобное” желание что-то сотворить-сделать – и “творят-делают”, порой, такое… Если эти посторонние импульсы попадают в моторные центры, то человек “ни с того ни с сего” может вздрогнуть, выронить из рук какой-то предмет, вскрикнуть, воскликнуть, что-нибудь “ляпнуть”, начать кусать губы, грызть ногти, что-нибудь крошить-рвать-ломать, постукивать пальцем, приплясывать, туда-сюда ходить, двигательно суетиться, “метаться” или что-то другое “автоматически” делать, – включая более серьезные “дела”, за которые потом тоже нередко приходится расплачиваться.

В свою очередь, анализаторные нейронные системы, импульсно “обкраденные” монитором отклонения, тоже страдают, так как получают от своих периферических рецептивных полей ослабленную и/или неполную информацию – и тоже нередко с посторонней дез-информирующей “примесью”.

Еще вспомним, что эфферентные “подключки” монитора отклонения частично перебрасывают нисходящую цереброспинальную информацию со своих на чужие локомоторные системы (а также на чужие кровеносные сосуды, железы, внутренние органы, иннервационно связанные не с этими, а с другими нервными центрами), и в итоге соответствующая нейронная популяция не только получает “чужие” (не оттуда, откуда надо) возвратные проприоцептивные (также вегетативные, сердечно-сосудистые и висцеральные) посылки, но и лишается необходимой возвратной импульсации от вроде бы “своих” мышц (сосудов, желез и внутренних органов), что тоже искажающе, возбуждающе или блокирующее действует на качество и характер мышления, чувствования и множество других психонейрофизиологических (и соматических) процессов.

А есть еще и восходящая патологическая вегетативная и соматическая импульсация-ирритация, например, от органных язв или каких-то патологических соматических локусов (у кого хотя бы спина не болит), плюс ее (нормальной импульсации) – для “Я” – отсутствие от множества импульсно (почти) “молчащих” соматических и висцеральных очагов секвестрации.

И все эти многочисленные много(микро- и макро)гнездные (микро- и макро)ирритации/(микро- и макро)выпадения (да еще с искажением этого – и без того патологического – импульсного потока “монитором отклонения”), повторимся, существенно нарушают нормальную работу психики и ее продуцента-носителя (но не “творителя”!) – нервной системы, в том числе и вызывая появление психофантомов, психосоматофантомов и соматофантомов.

Соматофантом – это твердая уверенность человека в том, что у него, например, “сохнут” или “пухнут” мозги (он чувствует изменение размеров полушарий), в носу постоянно присутствует инфекция, в животе растет опухоль или увеличивается/уменьшается какой-нибудь внутренний орган, что кишечник воспален или полон паразитов, где-то идут процессы атрофии или гниения, в сердце находится какой-то посторонний предмет, в груди живет-присутствует “Кто-то” или “Что-то”, что у него удлиняются или укорачиваются конечности, деревенеет спина, а в позвоночнике “кто-то” “прогрызает ход”… Их наличие в теле человек постоянно или периодически и сильно – вплоть до приступов невыносимой боли, или слабо чувствует-ощущает, а при обследовании (включая, порой, многочисленные лапаротомии) в этой “болящей”, “сохнущей” или “пухнущей” области не находят никаких патологических изменений или образований, которые – по мнению врачей – могли бы объяснить имеющиеся жалобы. Я полагаю, что соматофантомные ощущения не являются сенестопатиями – ложными ощущениями, они всегда объективны и вызваны потоком сверхслабых проприо(висцеро)цептивных сигналов от тканевого секвестра (который не принадлежит главному “Я”, а является частью или полным секвестром-телом какой-то Сущности, воплотившейся в человеке. Этот секвестр (пато)морфологически ничем “таким” не отличается от окружающих тканей и именно поэтому визуально и гистологически не идентифицируется при диагностической операции или исследовании биопсийного материала, проводимых согласно общепринятым критериям, – “да нет “там” у вас ничего!”), которые (сигналы) воспринимает аффективно-когнитивная структура (психика-Сущность), работающая в режиме селективной денервационной сверхчувствительности к “гомеопатическим” сигналам именно от этой соматической области (“своего” “"тела" в теле”) и в данный момент имеющая доступ – тайно “подключившаяся”, к главному психическому “Я”, так как соматофантомы возникают, только при наличии “подключки” Сущности к “Я”. Как правило, таких пациентов в итоге посылают к психиатрам – “раз ничего “такого” нет, значит это психбольной”. Именно поэтому большинство больных (и “здоровых”) никому и никогда не рассказывает об этих ощущениях.

Освоив электронейромиографию, я быстро обратил внимание на то, что при определении СПИ (скорости проведения нервного импульса), чаще при тестировании n.peroneus, многие пациентки (и очень редко пациенты, впрочем, мужчин и так гораздо реже приходилось обследовать) болезненно или крайне болезненно переносят воздействие электрическим током малой или очень малой интенсивности – несколько миллиампер, но почти или совсем не чувствуют боли при электростимуляции той же области того же нерва с большой силой тока – до 100 мА, а это 500 вольт! И другое, очень часто у пациентов с такой извращенной чувствительностью к электрическому току (своеобразной “электродизестезией”) регистрировалась демиелинизирующая невропатия (нередко с аксонопатией и смешанной дистальной амиотрофией); кроме этого, в моменты боли и при малой силе тока М-ответ не определялся (хотя иногда присутствовали отчетливо видимые мышечные сокращения – “ой, доктор, а что это у меня нога (веко, щека, рука) сама дергается?”), а появлялся М-ответ только при отсутствии боли и большой силе стимулирующего тока.

Эти клинико-параклинические феномены можно объяснить тем, что удары током малой и сверхмалой силы воспринимаются не главным “Я”, а аффективно-когнитивной структурой – психикой-Сущностью, иннервационно (напрямую или опосредованно, при помощи “монитора отклонения”) связанной с некоторыми волокнами стимулируемого периферического нерва и работающей в режиме денервационной сверхчувствительности.

На то, что эти слабые сигналы воспринимались, – как я сейчас понимаю, – не “Я” пациента, а именно психикой-Сущностью (и “будили” ее), кроме сильной боли на малый электростимул, нередко указывали характерные (и обычно воспроизводимые при повторе стимуляции нерва или проведении через какое-то время одного или нескольких дополнительных аналогичных обследований – не опытов, а именно диагностических обследований, проводимых строго по назначению лечащих специалистов и согласно методике!) мимика, аффектация, изменения цвета и влажности кожных покровов и параметров дыхания и пульса, а также высказывания, эмоциональные (смех, плач и т.д.) и локомоторно-поведенческие реакции или “наплывы” воспоминаний (иногда необходимо было подтолкнуть-“разговорить” человека). Меня поражало, что в такие моменты у некоторых обследуемых, порой, настолько менялся характер, что даже казалось, что это – совершенно другие люди. И такая смена личности с тех пор тоже не давала мне покоя.

К сожалению, объем книги и в целом неклинический характер данной работы не позволяют подробнее остановиться на этом вопросе. Добавлю только, что мой интерес к духовно-психосоматической патологии, включая выводы о реальном существовании внутри каждого из нас автономных субличностей, – лучше сказать, присутствии духовно-психосоматических Сущностей, – начался в том числе и с попыток разобраться именно вот с такими необычными электрофизиологическими феноменами и их клинико-психологическими проявлениями-сопровождениями.

А непонятных случаев было много, в том числе и таких, когда хотелось воскликнуть: “Этого не может быть!” либо “Не верь глазам (мозгам или пособиям по электрофизиологии) своим!”. Но во всех таких случаях я всегда пытался найти какое-то структурно-функциональное объяснение, а не отметать их в сторону. “Да выбрось ты это из головы!” – советовали более опытные электрофизиологи, многие из которых (судя по всему) в своей практике тоже не раз сталкивались с подобными либо другими необычными феноменами.

В прочитанной мною специальной электрофизиологической литературе о таких странных случаях, в частности, об извращенном восприятии боли и параллельном резком изменении поведения и психологического портрета обследуемых пациентов, ничего не пишется; как правило, в них только приводятся “сухие” и “мертвые” среднестатистические цифровые данные так называемой “электрофизиологической нормы”, которая чем-то напоминает “прокрустово ложе” или пресловутую “среднюю температуру тела” у больных, лежащих в одной больнице.

Но вернемся к психике. Так что же такое “психика” и что такое “Я”? – Я (хм, “Я”) полагаю, что психика – это не просто (или не только) “Нечто”, в данный и любой другой момент “в голове” присутствующее и осознаваемое человеком – “ее” (точнее, Себя-“ее”) генератором-носителем-“хозяином”, постоянно-непрерывно ощущающим-чувствующим свою, – по его (человека) ощущениям и понятиям, всегда одну и ту же (любой подтвердит-скажет: “Я – это всегда один и тот же я”, и эта (почти) всеобщая уверенность в пожизненных постоянности, неизменности и несменяемости собственного “Я” является серьезным препятствием для научной разработки проблемы “слоистого”, “матрешечного” или “многоголового” – как посмотреть, строения психики и непостоянства “Я” и поиску секвестров-нейроструктур, вторично генерирующих все эти субпсихики, периодически и совершенно незаметно для нас – в виде “Я” – всплывающие “на поверхность” осознания-мышления-чувствования) – психику и постоянно-непрерывно знающим о ее – своей-единой-единственной, а не своей-чужой и непостоянной-множественной, психики – “где-то-внутреннем” присутствии-наличии. Гораздо более вероятно (лично для меня – очевидно, хотя, кому-то может показаться, что эта моя “очевидность” – признак субъективности вследствие избыточного “углубления” в тему), что психика (пусть и ощущаемая-присутствующая в “голове”-мозге (хотя гораздо более вероятно, что она “распылена” по всей центральной и периферической нервной системе) и им, мозгом, вторично поддерживаемая-генерируемая, но всегда созданная телесным “сниже” и утвержденная – нетелесным, но в теле присутствующим – “свыше”, о чем подробнее чуть далее, как и том, “Что” мы ощущаем в своей голове) – это всегда вторичное порприовисцероцептивное “Нечто” (“Нечто” – потому что затрудняюсь в точном определении психики, хотя, вспомним Блаженного Августина, “когда меня не спрашивают об этом, то я понимаю, что это такое”), опознаваемое-создаваемое-генерируемое-выбираемое-признаваемое исключительно или в первую очередь его, данного человека, биологическим телом. Именно оно, это тело, нуждается в строго “подотчетном” ему – Телу, организаторе-координаторе собственной телесной жизниСебе-теле-психике, ибо телу, телесному не нужна психика, психическое – как Хозяин. В частности, именно поэтому тело “не вооружило” психику(-мозг/нервную систему) всей памятью, оставив себе часть власти-памяти – о Себе-самом-теле, как здоровом, так и больном.

Оно (тело), еще раз вспомним, кабельно-коммуникативно (через нервные проводники), дистантно-резонансно (дистантно: молекулярно, корпускулярно и цитологически – через потоки (и микропотоки) омывающих нервную систему биологических жидкостей (первично контактирующих с ГЭБ), и резонансно – чрезкостная, чрезжидкостная и другая упруго- или вибро-волновая передача) и, вполне возможно, как-то по-неведомому-другому связано-“сращено” с (психикой-)мозгом/нервной системой.

Но речь в данном случае идет не просто о функционально-анатомических связях всего человеческого тела с нервной системой, они, эти связи, представляются мне гораздо более сложными и дифференцированными. Напомненным выше способом с (психикой-)мозгом/нервной системой индивидуально связаны также и все “"тела" в теле” – все эти телесные секвестры-соматики, имеющиеся в “общем” биологическом теле человека и являющиеся созданиями-воплощениями своих хозяев (и слуг!) – патогенных Сущностей-Образов (“суб-Я”-психик).

Психическое “Я” (или “То”, что человек считает-ощущает, как “себя” или свое “Я”) в итоге первично генерируется и “принадлежит” тому секвестру-“"телу" в теле”, восходящее влияние чьих проприовисцероцептивных потоков на (психику-)мозг (точнее, все центральные и периферические нейроны – импульсно “доступные” данному “"телу" в теле”) преобладает над проприовисцероцептивными влияниями всех других “"тел" в теле”.

То есть любое “"тело" в теле” формирует не только свою проприовисцероцепцию-“психику” (“психику” данного “"тела" в теле” или, точнее, “секвестр-"психику" в общей психике”, принадлежащую данному “секвестру-"телу" в общем теле”); также психика самого большого (на данный момент) “"тела" в теле” – из всех имеющихся (тоже только на данный момент) в биологическом теле “"тел" в теле” – является “Я“ (главным “Я”) конкретного человека.

Иными словами, наше психическое “Я” – это самая большая (на данный момент) “психика” из (“набора”) всех изолированных “психик” – проприовисцероцептивных производных своих “"тел" в теле”

(“"тел" в теле”, – в свою очередь, прежде созданных телесно воплотившимися Образами, которые перед этим в виде аффективно-когнитивной перво-структуры “прижились”-воплотились в мозге. Подробнее полное воплощение Символа – до момента появления духовно-психосоматической Сущности (= духовно-психосоматической болезни), выглядит следующим образом: …место-событиеСимволпопадание (приглашение, захват и/или др.) Символа в Сознание трансформация (переработка и/или др.) Символа в пост-Символ или Образ (Сознанием или в Сознании) → передача-инвазия Образа в мозг (ЦНС и, возможно, ПНС) через некое сознательно↔психическое “соустье” → бестелесный Образ или секвестр-психика, – точнее, до-психика (до-психика – это еще (ни разу) не соматизовавшаяся аффективно-когнитивная перво-структура – “психика в себе самой” или “чисто психическое бессознательное”, точнее даже, “до-психика в себе самой” или “до-психическое до-бессознательное”, так как оно еще не является (и ни разу не являлось) проприовисцероцептивным производным-отражением-представителем своего секвестра-“"тела" в теле” – Себя-своего тела, именно наличие которого переводит “до-психическое” в качественно иное – “психическое”, ибо “психическое” может существовать только как производное-отражение “соматического”) → телесное воплощение до-психики-Образа (посредством конкретных церебронейросоматических проекций его (Образа) вассальной аффективно-когнитивной перво-структуры, включая ее кортикофугальные и гипоталамо-гипофизарно-эндокринные влияния, в частности, периферические масс-пролиферативные эффекты от действия соматотропного гормона гипофиза и его гипоталамического рилизинг-фактора) → еще не имеющая “собственной” психики секвестр-соматика, – точнее, до-соматика (до-соматика – это пост-Образ, до-Сущность или еще “безголовое” “"до-тело" в теле”: мышечная поза и железисто-висцеральное представительство, это “телесное в себе самом” или “чисто соматическое бессознательное”, точнее, “до-телесное в себе самом” или “до-соматическое до-бессознательное”, так как у него еще нет (и ни разу не было) собственного психического (психоцереброневрологического) проприовисцероцептивного производного-представительства – Себя-своей психики, которое “до-соматическое” или “"до-тело" в теле”, переводит в качественно иное – “соматическое” или “"тело" в теле”, ибо “соматическое” может существовать только во взаимосвязи со своим проприовисцероцептивным порождением-творением – “психическим”) → проприовисцероцепция и параллельное восходящее трофо-биохимическое воздействие “"до-тела" в теле” на мозг (ЦНС и ПНС) (по-другому это “самоопсихичивание” секвестра-“"до-тела" в теле” (пост-Образа или до-Сущности) или создание им собственного психоцереброневрологического производного-представительства: нового либо, что гораздо менее вероятно, воссоединение с прежней аффективно-когнитивной перво-структурой, пославшей в соматику поисковые нервные импульсы и нейрогормональные сигналы, приведшие к соматизации до-психики-Образа и образованию “"до-тела" в теле”) → психика(-мозг) (прежняя или, что гораздо более вероятно, новая, возможно, разросшаяся либо, наоборот, уменьшившаяся, аффективно-когнитивная структура) → афферентно-эфферентное взаимодействие (“головы”-)психики со своей до-соматикой, которое переводит “до-соматическое” в “соматическое”психосоматика – это иерархически организованное психобиоорганическое единство или секвестр-“психика-тело”→ одухотворение психосоматики своим Образомдуховно-психосоматическая Сущность – это иерархически организованное духовно-психобиоорганическое единство: “суб-Я” или субличность → информационно-Образная посылка в Сознание от Сущности своему духовному хозяину-создателю – Образу, через некое психо↔сознательное “соустье” → Образ в Сознании (прежний или, возможно, новый (обогащенный), либо “гибрид” нового и старого Образов) → трансформация Сознанием (либо в нем) Образа в Символ → “отчет”-Символместо-событие – прежнее, “заславшее” этот духовно-психо-соматически “прижившийся”-воплотившийся в человеке Символ, и/или другое место-событие →…

Этапные метаморфозы воплощающегося внешнесредового Символа – позитивного, нейтрального или патогенного, можно представить и по-другому: Символ (про-Образ) → Образ (пост-Символ) → до-психика (Образ или “до-психическое до-бессознательное”) → до-психика-до-соматика (пост-Образ, до-Сущность или “до-психо-до-соматическое до-бессознательное”) → психика-до-соматика (“психическое бессознательное”-“до-соматическое до-бессознательное”) → психосоматика (“психосоматическое бессознательное”) → духовно-психосоматическая Сущность).

Психики(-Образы-Сущности) и их “"тела" в теле”, которые оказались “меньше-слабее” новой главной “Я”-психики, до поры до времени “молчат” и в ожидании “своего часа” ”хранятся” – “спят”, “томятся”, “прячутся” или др., в человеческом “бессознательном”.

Еще раз отметим, что если патогенный Образ воплощен только в мозге (нервной системе) и не имеет своего “"тела" в теле”, то он является чистым психо-секвестром, и такие бестелесные до- или пост-психики: до-психики – если еще не соматизировались, и пост-психики – если уже утратили связь со своим “"телом" в теле” (по причине демиелинизации-разобщения, либо оно было разрушено или “перехвачено” другой “головой”-психикой), составляют основу “"бессознательного" в бессознательном”; еще точнее, они составляют основу “"психического бессознательного" в общем психическом, соматическом и психосоматическом (“матрешке”-)бессознательном”. Секвестры-“"тела" в теле”, постоянно или временно не имеющие своих “голов”-психик, составляют основу “"соматического бессознательного" в общем психическом, соматическом и психосоматическом (“матрешке”-)бессознательном”.

Таким образом, “бессознательное”, если учитывать, что в нем кроме “психического”, “соматического” и “психосоматического” есть “до- и пост-психическое” и “до- и пост-соматическое”, составляющие основу “до- и пост-бессознательного”, устроено достаточно сложно. Но так как в задачи данной работы не входит его детализация, то поэтому в дальнейшем преимущественно будут употребляться понятия “бессознательное”, “психическое” и “соматическое”, а приставки “до-” и “пост-“ будут добавляться только в некоторых случаях.

С Образами-психиками, как основой “бессознательного”, все более-менее ясно, хотя в действительности вопросов – и вопросов к этим вопросам (и вопросов к этим вопросам …) – еще очень и очень много. Но точка зрения, что “бессознательное” – это потаенный психический мир, благодаря Фрейду и его сподвижникам хотя бы привычна. Непривычно другое: как в “бессознательном” могут “храниться” их (Образов) телесные воплощения – “"тела" в теле”, ведь они составляют неотъемлемую и не вычленяемую основу цельного-единого (с виду!) биологического тела, которое постоянно структурно-функционально активно, имеет единые системы дыхания и кровоснабжения, общие нервную систему, глаза, уши, внутренние органы и железы, целиком, а не частями перемещается-двигается и даже “дерется”, нюхает одним носом, питается из одного рта, размножается одним и тем же органом и способом (а не “почкованием”), мочится (и опорожняется) из одного и того же места, в нем происходит общий обмен веществ и т.д.?

Вычленить (разумеется, не путем секции – да это и не нужно, ибо “"тела" в теле” необходимо не удалять-“вырезать”, а in vivo десеквестрировать и реинтегрировать – возвращать в (…↔духовно↔психо↔)соматический ансамбль, образующий-принадлежащий “Я”) и приблизительно идентифицировать “бессознательные” “"тела" в теле” из общего анатомо-гистологического массива, составляющего основу биологического тела – тела-дома для “них” всех, и малых и больших “"тел" в теле”, конечно, нелегко. Но это вполне возможно, если анализировать характер и цель осуществляемой в данный (и любой другой) момент функции или действия. Если (на момент этого умозрительного вычленения-идентификации) ткань, орган или система полностью или частично “обслуживает” (“подчиняется”) главное психическое “Я”(-тело), то она ситуативно управляется-“принадлежит” главному “"телу" в теле”, а если она (конечность, мышца, ткань и т.д.) “выполняет задание” Сущности (мы слышим, видим и по-иному определяем в целом или ситуационно не характерные для данного человека мысли, эмоции, мимику, высказывания, движения, действия, поступки и т.д., включая их сердечно-сосудистое, вегетативное, железисто-висцеральное, биохимическое и другое проявление-сопровождение. Либо это “лишний” симптом при какой-то определенной болезни, а в принципе – и вообще любой патологический симптом, о чем чуть далее), то она (область, ткань и т.д.) ситуативно “принадлежит” какому-то Образу, точнее, его “"телу" в теле”, ставшему в этом-делаемом “главным” (на время делания чего-то “этого”). Но при таком анализе всегда следует помнить, что все эти (духовно-)психосоматические маски-личины-субличности, как и явно или скрыто провоцирующие их ситуации (точнее, микротриггеры), могут меняться по “сто раз на дню”.

Также можно ориентироваться и по характеру местного или общего патологического процесса: отека, секвестрации, сыпи, гиалиноза и т.д. и т.п. Все эти, в общем-то, типовые, патологические процессы подробно описаны в руководствах по общей и частной патологии и в соответствующих “медицинских” главах моей работы (например, “секвестрация” и “разобщение”), здесь я только еще раз подчеркну, что сам факт наличия любого патологического процесса однозначно указывает на секвестрацию пораженной анатомической области, то есть на ее безусловную принадлежность “соматическому бессознательному”.

Основа “соматического бессознательного” – это телесные области и регионы, которые можно охарактеризовать как “соматическое секвестрированное”, “соматическое, произвольно (психоневрологически – “Я”-неврологически) не управляемое”, “соматическое непроизвольное”, “соматическое – “Чье-то” или “Чужое” произвольное”, “соматическое (от “Я”) автономное” и “соматическое патологическое”.

Анатомически (патоморфологически) “соматическое бессознательное” – это органные и тканевые области-секвестры (любой патологический очаг – это, повторимся, всегда и только секвестр; в свою очередь, любой секвестр – это всегда и только патологический очаг, даже если в нем (еще) нет патоморфологических изменений, о чем подробнее чуть далее), а функционально, внешне, видимо – это, кроме медицинских симптомов, в том числе и различные телесные “не могу”, “не умею”, “не получается”. Имеются ввиду различные локомоторно-двигательные “немтгутия”, “щажения”, “неловкости”, “тупости”, “неумения” и “невозможности”, ситуационные страхи движения-действия (там, где бояться нечего), в том числе и под видом их привычного автоматического “избегания”. Сюда же относятся всевозможные нарушения вегетативно-сосудистого, железисто-висцерального, биохимического и другого проявления-обеспечения-сопровождения подобных “неправильных” или “не делаемых” простых и сложных локомоторных актов.

Очень часто такое ситуационное парциальное “невладение” (вроде бы) собственным и ясно видимым-ощущаемым-“осознаваемым” телесным членом, а в действительности – секвестром-регионом “соматического бессознательного”, “безобидно” выглядит как “помощь самому себе снаружи”: там, где (будучи здоровым-“несеквестрированным”) вполне можно обойтись без такой помощи. Человек должен, если, конечно, в данный момент он – его (духовно-)психосоматическое “Я”, полностью владеет своим телом, мочь произвольно управлять любым своим движением “изнутри” по схеме: моя психика и мое решение о моем движении → мой мозг и команда моим мышцам → только необходимые мышцы и телесные члены → только необходимые движения-локомоции.

В качестве типового примера такой “патологической-бессознательной”, – а с виду осознанной, “сознательной”! – “помощи самому себе снаружи” подходит столь распространенная “безобидная” помощь своими руками “своим” ногам при вставании в виде их (рук) опоры на колени. Такая “привычная” опора нередко свидетельствует о том, что мускулатура нижних конечностей встающего человека в данной (или любой другой) ситуации находится в состоянии немедицинского пареза (разумеется, четких границ между немедицинским и медицинским парезом провести невозможно) и не полностью “принадлежит” его главному “Я”: мышцы нижних конечностей частично секвестрированы и поэтому недостаточно сильно напрягаются или не полностью участвуют в акте вставания. Как правило, в таких случаях также имеются центральные и периферические локусы демиелинизации-разобщения – факторы, частично блокирующие, ослабляющие или извращающие поступление команды к сокращению ко всем мышцам или их порциям, вовлеченным в данный локомоторный акт. Количество вовлеченных мышц может уменьшаться и вследствие отека-секвестрации в каком-то нейрональном пуле из ансамбля нервных клеток, участвующих в выработке и реализации решения об этом движении.

Нередко при таком “вставании с опорой” человек охает, стонет, вздыхает, кряхтит и т.п. – так он не просто выражает свою слабость-немощность, но и сигнализирует о ней некому желаемому-призываемому внешнему помощнику.

Разумеется, случаи сильной усталости, поднятия тяжести и другие подобные ситуации, когда опора руками о колени действительно необходима, – не в счет. Речь идет только о “привычном” использовании данного вида самопомощи (а их очень много!), о таком вставании, при котором никакая опора руками о колени, по идее, не нужна, так как здоровый (и “несеквестрированный”) человек всегда в состоянии подняться со стула или пола с помощью мускульной силы своих ног.

Как и любой другой патологический симптом, эта “самопомощь” (нередко тоже “слабыми”) руками своим “слабым” ногам обязательно имеет и свое внешнесобытийное проявление-отображение: такой человек в некой жизненной ситуации также не способен (не желает, ленится, боится или др.) самостоятельно “подняться”, “встать на ноги” и (трусливо-паразитически либо из-за лени-глупости) нуждается в постороннем содействии, а постанывание-кряхтенье-оханье – это, как уже отмечено, и есть его “призыв” или “просьба” кому-то об этой помощи.

И такой “помощник”, когда-то (тайно) морально порабощенный и эмоционально “заарканенный” путем создания у него чувства вины, жалости или т.п., имеется у почти любого “охающего”.

Когда-то “охающий” (данный или другой) при помощи соответствующего морально патогенного Символа – свидетельства его (“заразной”) немощности, “поселился” или, лучше и точнее сказать, “вселился” в духовно-психосоматическую сферу своего невольника-помощника, воплотившись в него в виде Сущности. Характерно, что последняя всегда находится в двойном подчинении-пользовании, являясь “слугой двух господ”. Сущность тайно “пробуждается” при виде своего “наружного” хозяина-страдальца, нуждающегося в помощи, после оказания которой ее (Сущности) секвестр-психосоматика вновь (и вновь тайно) реинтегрируется в психосоматическую сферу, принадлежащую главному “Я” оказавшего помощь человека, по механизмам, описанным выше, и служит ему, своему второму (или первому – как посмотреть) хозяину, “верой и правдой”; Образ же данной болезни-помощи вновь возвращается обратно в Сознание (человека-помощника), в котором либо “живет”-“хранится” в ожидании новой императивной просьбы о помощи, либо, трансформируясь в Символ, покидает данное Сознание. Но, вспомним, в человеке-помощнике остался его (Символа) телесный “отпечаток” – память о данной Сущности, в виде церебронейросоматической сосудистой альтерационной перфокарты-решетки и остаточных забарьерных местно-тканевых патоморфологических изменений (в частности, множественных субпатологических (микро)очаговых отеков и центрально-периферических микролокусов миелинопатии), и этому “просящему”-“приказывающему” Символу, в очередной раз вернувшемуся в Сознание помощника и трансформировавшемуся в нем в Образ (либо актуализирующему имеющийся Образ), достаточно просто активироваться в мозге в виде аффективно-когнитивной перво-структуры, соматически спроецироваться, “надуть” свою секвестр-позу, – то есть телесно воплотиться путем экссудации через “свои” альтерационные отверстия, затем проприовисцероцептивно спроецироваться – возвратиться в мозг, и быстренько найти-воссоздать “свою” “голову”-психику (тоже экссудативно “надуть” свою секвестр-аффективно-когнитивную структуру, – вспомним, отек “прячет” ее и позу от “Я”) – и помощница-Сущность, (как всегда, тайно) возродившаяся-ожившая в психике-теле ничего не подозревающего “Я”-человека, вновь готова помочь-служить своему внешнему-наружному Хозяину, в данный момент с кряхтеньем-оханием пытающемуся встать, опираясь на колени (другой и более короткий путь тайного “пробуждения” Сущности – это, как уже указывалось, прямая условно-рефлекторная активация ее психики “своим” внешнесредовым микротриггером). Разумеется, очередное “пробуждение-надувание” слуги-Сущности возможно только в том случае, если со времени ее последнего “услужения” (холуйство и рабство – это, как будет показано далее, не чистые морально-психологические пороки-дефекты, они (как и многое другое) всегда имеют свои патофизиологические и патоморфологические проявления-“отметины”), но не успели закрыться-“зарасти” “окна” телесной памяти – “ее” (или в том числе и “ее”) альтерационные отверстия в сосудистой стенке.

Часто бывает, что позже психика – аффективно-когнитивная структура помогающей Сущности, утрачивает свою специфичность к призыву-оханию данного человека (см. главу XXI) и начинает условно-рефлекторно активироваться многими или даже всеми, кряхтящими-охающими при вставании, затем – охающими уже не только при вставании, позже – совсем не охающими, и так далее. В итоге формируется человек – добровольный слуга-помощник всем немощным-страдающим, и не только им, но и “эксплуататорам”, под видом телесной немочи желающим попользоваться дармовой помощью. Этот (пато)метаморфоз личности объясняется еще и тем, что с каждым последующим эпизодом такой “помощи” воплотившаяся в человеке Сущность все больше и больше раздувается-разрастается, увеличивая свою духовно-психосоматическую воплощенность-представленность и расширяя телесную память, – вплоть до максимально возможного экссудативно-отечного и масс-пролиферативного заполнения (морального и психосоматического “выедания” “здорового сознательного”) духовно-психосоматического человека изнутри с неизбежной стойкой деформацией или подменой “Я”.

Вот так здоровый и сильный порабощается больным(и) и слабым(и), причем это порабощение обычно незаметно для всех акторов, так как происходит на уровне их “аморального бессознательного”. Поэтому, перефразируя Маркса, вполне можно сказать, что “сила слабого в его слабости, а слабость сильного в его силе” – и, добавлю, моральной слабости и глупости.

Надеюсь, понятно, что речь идет не о том, чтобы никогда не помогать с трудом встающим больным и пожилым людям (хотя, по идее, им должны помогать не посторонние, это обязаны делать их библейские “ближние” – где они!), а о том, чтобы при этом незаметно не превратиться сначала в вечного слугу-помощника (с моралью, психикой и позой-телом слуги – слуг сразу видно, и отношение к ним соответствующее), а затем, символически, – по Менегетти, семантически – “заразившись” их (с трудом встающих) духовно-психосоматической и житейской немощностью, незаметно не превратиться уже в человека, полностью или частично утратившего самостоятельность: сначала в принятии и реализации решений о “вставании” в каких-то типовых жизненных ситуациях, а позже – в социального инвалида, вечно нуждающегося в посторонней помощи-подсказке для малейшего продвижения по жизни. К сожалению, нередко так оно и бывает, когда помогающий незаметно для себя превращается в того, кому он помогал, – и не только при вставании.

Вы скажете: “Ну ладно, все это примеры о разных там псевдострадальцах-поработителях. А как же старушки?” – Ох уж эти старые женщины! Прав Менегетти, что постоянно советует при многих психосоматических заболеваниях и жизненных неудачах в первую очередь искать (по-библейски “ближнюю”) “старушку”. Разумеется, старые и больные артритом (но не поэтому ли и “больные”, что когда-то побоялись решительно прекратить свое (само)унижение и смело “подняться с колен”) и действительно старые-слабые – не в счет. Но многие старушки передвигаются очень даже шустро, особенно когда их никто не видит (“никто” – это тот, который вольно, – если заметил эту связь и использует ее в своих корыстных целях, – или невольно играет роль условно-рефлекторного триггера – провокатора-активатора Образа-Сущности, в моменты такой условно-рефлекторной “слабости” живущей и хозяйничающей в психике-мозге-теле ничего не подозревающей об этих “психиках”, “мозгах” и “телах” бабушке). Кстати, многие еще вполне энергичные, крепкие и нестарые люди в некоторых ситуациях буквально на глазах превращаются в вялых, слабых, старых, “охающих” и нуждающихся в посторонней помощи. – Вот вам и “опора на коленки”.

Другими примерами “помощи самому себе снаружи” могут являться действия двумя руками там, где вполне можно действовать одной, причем вторая рука или иной вовлеченный в это действие телесный член при этом часто работают-напрягаются “вхолостую”. Имеются в виду многочисленные “бытовые” синкинезии и признаки “старательности” (скажете, это мелочи – как посмотреть): высовывание языка при письме, характерное “мучительно-трудное” выражение лица при поднятии (по идее, посильной) тяжести, завязывании галстука или выборе чего-нибудь на базаре, это и – “специфическое”, как бы “со стороны”, “постороннее” – мысленное или словесное уговаривание-успокаивание самого себя в ситуациях, при которых и нервничать не нужно (не путать с сознательными внутренними размышлениями и диалогами, – хотя, “Кого” мы, мысленно размышляя, слушаем, и с “Кем” они, эти внутренние диалоги, ведутся?), это и “компенсаторное” широкое раскрытие глаз и рта при напряженном прислушивании к каким-то тихим звукам или “моргание” при выслушивании индивидуально сложной по смыслу речи и т.п. Сюда же относятся так называемые “подсознательные”, “автоматические”, – но ситуационно неуместные, лишние, ненужные и т.д. – действия-движения (плюс сопутствующие им вокализации или сопение-хрюкание, потливость, побледнение или покраснение лица либо других частей тела, также выделения-истечения секретов, выход газов и т.д.): “перестань ковырять в носу (или в другом месте)”, “зачем размахиваешь руками (стучишь ногами)”, “опять у тебя слюни текут (сопли бегут)”, “перестань свистеть (ныть)”, “не мни скатерть (документ)”, “не грызи ручку (ногти)”, “не кусай губы”, “не рви (не ешь) волосы” и т.д. – не главное “Я”-тело, а подключившаяся к нему “Сущность” сознательно и целенаправленно делает все эти “автоматические” и “неосознаваемые” человеком движения-действия.

Еще примерами ситуационного неполного владения “своим” (“Я”-)телом также является игнорирование возможности совершения каких-то простых движений или двигательных актов – по типу ситуативной “локомоторной олигофрении” – или даже полное забывание (секвестры – это еще и “телесное забытое”; также см. выше: “секвестры и инвалидность”) о самой возможности выполнения каких-то движений, действий или работы другими, более точными, способами. Например, это неловкий “женский” бег (а до полового созревания многие из них бегали так же ловко, как мальчишки), “женское” забивание гвоздей, “медвежьи” повадки у мужчин. Это и вторично приобретенные – и нередко с гордостью культивируемые – множественные локомоторно-поведенческие неловкости-неумения у работников умственного труда (и чем “умнее” и “интеллигентнее”, тем бывает более моторно смешон и неловок – “в голову пошел”, вспомните Хоботова из фильма “Покровские ворота”. Вообще-то “умность головы” и локомоторная “глупость тела” – и наоборот, в чем-то сродни горбатости, и ее никак нельзя признать нормой). Таким часто говорят: “да перестань ты мучаться, это делается гораздо проще!”, “это же элементарно!”, “ты что такой тупой?”, “у тебя откуда руки растут? (хороший вопрос!)” и т.д., – а (секвестр-“Он”-)он “не слышит” обращенной к нему (точнее, к тому, которого видит говорящий) речи и все равно продолжает упорно мучаться-делать (“не уметь”) по-старому.

Сюда же относятся различные “неуместные” и т.п. позы и выражения лица: “ты что так встал?”, “ты что рот открыл?”, “тебе что, руки деть некуда?”, – в общем, все то, что так точно изображал Чарли Чаплин и другие комические актеры. Это и многочисленные “не сутулься (не горбаться)”, “стой ровно”, “не кривись”, “что зад оттопырил (голову повесил)”, это и сколиотичная фигура или, как ее часто называют, “неправильная осанка” (весьма характерно, что многие такие “неловкие”, “неумехи”, “горбатые”, “сутулые”, “жизнью придавленные” и т.п. в ряде ситуаций удивительным образом – Образом! – преображаются и становятся ловкими, умелыми, стройными и быстрыми).

Эти так называемые “нарушения осанки” нынче стало модно “выправлять”. Но вот хотя бы одного увидеть, кому ее, осанку, действительно “выправили” – навсегда или хотя бы на какое-то время после процедуры. Нередко радостные доктор и пациент отчетливо “видят” улучшение или даже прямую осанку, а посторонние не видят абсолютно никаких позитивных изменений в фигуре человека. – А почему? – А в том числе и потому, что дома либо на работе (либо по дороге туда), – в общем, там, куда “распрямленный” пациент бодро направляется после процедуры, имеется условно-рефлекторный микротриггер (один или несколько “жучков”) – активатор Сущности и ее “сутулящей” позы, и человек, придя в такое место или пройдя мимо него, вновь попадает под его (микротриггера) действие.

Еще маркерами “соматического бессознательного” являются многочисленные “привычные” ситуационные констатации-уверенности-самоприговоры: “это я не могу”, “нет сил”, “не шевелится”, “не двигается”, “не получается” – и ведь действительно “не могут”, но, что характерно, попадя в другие места-условия (где нет микротриггеров), “могут” – да еще как. Речь идет о так называемых ситуационных парезах и параличах (повторимся, неневрологической и неортопедической природы), в том числе и по типу “ареста речи”, “ареста движения”, “ареста памяти”, “ареста совести”, “ареста смелости” и других “арестов”, когда “язык проглотил”, “не может рот открыть”, “стоит как истукан”, “ни вдохнуть, ни выдохнуть”, “сковало руку”, “ноги стали чужие (приросли к полу)”, “забыл”, “все вылетело из головы”, “не могу себя заставить” и т.п.

К области “соматического бессознательного” также относятся участки кожной гиперестезии, дизестезии или гипостезии: локальные онемения щеки, стопы, пальцев (синдром Рейно – палец для чего-то “отбирает” Образ, а “Я” “сопротивляется”), “мурашки”, “холодок”, “жар”, распирания, обручи-стянутия, зуд, жжение, тяжесть в груди, “ком” в горле, “кол (гвоздь)” в спине и т.д. Появление этих ощущений обусловлено тем, что когда какой-то тканевой локус переходит под “юрисдикцию” (духовно-)психосоматической Сущности (частично или полностью “отвоевавшей” у главного “Я” кожную поверхность, ухо, ногу, руку, бронх и т.п.), то импульсация от него резко уменьшается (вследствие разобщения и секвестрации) и ее воспринимает уже не главное “Я”, а аффективно-когнитивная структура – носитель-продуцент психики данной Сущности; при “подключке” последней к “Я” человек и ощущает онемение, покалывание и т.д. (“Ты боишься щекотки?” – “Когда – боюсь, а когда – нет”).

“Соматическим бессознательным” являются не только малые и большие телесные симптомы-проявления всевозможных болезней и мелких “немедицинских” немощей-недомоганий, также это многие уродства, нарушения, отклонения и аномалии развития, включая (всегда псевдостатичные) дефекты: косметические, дерматологические, биомеханические и др.

Еще раз отметим, что духовно-психосоматическими (и возможно, всеми или многими другими) болезнями мы всегда заболеваем не “осознанно”, не “специально”, не “сознательно”, включая, даже вроде бы “сознательные”, симулянство, членовредительство и суициды. По моему глубокому убеждению, человек никогда и ни при каких условиях не может вредить себе – и всем другим людям! – сознательно, включая даже расстрел преступника по приговору суда, убийство противника во время военных действий, а делает это всегда бессознательно…

(то есть это делает Сущность. В частности, при подготовке военных их “с умом” духовно-психосоматически “зомбируют” – “выращивают” в них “внутреннего солдата-гомункулуса” (это хорошо показано в фильме “Универсальный солдат”). “Долг” и “приказ” – это типичные “вморальнопсихосоматизированные” (вбитые, вдолбленные, “вмуштрованные”) Символы-Образы-Сущности, частично или полностью подменяющие “Я” военнообязанного в бою, разведке и т.д., а “приказы-команды” – их условно-рефлекторные, точнее, социально-рефлекторные активаторы-триггеры, выработанные по методу Павлова, путем многократных повторений-закреплений),

…даже если внешне это и выглядит вполне “сознательно” (самопожертвование во имя детей, идеи, веры, Родины – не в счет, ибо это акт морального, сознательного выбора. Хотя, вполне возможно, что и “это” “делается” чуждым внутренним или внешним “бессознательным”, которое – человека и/или ситуацию – “довело” до неизбежности этого “самопожертвования”, ибо человек, здоровый и дееспособный во всех смыслах, включая моральный выбор, всегда ориентирован только на свою собственную, – а не чужую – жизнь).

Если что-то злое, негативное, дурное, вредное, опасное или саморазрушительное и делается человеком “сознательно”, то оно, это самодеструктивное действие-поступок, сознательно, – но на другом психическом уровне. Тут (так) действует “"сознательное" в бессознательном”, когда какая-то “запертая” в “бессознательном” (секвестр-психика-)Сущность смогла или пытается “прорваться” наружу, чтобы стать главным “Я”, полностью (или хотя бы до ситуационно необходимого минимума) овладеть “Я”-мозгом-телом и управлять биологическим человеком, его действиями, поступками и поведением, чтобы реализовать Замыслы Кого-то из внешнего Мира, – и не обязательно чисто Символического Мира, а хотя бы офицера, отдавшего приказ расстрелять, сжечь или разбомбить.

Солдат, выполнив приказ, убил человека – но после этого убийства он сам морально мучается, даже если и внешне не осознает этого. В итоге у него фатально-неизбежно развивается духовно-психосоматическая патология, причем духовно и медицински не излечимая, ведь, – пусть и по приказу, но им, самим солдатом-человеком, – убитого, пусть преступника-противника, – но человека! – уже никогда не вернешь. Такую ошибку жизненного выбора – подчиниться и убить, а не подчиниться и не убить – никак не исправишь; эту вину ничем не искупишь, даже если капеллан или безликая (индульгенция-)Родина и отпустят этот грех.

Любое убийство всегда (как минимум) двойное, и солдат, убивший противника, – но лишивший жизни человека! – позже сам умирает от этого, но только его болезнь-самопокарание-самоубийство растянута на кошмарные годы или десятилетия (“Мертвые невидимы, но они не отсутствуют”, Блаженный Августин). Именно поэтому война – это рассадник не только злокачественных и терапевтически резистентных, но и (употребим термин Менегетти) “семантически заразных” форм духовно-психосоматической, – точнее сказать, морально-, нравственно-психосоматической – расплаты-самопокарания-патологии. И те, кто послал солдат убивать, – целиться-стрелять в чужое тело и попадать в свою душу, – после “от имени народа и Родины” требуют, чтобы мы – всего лишь врачи – излечили этих прижизненно само-убитых мертвецов! Но хватит о горьком, и продолжим развитие темы.

Подсознательно-бессознательно мы не только заболеваем или травмируемся, болеем и выздоравливаем мы тоже непроизвольно-бессознательно, вопреки и помимо своей воли (правда, бывают исключения – но они только подтверждают правило) – кто из нас “сознательно” вызывает появление и исчезновение “своих” чирья, менингита или пневмонии.

Конечно, многим из научного и бытового мира ксенофобически непривычна излагаемая точка зрения на “сознательное” и “бессознательное”, так как наше обыденное и обычно автоматически-бездумное отношение к собственному единственному (но не единому – “матрешечному”) телу, – как больному, так и здоровому, – как к чему-то, попадающему под определение “сознательное” (в смысле сознательного ощущения и владения-управления своим собственным телом), обусловлено тем, что на уровне так называемого “здравого смысла” мы обычно считаем, что “раз руки-ноги растут из нас, их видно, и мы ими управляем (а если и не управляем – ну и что!), то значит они, эти руки-ноги, “наши”, и это – "сознательное"”. В то же самое время и те же самые люди могут (интересно, “сознательно” или “бессознательно”) относиться к своей больной ноге, как к чужой, она-которая “почему-то” или “просто” “болит”: “Зачем бы я сам заболел, я хочу быть здоровым!” или даже: “Я, что ли, чокнутый, заболеть специально!”. “Это (не я “её” – ногу/ногой, “болею”, а это) она “сама” болит”, – выходит, “сама” и “перестанет” болеть, когда “решит”, что хватит. – “А болезни (если спросить таких) – это “сознательное” или “бессознательное”?” – “А что, болезни? Какое же это “бессознательное”, симптомы – их же “видно”! Вот они, смотрите: это (“моя”) гнойная мокрота (плюет и показывает). Здесь у меня грибок – вот он (раздвигает пальца ног). Вот тут, в груди, у меня (“Что-то”) колет. Здесь, под кожей у меня что-то (“само”) выросло, а тут у меня импотенция… Да и болят мои болячки-симптомы уж как-то сильно "сознательно"”. – (А я им в ответ:) “Но появились-то, поболели-побыли и затем прошли они, эти прыщики-болячки-симптомы, помимо вашей воли, бессознательно!”. – (А они мне) “Ну и что. Я же осознаю, что они болят и как они болят, и вижу, когда они появляются и проходят!”.

Я полагаю, что человек никогда и ни при каких условиях не может “сознательно” ходить с уродливой бородавкой на носу, зобом огромных размеров или “гроздьями” варикозных вен, “сознательно мучаться” от “своих” ожирения, артрита, поноса, дерматита, перхоти, бесплодия и косоглазия, “сознательно” не лечить тяжелое (да и легкое) заболевание сердца или половую инфекцию, “сознательно” не замечать второй-третий подбородок, прыщавые лоб и щеки, гнилые зубы, дурной запах изо рта или откуда-нибудь еще, язву на голени, пораженные грибком стопы – и все другое, больное-лишнее-неприглядное, ибо патологическое не бывает нужным и красивым. Человек не может “сознательно” не обращаться к врачу годами и многими десятилетиями, да еще при этом “сознательно” игнорировать серьезность – и сам факт! – своего заболевания или, что ничуть не лучше, вместо лечения “сознательно” ныть-жаловаться чуть ли не всем подряд, подобно эксгибиционисту, выставляя свои хвори-болячки на всеобщее обозрение, а в итоге – “сознательно” доводить свою болезнь до уродства, инвалидности (многие хотят стать инвалидами, по крайней мере, иметь инвалидность – чтобы ни за что не отвечать или не работать) и трагического конца (многие подсознательно не хотят жить – или даже хотят умереть). Человек болеет всегда и только бессознательно, и болезнь нужна и выгодна не его главному “Я”, а Сущности – чуждому человеку патогенному Символу-Образу, этому менегетьевскому “паразиту ума” и, добавлю, тела, тайно “подключившемуся” к его – всегда здоровому! – “духовно-психосоматическому (к сожалению, всегда только секвестру) сознательному” из “больного-секвестрированного-бессознательного” (и не надо все сваливать на “микробов”, “сосуды”, “холестерин”, “стрессы”, “онкомутации”, “тяжелую жизнь” и другие вторичные-третичные факторы).

Еще раз изложу свою точку зрения: никогда и ни при каких условиях человек не виноват в том, что он заболел, – о какой бы то ни было болезни не шла речь, ибо в настоящее время никто не знает, по крайней мере, из врачей и больных (а то бы первые – вылечили, а вторые – выздоровели), как, по каким приметам и признакам определить, что данное место-событие (что именно в этом месте и какое конкретное событие – везде много чего содержится и много чего происходит) – источник патогенных Символов; никто не знает, как обнаружить сами эти Символы, – как патогенные, так нейтральные и благотворные (и вообще, что это в точности такое – Символ); никто не знает, как уберечься – самому и уберечь библейских “ближних” – от инвазии в Сознание (да и что это такое – Сознание) патогенных Символов; никто не знает, как не допустить психосоматизации Образа (и что это такое – Образ); никто не знает, как обнаружить в психике-мозге-теле и изгнать-развоплотить психо-телесно материализовавшиеся Сущности. Есть и много других подобных вопросов, на которые и у меня нет ответов. Но идея о том, что именно так начинаются и протекают духовно-психосоматические болезни, буквально “витает в воздухе”. Поднимаемые мною в этой работе вопросы ставит само время – и придется искать на них ответы, чтобы (всем) спастись, а не погибнуть. И такой поиск – и небезрезультатно – уже ведется Антонио Менегетти, этим поразительным Человеком; мне же выпала участь написать обо всем этом.

Но вернемся вновь к “бессознательному”. Итак, “бессознательное” – это хранилище чуждых-патогенных севестров-психик-Образов и их телесных проявлений-воплощений – патологий-секвестров-“"тел" в теле”, и поэтому оно, “бессознательное”, имеет не только психические (психоневрологические) – еще раз: всегда и только патологические! – проявления (пласты, компоненты, составляющие), но и обязательные соматические – и тоже всегда и только патологические! – проявления, некоторые из которых перечислены выше, но этот список можно еще продолжать и продолжать. Наличие “здорового бессознательного” я полностью отрицаю, так как считаю, что само понятие “бессознательное” априори говорит о его абсолютной патологичности (а патология – это, вспомним, прерогатива врачей!), ибо, по моему убеждению, в здоровом человеке – “человеке здоровом”, абсолютно все и еще раз все и в любой момент должно быть – им, самим этим единством-“Я”-человеком – свободно и произвольно ощущаемо, свободно и произвольно осознаваемо, свободно и произвольно управляемо – и только такой человек является менегетьевским человеком-“единством действия”.

“Бессознательное” – это “запертое сознательное”, “секвестрированное сознательное”, “несвободное сознательное”, “живое, – но не живущее – сознательное”, “"не живое-не мертвое" и оторванное от жизни-действия сознательное”.

Здоровый человек – это “здоровое в человеке”, и это всегда и только “сознательное”, причем это “незапертое сознательное”, “свободное сознательное”, и никаких “тайников души” и “потаенных (психосоматических) уголков-местечек” в цельном кристально чистом и прозрачном психосоматическом “сознательном” в принципе быть не может – как не может быть и “больного сознательного”.

“Сознательное” можно уподобить куску бальзаковской “шагреневой кожи”, размер которой уменьшается после каждой сделанной жизненной ошибки морального выбора, – и только исправление ошибки (хотя бы одной из множества допущенных) замедляет или ненадолго приостанавливает этот необратимый процесс.

Еще раз добавлю, что “Я”(-“сознательное”) – это всегда и только здоровое “Я”, и – с позиций самого “Я” – “больного "Я"” тоже в принципе быть не может. – А если специалисты в вопросах психической нормы и патологии: врачи, психиатры, психоаналитики, юристы, и просто люди, считают, что какой-то человек психически болен или недееспособен? – Просто здоровое “Я” человека, которого мы причисляем к психически больным, бредящим, галлюцинирующим и т.п., “зашорено” и страдает от Образа-Сущности, тайно “подключившегося” к его, главного “Я”, секвестру-части психики-мозга; либо “Я” (адекватно!) воспринимает и (правильно!) анализирует ложную информацию, – то есть оно дезинформировано “монитором отклонения” (который действует подобно ржавчине, вызывая “коррозию” миелина); либо “больной”-он действительно видит то, чего не видим и не воспринимаем “здоровые”-мы – вспомним про феномен денервационной сверхчувствительности нейронов принадлежащих Сущностям аффективно-когнитивных структур, которые перцептивно и проприовисцероцептивно воспринимают сверхслабые сигналы (например, от психо-, сомато- или психосоматофантомов, появляющихся при “опорожнении” “бессознательного”), не доходящие до главного “Я” (в том числе – и до главного “Я” тех, кто определяет психическую дееспособность).

Очевидно, если человек, в медицинском и психиатрическом плане являющийся (признанный) дееспособным и здоровым, творит моральное зло, поступает во вред себе или библейским “ближним” либо ведет себя “непонятным” (нам, посторонним) образом – ведом Образом! – то речь в таких случаях необходимо вести о расстройствах или болезнях Духа, – а это уже не медицинская и, в частности, не психиатрическая компетенция. Но часто бывает, что под маской “вялотекущей шизофрении” (и таких масок много) – этой морально-юридической индульгенции для российских (властей и) психиатров, последние “лечат” (а власти – “приговаривают” к такому “лечению”) психически здоровых людей, страдающих расстройствами Духа. В том числе и поэтому психиатров так “не любят” и сторонятся население, врачи, философы и священнослужители (по идее, последние и должны излечивать этих духовно страдающих людей, но практически они только “беззубо” пугают их гипотетическими посмертными адскими муками). Да и как удивляться таким “диагнозам” – ведь мы живем в стране, общественно устроенной по принципу: “Вожак – Орда” (Вожак – он же царь и бог, хозяин мыслей, судьбы и жизни своих рабов; Орда – она же стадо, электорат, массы и т.п.), в которой личность и ее права, включая право на духовно-психическую неповторимость, свободу самовыражения и неприкосновенность (прав) личности долго еще будут являться пустым звуком, в которой ценится (в первую очередь – народом и только потом – этим народом избранными властями) не индивидуальность – а массовость и одинаковость, не свобода – а раболепие, не активность и независимость – а социальная и всякая другая управляемость и пассивность, не компетентность и грамотность – а личная преданность, в которой ценится (и исторически все еще нужен преимущественно) труд – а не ум, духовность и свободное творчество. Когда же мы, россияне, поумнеем-повзрослеем!

Другая возможная причина появления транзиторной физиологической, а не патологической психической недееспособности – это радикальное “обновление личности” или “свежее” новое главное “Я”, которое только-только появилось на “"Я"-свет” после длительного пребывания-заточения в “бессознательном” в условиях (почти) полной информационной изоляции. И “чувствует” себя это “Я” так же, как любой из нас чувствует себя в первые мгновенья после пробуждения, пока не поймет, что “это” (в смысле, “то”, что “проснулось” и “лежит” – где? А, в постели!) “он”, и не осознает, где он находится и т.д. Оно, это новое “Я”, будучи какое-то время информационно изолированным от окружающего мира и мозга-тела, несколько “поотстало от жизни” и поэтому временно (духовно-)психосоматически дезориентировано и недееспособно, и ему, как новому директору крупного производства, губернатору, президенту, митрополиту или папе, нужно определенное время, чтобы “войти в курс дела”. Но если у новых должностных лиц для этого есть целый штат советников и помощников, то у нового главного “Я” никаких помощников нет, а есть только внутренние (Образы, особенно бывшее главное “Я”) и внешние (места-события, микротриггеры и патогенные Символы) враги.

При смене главного “Я” (которая для субъекта всегда внезапна и никогда не бывает им “запланированной”, так как он никогда не ощущает и не осознает этой смены) человек может начать чувствовать себя в хорошо знакомой ситуации (месте и т.п.) как в незнакомой, а незнакомая ситуация, наоборот, может показаться хорошо знакомой – в психиатрии и неврологии такие состояния (почти) всегда расцениваются как эпилептические феномены.

Еще временную психическую недееспособность (дезориентацию и т.п.) нового главного “Я” можно сравнить с только что включенным компьютером, который перед тем, как начать полноценно работать, должен – сам, прямо, как человек! – поначалу “загрузиться”. Пока компьютер не загрузится, он ни на что не (дее)способен, и нам, пользователям, чтобы начать на нем работать, необходимо выждать определенное время (кстати, когда компьютер “глючит”, то компьютерные программы-“вирусы” вполне можно сравнить с внешнесредовыми патогенными Символами. И такое “сходство”, очевидно, не случайно, ибо компьютер создан по Образу и подобию… “Интернет” же вообще можно сравнить с человеческим Разумом, покинувшим пристанище-мозг-тело, материализовавшимся в неком электронном виде и в чем-то уже неподконтрольным своим создателям-пользователям…).

А если новое “Я” – это Сущность, которая вообще впервые “появилась на свет”, то тогда оно – не во всех, а только в некоторых ситуациях, имеющих отношение к “новорожденности”, – чувствует себя примерно как новорожденный ребенок – “Ты что, совсем в детство впал!” или “Ты что как маленький!”.

Обычно у человека имеется несколько “личин”, регулярно полностью или частично сменяющих друг друга; их хорошо различают наблюдательные жены и угодливые подчиненные, называя это “в духе” или “не в духе”, “в себе” или “не в себе” (а “в чем”?) и т.п.

Главное “Я” – это не пожизненная константа, а психическая переменная, и из этого нужно исходить при планировании и проведении терапии (“терапии” – употребим привычный термин за неимением адекватного), так как помогать “сменившему” главную психику(-тело) человеку нужно так, чтобы максимально облегчить адаптацию его нового или обновленного “Я”, ведь, пока оно было “заперто” и информационно депривировано в “бессознательном”, жизнь изменилась и ушла вперед. Ну а к (частично и крайне редко – полностью) “новорожденному” “Я” вообще необходим своеобразный “материнский-неонаталогический” и, позже, “родительский-педиатрический” подход.

(С учетом нестабильности и непостоянства “Я” возникает один важный вопрос: когда говорят о правах и неприкосновенности личности, о какой личности идет речь?).

Есть еще одно состояние, в котором человек – как “психосоматическое единое-целое” – не существует, так как он противоестественно и тотально разделен на “психическое” и “соматическое”. Это сон. Я полагаю, что сон – это всегда и только патологическое состояние, и в сне нуждаются только тогда, когда в организме имеется “секвестрированное-больное-бессознательное”. Здоровое “Я”-мозг-тело, “здоровое психосоматическое”, “здоровое сознательное” не нуждается в сне; оно не нуждается в – пусть и только временном, но все равно противоестественном – разделении-расчленении Себя-“Я”-тела на “психическое” и “соматическое”. Во сне человек как бы “умирает”, тотально секвестрируется-“разъединяется” на секвестр-душу-псхику и секвестр-тело, что никак нельзя признать нормальным, недаром во многих религиях и верованиях считается, что во сне душа на какое-то время покидает оболочку-тело, что равносильно смерти (а “Кто” или “Что” покидает (ли?) Сознание?).

Итак, сон – это состояние, при котором человек временно полностью “лишается” своего “психосоматического сознательного”, которое тотально распадается на психическую и соматическую составляющие. Но так как “сознательное” – это всегда и только слитное-единое “психосоматическое сознательное”, то его части: “психическое сознательное” и “соматическое сознательное” – именно как “сознательное” – раздельно существовать не могут. Изолированного психического и соматического “сознательного” не бывает, так как психику-мозг “сознательной” делает только телесная проприовисцероцептивная импульсация, а тело делают “сознательным” только психоцереброневрологические импульсные влияния. Именно поэтому во время сна человеческое “психосоматическое сознательное” не распадается на “сознательные” “половинки”-составляющие, а полностью исчезает, трансформируясь либо в “психосоматическое бессознательное”, либо, что более вероятно, распадается-делится на “психическое и соматическое бессознательное”. А “бессознательное”, как утверждаю я, – это всегда и только “патологическое бессознательное”, еще и поэтому любой сон всегда является только патологическим состоянием и никогда – физиологическим. Выходит, во сне “сознательного” (духовно-)психосоматического человека как такового просто нет. – А “Кто” или “Что” есть, и чье это царство – сон?

Очевидно, во время сна в “психическом бессознательном” идет, точнее, продолжается и, возможно, даже усиливается (судя по всему, никогда не прекращающаяся) борьба-междуусобица секвестров-психик за право психического первенства, за право – по пробуждении – именоваться главным “Я”, и эту борьбу спящие “мы↔не мы” периодически ощущаем как сны – калейдоскопы Образов. Возможно, движения во время сна, включая вздрагивания, судороги, мышечные крампи и т.п., – это борьба, ведущаяся в “телесном бессознательном” “ожившими” мышечными позами, это борьба между “"телами" в теле”, которые, подобно “Всаднику без головы” Майна Рида, ищут или уже нашли (вернули старую либо создали новую) “свои” “головы”-психики и стали психосоматическими Сущностями, претендующими на место, – точнее, роль – главного “Я”.

Обычно, но не всегда, в этой ночной схватке побеждает прежнее, привычное (нам, посторонним) главное “Я”-тело, – возможно, “чуток” обновленное, либо “Кто-то” из “типового набора” личин, имеющегося у каждого человека. Но нередко во время сна происходят “подключки” (либо не успевают произойти “отключки”) соматизированных или бесплотных Сущностей к главному “Я”, и тогда человек пробуждается, например, в дисфории, либо “туго соображает”, на что-то резко меняет точку зрения и т.д. – и про таких говорят: “не с той ноги встал”. Если речь идет о “подключке” (либо “недоотключке”) к главному “"телу" в теле” какого-нибудь полного либо неполного секвестра-“"тела" в теле” из имеющихся в “психосоматическом и соматическом бессознательном”, то у человека по пробуждении появится измененное восприятие (схемы, массы, размеров и/или др.) своего тела, с которым “что-то будет не так”, оно будет полностью или частично “чужое”, “непослушное”, “неловкое”, “деревянное”, “свинцовое”, “ватное” и так далее.

Хорошо известно, что у многих людей ближе к вечеру привычно-хронически и стереотипно портится настроение, но просыпаются они всегда в хорошем расположении духа. Очевидно, это происходит потому, что во время сна их главное “Я” “избавляется” от “присосавшегося” утром, днем или вечером Образа, что отражено в поговорке: “утро вечера мудренее”. Также известно, что многие из тех, кто просыпается “не в духе”, приходят в хорошее “расположение духа”, когда “доспят”; это может объясняться тем, что им не хватает ночного сна для полного “отсоединения” от главного “Я” какого-то паразита-Образа.

(Во время сна, если он, конечно, достаточно глубок, наступает торможение большого количества нервных клеток, уменьшается скорость кровотока, падает артериальное давление, расслабляются мышцы и т.д., что способствует реинтеграции секвестрированных областей нервной системы и висцерально-соматической сферы в общесоматический ансамбль, (по пробуждении) принадлежащий главному “Я”-телу, – это и обеспечивает “отключку” Сущности. Очевидно, десеквестрация и реинтеграция, способствующие уничтожению Сущностей – но без разрушения тканевых структур! – являются одной из важных саногенетических функций сна).

Деление людей на “жаворонков” и “сов” тоже может быть обусловлено привычным-регулярным утренним либо вечерним “отсоединением” или “присоединением” какого-нибудь одного и того же (симбиота-)Образа от главного “Я”, причем в данном случае речь идет о суточном биоритме.

Если к моменту пробуждения не успевают закончиться “выборы” главного “Я”, то проснувшийся человек либо в той или иной степени дезориентирован, либо это так называемое “пьяное (неполное) пробуждение” или “сонное опьянение” (когда в “Я” постоянно “подтекает” из “бессознательного”). Как правило, такой человек не понимает или плохо понимает смысл обращенной к нему речи и поэтому на вопросы отвечает не членораздельно, а что-то “мычит” либо “бормочет”; в такие моменты его лицо имеет характерное “бессмысленное” выражение и не менее характерные и о многом говорящие признаки гипергидратации: одутловатость, отечность или пастозность в сочетании с покраснением конъюнктивы и склер; его физическая сила снижена, движения некоординированы, встав с постели, он плохо держит равновесие, одеваясь, промахивается мимо рукавов и штанин, а при ходьбе шатается, натыкается на мебель или падает, – строго говоря, это, пусть и транзиторная, но психоневрологическая симптоматика. Характерно, что подобное же состояние наблюдается, если человека разбудить во время глубокого сна, то есть в момент, когда он тоже не имеет (легитимного) главного “Я”, либо оно еще “не очухалось”, “не допроснулось” – не полностью освободилось от присоединенных Образов.

Также во время сна (как, впрочем, и наяву) возможно полное или частичное “присоединение” “Я” к “чужому” “"телу" в теле”, в том числе и не без “помощи” монитора отклонения, который, достигнув определенных анатомических размеров, вполне в состоянии “перевести афферентно-эфферентные рельсы-стрелки” с одного тела-секвестра на другое; такое неправильное “соединение” проявится примерно так же, как случаи пришивания соматического нерва к чужой мускулатуре, когда человек на определенное время полностью или частично утрачивает какой-нибудь навык – “ты что – разучился?” и т.п.

Косвенным подтверждением излагаемой зрения на сон – как на борьбу патогенных Образов-Сущностей (а по первопричине такая борьба – это, вспомним, всегда старый или новый “дневной” либо анамнестический более ранний моральный конфликт. По-видимому, ошибки выбора мы совершаем только во время бодрствования), является широко известный факт, что многие духовно-психосоматические болезни начинаются – и трагически заканчиваются – именно во сне: это инфаркты, инсульты, тромбозы, эмболии, кровотечения, асфиксии, апноэ, приступы бронхиальной астмы и другие. Патофизиологические механизмы или “оружие”, которое Сущности используют в этой ночной “борьбе”, – те же самые (описанные в “чисто медицинских” главах) позное мышечное напряжение, отеки, спазмы гладкой мускулатуры сосудов и внутренних органов, сепарации слизистых, гемодинамические и другие удары и так далее.

Правомерен вывод, что потребность в сне – это всегда косвенный признак засоренности-загаженности морально-духовной и (вторично) психосоматической сферы человека патогенными Символами (Сознание), Образами (Психика) и Сущностями (Психосоматика). – Но ведь спит, если и не все живое, то, по крайней мере, многие многоклеточные организмы. – Я отвечу: значит жизнь, точнее, ее биологические формы-проявления, нуждающиеся в сне (или в каком-то его эквиваленте), априори поражены-заражены патогенными Символами-Образами и поэтому всегда содержат в себе “больное-греховное-ошибочное”.

Конечно, христианское понятие “греха” в полном объеме не приложимо к животным и другим “спящим” живым существам, но какое-то более примитивное подобие “морального кодекса” и, соответственно, “моральной испорченности” обязательно должно иметься и на более низких ступенях биологической эволюции, ведь имеют же высокоразвитые животные зачатки интеллекта и психики, да и по христианским канонам это тоже “божьи создания” (также вполне возможно, что и (в биологическом смысле) “мертвые” места-события, – например, внешнесредовые ландшафты, генерирующие патогенные Символы, в свою очередь, тоже поражены-заражены каким-то “мертвым” Символом, когда-то посланным-насланным Кем-то/Чем-то – духовно “черным”, “злым”, “аморальным”, “ошибочным”, “патологическим”, “греховным”).

“Жизнь – это смерть” – хорошо сказано. Но можно и дальше развить эту глубокую мысль: “любая жизнь – это всегда (плюс?) сон”, “любая жизнь – это всегда (плюс?) грех”, “любая жизнь – это всегда (плюс?) ошибка”, “любая жизнь – это всегда (плюс?) болезнь” – и именно поэтому “любая (земная, биологическая) жизнь – в итоге всегда (плюс?) смерть”. Я везде написал в скобках “плюс?”, потому что нельзя исключить, что по замыслу Творца, по Идее, в Идеале, Жизнь должна быть всегда сознательной, свободной от ошибок, грехов и болезней и длиться бесконечно (долго), и такая Жизнь-“сознательное” не должна иметь (Смерти-)секвестра-“бессознательного” и нуждаться во временном умирании-исчезновении – сне.

Возможно, не сама человеческая (и в целом земная, биологическая) жизнь, как феномен и Чей-то Замысел, – это смерть, грех, болезнь и ошибка, а (почему-то – почему?) смертельно↔греховно↔патологично↔ошибочно наше человеческое восприятие-понимание Живого, Смысла и Предназначения (земного этапа) Жизни, наше отношение к Жизни, ее главному – внутреннему, содержанию и второстепенным – внешним, формам-проявлениям, в том числе – к тварным человеческим психике и телу, “сознательному” и “бессознательному”, “здоровому” и “больному”. Возможно, глубоко ошибочно наше восприятие↔чувствование↔понимание↔знание↔отношение себя самих к себе самим – как Духовным живым существам, по идее, не дтлжным недооценивать – или, совсем наоборот, придавать такого большого значения – тварным-врименным “психическому” и “телесному”.

Именно поэтому разгадка сна – как одной из форм-проявлений духовно-психосоматической патологии – кроется в духовной сфере. Но еще раз отмечу, что вопросы “расстройств” или “болезней” Духа, того, что делать с патогенными духовными Символами: то ли “пусть живут”, то ли “изгонять”, то ли “еще что-то”, не входят в мою компетенцию, и я ставлю задачу только посильно обозначить их реальное постоянное присутствие в каждом из нас и их прямое участие в развитии духовно-психосоматической патологии. Другая моя задача – показать, что чисто психосоматической патологии в принципе не бывает, потому что человек – это не двуединство Души и Тела, а триединство Духа, Души и Тела.

Но вернемся к нашим многочисленным прошлым и будущим “Я” с их “"телами" в теле”. Итак, в каждом из “здоровых-больных” нас здоровым “психосоматическим сознательным” является самая большая (на данный момент) – и именно поэтому главная – секвестр-психосоматика, и только она. Здоровое “психосоматическое сознательное” – это всегда неразрывность-слитность “Я” и тела (точнее, секвестра-“Я”-психики – части “общей сознательно-бессознательной психики”, со своим секвестром-телом – частью “общего сознательно-бессознательного тела”), и эта связь нами, нашей психикой, нашим главным-основным психическим “Я”, полностью осознается. “Здоровое-сознательное” – это все психо-телесное, которое мы полностью осознаем-чувствуем и которым владеем-управляем; все остальное: то, что мы не чувствуем и чем не владеем (даже если и думаем, что полностью чувствуем и полностью владеем), – это “больное-бессознательное”.

Главное “Я” ощущает-управляет своим телом во всех смыслах, общепринятых (и предлагаемых мной) при рассмотрении “сознательного” и “бессознательного”, “управляемого” и “неуправляемого” и т.п., – но только с одной существенной поправкой. “Я” (или, как привычнее, человек, личность, наша психика) только считает-думает, что владеет-управляет (знает, ощущает, воспринимает и т.п.) всем, (глазами) видимым ему, биологическим телом. На самом деле, как это ни парадоксально, никто из людей никогда своими глазами (но по причине разобщения и секвестрации в зрительной системе – тоже всегда не полностью “своими”) не видит, – а также не слышит, не обоняет, не чувствует, не осязает, не знает на ощупь, и т.д. – свое биологическое тело полностью, таким, какое оно в действительности есть.

Попроси любого человека (точнее, его главное “Я”) – никто не сможет себя, свое тело, вспомнить-описать либо изобразить-нарисовать подробно и в деталях, а опишет-вспомнит или изобразит-нарисует только ту его (своего-чужого биологического тела) часть, с которой он действительно психически (при помощи иннервации и по-другому) осознанно соединен-связан, которую (эту Себя-свою секвестр-часть тела – и только ее!) он действительно, в прямом смысле этого слова, видит (смотрит – не значит, что все увидит, увидит – не значит, что все воспримет, воспримет – не значит, что все запомнит, запомнит – не значит, что все вспомнит, а если и вспомнит – не значит, что вспомнит все то, на что “смотрел”, что “увидел”, “воспринял” и “запомнил”) и по всякому-другому опознает-ощущает и которой (“Я”-своей частью тела) действительно владеет-управляет. Для “буквально мыслящих” добавлю: разумеется, когда поднимаешь “свою” часть руки (или чего-то другого), то невольно поднимаешь и “чужую”. Но если принадлежащая главному “Я” часть руки “маленькая”, то человек ее просто не поднимет (вследствие пареза из-за наличия секвестрации и разобщения) и скажет-подумает: “не могу”, “не умею”, “нет сил”, “не получается”, “обойдусь”, “зачем мне это” – недаром говорят: руки “опустились”, “повисли как плети”, стали “непослушными”, “чужими”, “свинцовыми” и т.д.

Для иллюстрации выше заявленного тезиса о том, что (глазами) видимые проявления болезней, косметические и эстетические дефекты, уродства и т.п. относятся к области “бессознательного”, хорошо подходят случаи, когда люди “принародно” ходят беззубыми, внутренне, – в первую очередь, сами перед собой – ничуть не стесняясь и внутренне же не переживая по этому поводу. Формально они видят – но в тоже время “не видят”, “не замечают”, не осознают – “не зрят”! – своего-“не своего”, – точнее, пусть и своего, но “чужого”! – недостатка-уродства, и, что весьма характерно, при этом им самим нередко по-настоящему неприятны другие беззубые, включая их собственное “беззубое” отражение в зеркале или подобное изображение на фотографиях. Но такие своими “забревненными” глазами в чужих глазах все “соринки” заметят, именно поэтому многие толстые-некрасивые искренне осуждают, надсмехаются или жалеют других толстых-некрасивых, прыщавые, тощие, целлюлитные и варикозные – других прыщавых, тощих, целлюлитных и варикозных, а грязные-немытые-пахнущие – других грязных-немытых-пахнущих. Именно такие грязнули в больницах громко требуют ежедневной смены постельного белья, а сами при этом даже рук никогда не моют, не говоря уже обо всем остальном. И стыдить их – без толку, так как они действительно не видят в таком своем поведении никакого противоречия.

То же самое можно сказать не только про многих (не всех!) больных и людей, имеющих физические или косметические дефекты-недостатки, но и про многих (тоже не всех!) глупых, ленивых, тщеславных, нищенствующих, трусливых, вороватых, нечестных, пьющих, несчастных, жадных, завистливых, ревнивых, “гулящих”, лгущих и других “секвестрированных-бессознательных” представителях этого “мелкопорочного” племени (“крупнопорочные” – из “другой оперы”), искренне осуждающих эти “соринки”-пороки в других, – а, по сути, “незряче” видящих и осуждающих самих себя в “зеркалах”-других.

Объяснение, что такое “осуждение себе подобных” (речь идет только о случаях незамечания какого-то недостатка у себя и его искреннего осуждения у других) является “компенсаторным”, неверно, ибо “рассуждают” (точнее, “не рассуждают”) такие люди совершенно по-другому: “Я, конечно, толстый (грязный, пью, ворую и т.п.) – но “не толстый”, а вот он – толстый, и я это хорошо вижу”. И речь в таких случаях идет не о “двойном стандарте”, характерном для людей с изъяном в моральной сфере, а об искренней и сознательной уверенности в своей правоте, которая имеет следующее объяснение. Свое собственное ожирение (“бревно в своем глазу”) они “не видят”, потому что оно, это ожирение, относится к их бессознательной сфере; но на другого человека всегда смотрит их сознательное “Я” (вспомним, бессознательного “Я” не бывает), и поэтому они прекрасно видят и осознают избыточную полноту другого (“соринку в чужом глазу”), даже если сами в два-три раза толще, и не просто видят, а еще нередко искренне советуют этому бедному человеку “похудеть” (сюда же относится: “я не пью, а вот он пьет”). Но вот если им самим другой полный человек искренне говорит подобное, то такие люди, – разумеется, тоже искренне – негодуют и гневно отвечают ему: “на себя посмотри!”. Их обида и возмущение объясняются тем, что слышит эти слова их главное и всегда сознательное “Я”, в то время как имеющийся избыток массы, повторимся, относится к области “бессознательного”, то есть ими внутренне не чувствуется, не воспринимается, не осознается, и поэтому не только не признается, как реально существующий, но и с возмущением отвергается – “я же знаю-чувствую, что я не толстый, а нормальный!”. Переубедить их в обратном, пусть и с терапевтической целью, – практически невозможно, сначала для этого необходимо, чтобы они слепо поверили в свою полноту, ибо слепая, “незрячая”, кем-то извне заданная вера у таких – из легиона “секвестрированных-бессознательных”, всегда предшествует осознанию-знанию и подлинной вере (к сожалению, “слепая вера” и “слепое знание” часто являются не только антагонистами, но и непреодолимыми препятствиями на пути обретения подлинного знания и подлинной веры).

Извне заданная-заложенная слепая вера относится не к области “умного”, “духовного”, – точнее, к области “умно-сердечного” или прозрачного-светлого “…↔духовно↔психо↔соматического”, а к области “психического”, – точнее, “безумного-бессердечного” или “…→психо→соматического патологического бессознательного” (“не сотвори (в) себе кумира”), и она тонет в “соматическом бессознательном” человека подобно камню (или даже духовной гранате), – кем-то безответственным – брошенному в мутную воду.

Но в рассматриваемом случае вера, пусть и слепая, все же лучше полного безверия (конечно, только при условии, что слепо-сослепу верящий-поверивший находится под присмотром опытного в таких вопросах (психо)терапевта), ибо только когда такой (полный и т.д.) человек поверит в свой дефект, только тогда он будет пытаться от него избавиться, правда, не сознательно – по внутреннему побуждению, а “слепо веруя”, “патологически бессознательно” – по внешнему бездуховно-психологическому зомбированию-принуждению.

Но любая слепая вера, в отличие от знаний и подлинной веры, – вещь очень хрупкая и нестабильная и нуждается в регулярном внешнем укреплении, точнее, если вспомнить опыты Павлова по выработке условных рефлексов, – в “подкреплении”. В частности, поэтому основанные на такой, извне привнесенной, слепой вере “запугивания”-“накачки”-“кодировки” от табакокурения, алкоголизма, полноты, неудачного бизнеса и т.п. необходимо регулярно повторять.

Важной “дифференциально-диагностической” особенностью слепой веры является то, что люди, с чьей-то “помощью” поверившие в наличие у них какого-нибудь недостатка или дефекта, становятся в целом неуверенными…

(неуверенность во многом или почти во всем – характерная особенность “слепца по жизни”, слепо верующего во что-то одно, ибо такая вера нередко убивает стремление к знаниям, причем, чем сильнее эта внушенная вера, тем сильнее общая неуверенность (обычно тщательно скрываемая под маской всеправоты, всезнайства и всеуверенности) и тем значительнее утрачивается способность к самостоятельному мышлению и самостоятельному приобретению знаний, включая путь к осознанной, основанной на знаниях, вере – знанию↔вере. “Пришлая”, тупо “вдолбленная”-“вкодированная”, а не рожденная в собственных слепых метаниях-муках и закаленная в осознанных личных преодолениях-страданиях внутренняя вера – это типичный внешнесредовой (всегда, вспомним, “Кем-то” – хотя бы спецом-кодировщиком – посланный-насланный) патогенный Символ, “приживленный”-прижившийся в духовной сфере (заполнивший духовный вакуум) реципиента-человека и затем в виде болезни-Сущности воплотившийся в его психосоматику. Все, что не понято и не принято добровольно, умно, сердечно, сознательно, является патологическим и бессознательным. По сути, в таких случаях (“пришлая” вера, “кодировка”-вера и т.п.) “клин-безверие – или одно секвестрированное-патологическое-греховное-бессознательное, клином-верой – или другим секвестрированным-патологическим-греховным-бессознательным, вышибают”. Но в целом, по крайней мере, в медицинской практике, этап слепой веры необходимо рассматривать как вакцинацию: переболеет – но легко, и выздоровеет. Главное – чтобы “духовная вакцина” была морально и по-другому качественная и чтобы “вакцинацию” проводил мастер)

…и начинают адекватно воспринимать, познавать, уважать и любить окружающий мир и себя, – и не только тт в себе, что ими не осознается, не ощущается, не видится, не улавливается, так как располагается в их “бессознательном”, но и многое из того, что располагается в их сознательной сфере (но, вследствие неосознания, неощущения, не видения, начинает медленно погружаться в “бессознательное”), – только или преимущественно через ощущения, мнения, суждения и отношение к себе других людей – людей-поводырей.

(Заметим, что такая “любовь к себе исключительно через любовь другого” свойственна подавляющему большинству женщин – и это заставляет о многом задуматься. Характерно, что, даже смотрясь в зеркало, (почти любая) женщина “видит” и “любит” или “не любит” не себя-внутреннюю, а “ее”-внешнюю, отражающуюся в этом зеркале (или в зеркалах-глазах влюбленного мужчины). В том числе и поэтому у женщин, как у слепых, гипертрофически развита способность-потребность в тактильном восприятии своего и чужого тела – своего-чужого тела, ибо нередко женщины “путают” свое тело с чужим.).

Еще раз подчеркну, что речь идет только о случаях искреннего осуждения собственного порока-недостатка в других людях и его полного незамечания, игнорирования у самого себя. У таких людей, вследствие наличия соматического секвестра – отчужденной части тела, имеется своеобразное “слепое пятно” во внутреннем проприовисцероцептивном (и другом) “видении”-восприятии собственного тела, и их наружное “глазное зрение” не в состоянии компенсировать этот “пробел”.

Дело в том, что, как анализатор, как орган восприятия, глаза предназначены только для внешнего, “наружного” мира, только для того, чтобы видеть-воспринимать все то, что всегда располагается исключительно вне человека, его “Я” и тела, и поэтому никогда не является его составной частью, а всегда является чем-то посторонним, внешним, внепсихическим, внетелесным – “чужим”, ибо нельзя быть снаружи себя самого. И собственное тело, которое в плане визуального, наружного, “со стороны” обозрения (лучше даже сказать – “глазения или глядения на себя”, так как подлинное зрение может быть только внутренним, и направлено оно не “изнутри-наружу”, а всегда только “изнутри себя вовнутрь себя”), человеком психологически, подсознательно воспринимается всегда отчужденно, как нечто постороннее, к нему не относящееся – как “чужое”, ибо только зримое, – то есть внутренне-проприовисцероцептивно воспринятое, почувствованное-прочувствованное тело психологически воспринимается-идентифицируется как свое собственное тело – как “Я”, как “Я”-тело.

(Тело, обозримое снаружи, а не чувствуемое, не зримое изнутри, всегда воспринимается только духовно слепо, патологически, отчужденно, как посторонний и неживой предмет или “Не-Я”-Тело. Оно видится-воспринимается как часть окружающего видимого (пахнущего, звучащего и т.д.) – и тоже чужого, духовно не зримого и не живого – мира или “Не-Я”-Мира.

Для того чтобы понять, познать, почувствовать, полюбить и преобразовать свое тело – Себя-свое Тело – таким, каким оно видимо (слышимо и т.п.) снаружи, необходимо понять, познать, почувствовать, полюбить и преобразовать окружающий мир – Себя-свой окружающий Мир. И тогда: тело → “Я”-Тело = окружающий мир → “Я”-Мир, а затем: “Я”-Тело + “Я”-Мир = духовно-психо-соматическое триединство “Я”-Мир-Тело, когда Мир – это второе (или первое – при таком слиянии-единении это неважно) Тело Духа-Человека. Поэтому Человек – как духовная субстанция – всегда был, всегда есть и всегда будет везде. И это – Моральный Принцип, на котором основана Свобода Человека, не скованного никакими материальными и временнЫми рамками.).

Именно по этой причине полный человек зрительно воспринимает “свое” ожирение (и все другое “больное-секвестрированное” в себе, снаружи, глазами видимое, ушами слышимое и т.д., но при этом внутренне, проприовисцероцептивно не воспринимаемое) как “не свое” – а “чье-то”, “чужое”, и, формально соглашаясь, что он толстый, абсолютно не чувствует и не считает себя таковым, так как зрительно воспринятая “чужая-наружная” полнота, повторимся, не подтверждается, а, наоборот, опровергается отсутствием “"Я"-своего”-внутреннего ощущения полноты. А раз нет внутреннего ощущения собственной полноты, то значит ее (полноты) нет совсем, и человек искренне обижается на все замечания посторонних по этому поводу, даже если волевым актом, сознательно пытается подавить и никому не показывать эту свою обиду (но в итоге такого “подавления” формируется (как минимум, еще один) хронический внутренний моральный конфликт со всеми вытекающими патологическими внутренними – (духовно)-психосоматическими, и внешними – социальными, последствиями. Как патологический симптом-синдром, полнота всегда имеет свое жизненно-событийное проявление-отражение – “ожирение” “виртуального тела”, о чем подробнее в XXVI-й главе).

Характерно, что в таком амбивалентном – раздвоенном-расщепленном или парциально шизофреническом – отношении к своей-“чужой” полноте, – а, по сути, к самому себе! – большинство из них не видит ничего особенного. Даже если такому человеку и “вдолбили” в сознание-голову, что он “толстый”, то на людях он стесняется не своей полноты (ее же “нет”!), а просто не желает больше подвергаться “несправедливым” и обидным замечаниям-оскорблениям по этому поводу (а тут еще психологи со своим иезуитским “люби себя таким, какой ты есть” и другими подобными “советами”, “примиряющими” человека со своими проблемами-секвестрами-дефектами (но не с обидчиками), – и это, несмотря на предостережения кардиологов и других специалистов о вреде избыточной массы тела для здоровья, продолжительности и качества жизни!). Именно поэтому многие полные “комплексуют” и страдают в этом отношении только на людях, в обществе, но прекрасно себя чувствуют и ничуть не переживают (по нашему мнению – “объедаясь”, а, по их мнению – “нормально питаясь”) в одиночестве либо среди себе подобных (пусть и толстых – но тоже “не толстых”) или тех, кто не тычет, не говорит им о “несуществующем” недостатке.

Именно такую полноту (как и все другие, внешне-снаружи “присутствующие”, но внутренне “отсутствующие” патологии и соответствующие им жизненные проблемы) я и отношу к “секвестрированному-бессознательному”. Характерно, что при этом варианте ожирения совершенно неэффективны (если судить по катамнезу, а не по рекламе) практически все способы и методы борьбы с избыточной массой тела (вспомним, взаимосвязанной с соответствующей жизненной проблемой). Более того, при “насильственном похудании”, – когда “зачем-то” надо похудеть, – эти люди чувствуют себя морально и, несколько позже, психосоматически, очень плохо, так как исходно не ощущают и не считают себя полными. Они, несмотря на внешнее желание, внутренне отвергают необходимость в коррекции массы тела, и поэтому любые действия, направленные на это, подсознательно всегда интерпретируются ими как “несправедливость” и “насилие” по отношению к себе. После такой “внешнепринудительной” нормализации веса они начинают внутренне (проприовисцероцептивно) воспринимать себя “худыми” и мучаются уже по этому поводу – вплоть до развития тяжелой депрессии, которая резистентна к фармако- и психотерапии, но быстро проходит безо всякого лечения при “наедании” (“пищевой срыв”) веса и возвращении к прежней, по их “внутренним меркам”, “нормальной” массе тела. Если их спросить, то они формально согласятся, что поправились, – но согласятся только для того, чтобы от них отвязались.

Если человек сознательно не считает, что его (проприовисцероцептивно воспринимаемое, – то есть им осознаваемое) ожирение или беззубость являются косметическими либо иными дефектами, то ему совершенно безразличны ожирение и беззубость и у других людей. И этот вопрос уже лежит не в плоскости медицины и психологии, а в плоскости культуры и мировоззрения. В этой же плоскости располагаются случаи сознательного притворства, а также случаи, когда человек страдает от своего – им воспринятого и осознанного – недостатка, но не знает, как от него избавиться (таких действительно жаль).

Но чаще ожирение, беззубость и другие подобные нарушения является “обломовской” смесью “сознательного” и “бессознательного”. И в таких случаях человек и мучается от своего недостатка-дефекта, искренне желая от него избавиться, и в то же время этот дефект ему совершенно безразличен. В итоге он либо ничего реально не предпринимает для его коррекции или устранения, либо обходится полумерами, которые, разумеется, тоже не приносят желаемого – но “не желаемого” – эффекта. И только когда его полнота или беззубость из сферы “больного бессознательного” переходит в сферу “здорового психосоматического сознательного”, то есть происходит спонтанная, либо в результате личных усилий или ятрогенная десеквестрация и реинтеграция этого региона – внутри(психо-)соматического “слепого пятна”, в психосоматический ансамбль, управляемый главным “Я”, то только тогда эта полнота – именно как дефект, как порок, как недостаток, как реальная и актуальная проблема! – действительно доходит до человека, им внутренне (проприовисцероцептивно) воспринимается – узревается – и по-настоящему осознается.

По-настоящему почувствовать, прочувствовать и осознать что-либо, располагающееся в душе или теле, можно только изнутри, так как “Я” – это, повторимся, чисто проприовисцероцептивное, а не смешанное энтероцептивно-экстероцептивное и тем более – не экстероцептивное импульсное производное-образование. Когда человек узревает свою “немытость”, “беззубость”, “толстость” и так далее, то он, не медля, становится чистоплотным, идет к стоматологу, диетологу, активно ищет нужного помощника-специалиста либо сам предпринимает какие-то необходимые действия (к слову, “сознательное” и “бессознательное” ожирение имеют и другие отличия; в частности, такие люди разнятся между собой по “владению” и “доступу” к своему интеллекту, по психоэмоциональному профилю, у них различная кожная чувствительность, степень владения локомоторным аппаратом – ловкость и проворство, и так далее).

Характерной иллюстрацией того факта, что ожирение, беззубость и др. часто относятся к области “бессознательного” также служат следующие примеры. Многие такие люди очень любят фотографироваться (а сейчас – и сниматься на видео), чтобы потом с удовольствием смотреть самим и показывать другим те свои фотографии, на которых они “хорошо” выглядят. И, что характерно, при этом их совершенно не смущает, порой, разительный контраст между их “живым” внешним видом и изображением “красавицы (красавца)” на фотографии. Также характерно, что они совершенно не стремятся к тому, чтобы постоянно так же хорошо выглядеть в реальной жизни, так как их фактическая, а не удачно сфотографированная внешность (масса тела или др.) – по внутреннему (проприовисцероцептивному) ощущению – их вполне устраивает. Другой вариант объяснения: свое тело – и “его” “внешность” – они воспринимают как посторонний предмет, как “Не-Я”-Тело, и как “оно”, это “Не-Я”-Тело, выглядит – “это “его”-тела, а не “меня”-мои проблемы”.

Еще такие люди очень любят “наряжаться” и “прихорашиваться” на торжества и праздники, хотя в будние дни, как правило, выглядят гораздо хуже. И этот, порой, разительный контраст их тоже ничуть не смущает, – но часто очень смущает тех, кто видел их раньше или смотрит на них на следующий послепраздничный день.

Если сознательному-здоровому (в моем понимании этих слов) человеку по какому-то “телесному поводу” искренне стыдно, то стыдно ему всегда: и в будние и в праздничные дни, и утром и днем, и вечером и ночью (нередко даже во снах), и в одиночестве и на людях. Такой стыд всегда конструктивен, и в итоге человек избавляется от своего недостатка – “телесного порока”, либо как-то компенсирует его (но, к сожалению, может и “спрятать-отправить” его в “бессознательное” – по типу заметания мусора под диван; раз мусора не видно, значит чисто).

Бывает и другая ситуация, когда человеку по отношению к одному и тому же своему телесному недостатку, то искренне стыдно, то столь же искренне – нет. Случаи такого амбивалентного отношения объясняются полной или частичной подменой “Я” Сущностью, которая полярно противоположно относится к этой проблеме. Это обусловлено тем, что если одна из этих личностей психосоматически “присоединена” к этой “некрасивой” области, то у другой маски-личности данная область тела расположена в зоне “секвестрированного-бессознательного”.

Часто, например, бывает, что одному “Я”(-“рту”-телу) человека противно целоваться с теми, у которых изо рта пахнет (порой, “разит за версту”), в то же время, его другое “Я”(-“рот”-тело), – точнее и правильнее, “Я”(-“рот”-тело) “Другого” в нем – на это не обращает совершенно никакого внимания.

(Работая медбратом в студенческие годы, я навсегда запомнил одну, поразившую меня и чисто случайно подсмотренную, сцену. Ночью на лестничной клетке (куда я вышел перекурить) пациент, которому в свое время была проведена резекция нижней губы (вдобавок, на нижней челюсти почти отсутствовали зубы, а имеющиеся были изъеденными-гнилыми и коричнево-черными – и поэтому “видок” у него был как у персонажа из фильма ужасов), “взасос” целовался с жадно льнущей к нему пациенткой, которой когда-то была проведена тотальная мастектомия. При этом темпераментный кавалер одинаково часто и интенсивно “шарил” руками и по ее целой груди, и по …пустому месту – и оба были довольны! А глаза у них (они были трезвые) были какие-то “блестяще-полированные”, “стеклянно-пустые” и стереотипно-кукольно туда-сюда двигались. С тех пор я навсегда запомнил такие глаза, как и характерные движения “их↔не их” рук, ног и тел – какие-то не натуральные, а как бы “машинные”, “механические”, как в немного замедленном кино; по стереотипности-бедности и утилитарности моторики движения их рук-“передних лапок”, даже лучше назвать не машинно-механическими, а “насекомоподобными”. Кроме того, в аффектации, вокализации, вегетатике, поведении и т.д. этой пары были и многие другие, бросающиеся в глаза, особенности, позже многократно виденные мной в подобных ситуациях, – полной или частичной подмены “Я” Сущностью. А утром была возможность убедиться, что они – они-“другие”-сегодняшние, боятся-стесняются, как и себя-“не себя”-вчерашних, так и друг друга, переживают по поводу вчерашнего, отводят глаза в сторону, делают вид, что незнакомы и т.д. Как тут не вспомнить классическое изречение древних: “Omne animal triste post coitum” – “Всякое животное печально после соития”.).

Очевидно, многие случаи такого “двойного отношения” к имеющемуся косметическому дефекту или уродующей болезни косвенно свидетельствуют о явном или скрытом наличии в сознании, психике и теле этих людей патогенных духовно-психосоматических Сущностей.

Нервная анорексия – еще один пример подобной зрительной “слепоты”, когда крайне истощенная чаще молодая девушка отчетливо “видит” в зеркале, что она (в целом или местами) полная, и в такие моменты в ней тоже действует патогенная Сущность. Кстати, многие люди по-разному видят “себя” в зеркале и сами себе то нравятся, то нет.

Следующий пример хорошо иллюстрирует возможность частичного ятрогенного “ослепления” главного “Я”, которое в результате этого перестает “видеть” свое тело: полностью или только некоторые его области (эти случаи обозначают такими, патофизиологически и патоморфологически ни к чему “не привязанными” и поэтому ничего не проясняющими терминами, как “гипноз”, “транс” или “внушение”). После телесеанса Кашпировского – был такой чудо-лекарь – по “моментальному удалению” кожных рубцов и шрамов пришла одна немолодая женщина домой и, задрав подол, показывает свой голый живот и гордится-говорит другой: “Глянь-ка, а у меня шрам исчез!”. – Та ей: “Так вот же он!”. – А в ответ слышит от нее уверенное: “Да ты что, нет же его! Разве не видишь, живот-то у меня чистый!”.

Можно еще вспомнить “заряженные крэмб” другого кудесника – Чумака, когда пользующиеся этими “крэмами” женщины “видели” посвежевшую и помолодевшую кожу, а другие люди, – кроме характерной “клинической” эйфории этих женщин, – не замечали никаких изменений. Из этой же “серии” и обычная, “не заряженная” косметика с ее псевдоэффектом, и якобы подтягивающие кожу лица, молочных желез, живота или бедер лифтинговые кремы, гели или пищевые добавки. Это и широко рекламируемые чудо-средства от ожирения, целлюлита и варикозного расширения вен, и различные чудо-лекарства, порой, продающиеся из-под полы по бешеным ценам (реклама лекарств – это, конечно, полное безобразие) и так далее, и так далее, и так далее.

Реклама – это типичный “мусорный” (и нередко патогенный) Символ, который, попав в Сознание человека и трансформировавшись в нем в “мусор”-Образ, начинает психосоматизироваться, возвратно проприовисцероцептивно “прорываться” на уровень главного “Я” и оттуда – тайно заставлять “загаженного-заряженного” субъекта якобы самому захотеть купить рекламируемый мусор-товар, содержащий условно-рефлекторный микротриггер (некоторые другие аспекты этой проблемы будут рассмотрены в XXVII-й главе, посвященной экологии Символов и общественному здоровью).

Характерно, что рассчитаны такие (и многие другие), вызывающие обсеменение Сознания Символами и последующие обманы чувств, рекламы преимущественно на женщин (и на “женское начало” в мужчинах), которые, как уже указывалось выше, любят себя через ощущения и мнения о себе других людей.

Правды ради добавим, что и мужчины ничуть не лучше: иной “в упор” не видит (видит – но “не видит”, так как его – его ли? – глаза и мысли “ослеплены” Сущностью), что его жена из блондинки превратилась в брюнетку, что на его грязной (бывшей белой) рубашке еще и не хватает пуговиц, а его, как говорил Аркадий Райкин, “блестящие в некоторых местах” брюки давно пора сменить или погладить, носки – постирать (а лучше выбросить), туфли – почистить или хотя бы удалить (самые большие) комья грязи. Нередко он один не видит и своих “рогов”... (конечно, предательство любимого человека – это всегда трагедия, но обычно за ней стоит не только душевная, но и настоящая глазная, ушная, обонятельная и другая “слепота”, у которой, как и любого человеческого “секвестрированного бессознательного”, всегда есть внешние и внутренние причины, обусловившие ее появление). Существует и много других подобных ситуаций, имеющих отчетливую гендерную специфику, ведь пол – это тоже Символ→Образ→Сущность, о чем еще будет вестись речь.

Но вновь вернемся к теме взаимоотношений “Я” и тела. Итак, “Я”-психика любого человека и в любой момент времени управляет (видит, ощущает и т.д.) только “своим” “"телом" в теле”

(включая управление тоже только “своими” частями желез и внутренних органов. Все знают, что любая болезнь начинается-подкрадывается незаметно, и главное – это профилактика. Но что-то не слышно об особых успехах профилактической медицины (и тем более парамедицины – “недомедицины”), полагаю, в том числе и потому, что неясно: какими конкретными действиями можно укрепить “то” (“секвестрированное бессознательное”) в себе, чего “нет”, что не видишь, не ощущаешь, чем не владеешь, что давно вычеркнул из памяти, “запрятал-забыл” глубоко в теле, – повторимся, по типу “заметания-прятания грязи и мусора под диван”),

…хотя и являющимся на данный момент самым большим секвестром-телом биологического тела, но далеко не единственным, ведь главное “Я”-тело – это только “психосоматическое сознательное” в “общем психосоматическом сознательно-бессознательном” (вспомним, плюс еще “бессознательные” бесплотные до- и психики, до-психо-до-соматики и неодушевленные до- и тела).

Если “бессознательное” – это “запертое сознательное”, “потенциальное сознательное”, которое именно вследствие своей “запертости”-секвестрированности и является (становится) “бессознательным”, “больным”, “патологическим”, то лечение духовно-психосоматических болезней – это в том числе и освобождение “запертого психосоматического, психического и соматического сознательного” из “платоновской пещеры”-“бессознательного” и его ятрогенное “осознавание” – “присоединение” к главному “Я”, к “незапертому сознательному”, “свободному сознательному” (к сожалению, всегда только секвестру-“сознательному” – иногда очень небольшой части биологического психосоматического человека).

В таком контексте стоящие перед врачом задачи, решение которых необходимо для исцеления и возрождения человека, страдающего духовно-психосоматической патологией, можно сформулировать в виде следующей принципиальной последовательности действий (для успешного осуществления этим действиям обязательно должно сопутствовать искреннее и осознанное желание больного человека выздороветь и его и/или врача воля к выздоровлению): а информирование врачом пациента – до, во время и после необходимых (психо)терапевтических мероприятий; б самоосознание пациентом своей ошибки-проблемы-болезни – в том числе и при помощи информации, полученной им от лечащего врача; в морально-духовное и психосоматическое самоочищение-самоисцеление пациента – при этом врач (психиатр, психотерапевт, психоаналитик, психолог либо (что нередко не менее, если не более эффективно) умный и опытный в таких вопросах библейский “ближний” или посторонний мудрый и авторитетный человек), как повитуха, своими волей, силой духа, любовью, знаниями, опытом и умениями способствует этому “второму рождению” человека.

Как указывалось выше, при полном либо максимально возможном выздоровлении от духовно-психосоматической болезни человека, точнее, его ядра-части – “человека здорового”, всегда должно становиться “больше”, поэтому в моем понимании выздоровление – это не только исчезновение патологических симптомов и синдромов и уменьшение количества и размеров соматических секвестров (местных скоплений тканевых патоморфологических и биохимических балластов). Подлинное выздоровление человека – это еще и обязательный масс-функциональный прирост здоровых-действующих стромы и паренхимы и, что не менее важно, обязательный духовный, моральный, личностный и социальный “прирост”.

Человек, выздоровевший только по медицинским критериям, с высоких позиций остается больным. Но он остается больным и в медицинском смысле, если начать учитывать все малые изменения и нарушения, которые, строго говоря, являются патологическими и поэтому требуют лечения (коррекции, устранения).

К сожалению, в реальной медицинской практике такие “мелочи” обычно игнорируются, и пациентам говорится: “это у всех в вашем возрасте (после родов, операции, травмы и т.д.)”, “а что вы еще хотите в свои годы, если такие нарушения уже у детей встречаются”, “и не с таким живут”, “от этого никто еще не помер” и т.п.

Можно вспомнить и коронную всенародно-медицинскую шутку: “если вам больше сорока, вы проснулись утром и у вас ничего не болит, значит вы умерли”.

Самое печальное, что такое положение дел вполне устраивает не только врачей и больных, но и власти, гражданские институты, включая систему здравоохранения, и общество в целом. Такое отношение является верным признаком того, что в нашей стране здоровые граждане фактически никому не нужны, включая самих себя. Здоровое население массово востребуется только тогда, когда в стране начинается существенный рост промышленного производства.

Есть и еще один важный аспект проблемы взаимоотношений “здорового” и “больного”, логически вытекающий из непримиримого антагонизма между (всегда здоровым и всегда главным) “сознательным” и (всегда больным и никогда – главным) “бессознательным”, между “Я” и Сущностями. Как показано выше, между главным “Я” и Образами-Сущностями ведется постоянная борьба-война (в основе которой лежит моральный конфликт) за право психического, точнее, духовно-психосоматического первенства. А “на войне как на войне”, “победителей не судят”, это они, точнее, оно – “новое” главное психическое “Я” (и его “"тело" в теле”), “судит” “проигравших” и так как не может их сразу “уничтожить”, то “изгоняет” их, включая “старое” главное “Я”-тело, в “психосоматическое, психическое и соматическое бессознательное”, которое, вспомним, всегда является патологическим. Следовательно, все конфликтное “психическое” (и, возможно, “духовное” – не знаю… и поэтому воздержусь от суждения), “принадлежавшее” старому главному “Я”, включая прежний психо-социальный статус (но не весь! – а только некоторые, принципиально разнящиеся, взгляды, вкусы, привычки, особенности, влечения, пристрастия, мнения, суждения, отношения к событиям, людям, определенным чертам характера и привычкам библейских “ближних”, и т.д.) и старое главное “"тело" в теле” (тоже не все, а только его “принципиальные”, “морально конфликтные” области, о чем подробнее будет сказано в следующей главе), как бы сразу становится – “объявляется” новым главным “Я” – “патологическим”. А раз где-то в организме есть какая-то патология (побежденная, но все еще морально враждебная и духовно чужеродная семантика и психонейросоматика), то против нее сразу начинается вестись борьба на уничтожение. Поэтому в области этой “новой патологии”, – а, по сути, в абсолютно здоровом с медицинской точки зрения, только в прежнем здоровом “"теле" в теле”, – автоматически начинают протекать различные патологические процессы. В частности, это косвенно подтверждается таким широко известным фактом, что в реальной медицинской практике подлинную причину (о моральном конфликте и тем более смене “Я”, как этиологии, обычно не думают) развития многих заболеваний, их обострений, осложнений и исходов, включая смертельные, у конкретных больных не удается обнаружить, в том числе при биопсии и даже на секции.

Индуктором этих “новых” (морально окрашенных) патологических реакций у “новых больных” является новое главное “Я”, и осуществляются они, эти реакции, в том числе и при помощи психонейроиммуномодуляции, которая приводит к выработке антител к – здоровой! – ткани.

Сразу возникает вопрос: а как это практически осуществляется – как такое в принципе возможно, чтобы абсолютно здоровая ткань вдруг “заболела” безо всякой на то и “привычной” нам, врачам, причины? Ведь и впрямь, не “натравливает” же главное “Я” иммунокомпетентные клетки, как собак, на абсолютно здоровую, антигенно не измененную и не воспаленную строму и паренхиму? – А и не нужно никого ни на кого “натравливать”, достаточно напряжения мышц позного паттерна старого главного-здорового “"тела" в теле” (которое, как указывалось выше, может возникнуть, в том числе и по причине развития парциальной декортикации-децеребрации – следствия утраты бывшим главным “Я” части своей, “залитой” отеком, аффективно-когнитивной структуры), в том числе и путем создания так называемой контрпозы или антипозы (о контрпозе и борьбе позы и антипозы подробнее в следующей главе) – и сразу же запустится “новая” психосоматическая патология. Дальнейший патогенез описан в “медицинских” главах работы, но коротко его вспомним: конфликт-аффектпоза – паттерн мышечного напряжениянарушение кровоснабженияальтерация сосудистой стенкинарушение гистогематических барьеров, экссудация и отеки – и запускаемый ими патогенез, включая изменение местных антигенных свойств тканей в области отека → контакт иммуноцитов крови с забарьерными тканями, которые, вспомним, даже будучи совершенно здоровыми, всегда являются для этих клеток антигенно (и не только!) чужеродными (поэтому они и отделены от них барьером) → местные аутоиммунные и аутоаллергические процессыи так далее.

То есть уничтожение морально “конфликтных” участков систем, органов и тканей прежнего главного “"тела" в теле” осуществляется (в том числе и) с помощью иммуно-макрофагальной системы. Таким принципиальным путем уничтожаются “"тела" в теле” всех (духовно-)психосоматических Сущностей, до которых, вследствие их частичной или полной десеквестрации – выхода из невидимого-“бессознательного”, “добирается” главное “Я” при помощи своей иммуно-макрофагальной системы.

В итоге Сущности гибнут, превращаясь в продукты воспалительных реакций (гной, мокрота, детрит и т.п.), которые элиминируются из организма; не удаляемые останки их “"тел" в теле” инкапсулируются либо местно откладываются в виде кристаллов, конгломератов, уплотнений, амилоидов и т.д. и опутываются соединительнотканными “путами”-волокнами. Впоследствии, как только наступает полное закрытие альтерационных отверстий, исчезает и местная телесная память о данной Сущности(-болезни); если же по каким-то причинам не произойдет репарации сосудистой стенки, то через эти “окна памяти” может произойти новое экссудативное телесное воплощение (психики-)Образа – и возрождение Сущности.

А что же происходит на уровне самой центральной и периферической нервной системы, преимущественно на уровне головного мозга, в частности, с нейронами, которые избирательно “обслуживали” “старое” главное “Я” по принципиально разнящимся между “старой” и “новой” психиками (аффективно-когнитивными структурами) моментам? Сразу отметим, что хотя “новая метла по-новому метет”, но в основном нейроны и их сети являются общими для любых “Я” и не имеют отношения к моральным конфликтам, и поэтому с ними (их функциями) не конфликтует и их “не трогает” новая главная психика.

У нового “Я” много новых привычек, взглядов и т.д., и “нового человека” (а с виду, вспомним, – прежнего, “старого”!) начинает раздражать (в том числе и мышечно “напрягать”) то, что раньше – еще совсем недавно, буквально вчера или даже час-минуту назад – на работе и дома вполне устраивало. Любой из нас (хм, “Нас”) может привести массу примеров такого противоречивого отношения-поведения кого-то из ближних и посторонних и произносил или слышал, например, такое: “Ты что, с цепи сорвался?”, “Вечно ты сегодня говоришь одно, а завтра – другое!”, “Тебе никогда не угодишь!”, “Ты что, мы же час назад обо всем договорились!”, и даже: “Так порядочные люди не поступают!”, “Ты за это заплатишь!” и т.д.

(Вопрос: “Так как же морально “не измельчать”, “не разложиться”, “не фрагментироваться” на многочисленные бессознательные (духовно-)психосоматические “суб-Я”-тела-секвестры (и секвестры в секвестрах – да сколько же “Вас” там!), а стать и до конца жизни оставаться духовно-психосоматически одним и тем же человеком?” – Ответ: “Только твердо придерживаясь одной веры, одних и тех же моральных принципов, с определенного возраста серьезно и по-настоящему занимаясь одним делом – Делом Жизни. Но главное – не переборщить в сроках, ибо все это еще нужно поискать и найти, а для этого придется помучиться-пометаться и, следовательно, в плане главного “Я”(-тела), “поизменяться”, “попримерять разные роли-личины-маски”, “побыть-пожить в разных шкурах-кафтанах”, и, разумеется, – поболеть, так как, для того, чтобы двигаться вперед, все эти ошибочные “личины” и “шкуры-кафтаны” необходимо, по мере их морального устаревания, “менять-сбрасывать”.

Никто из людей изначально не знает, как правильно жить, поэтому, как это ни парадоксально звучит, на этапе поиска и обретения себя – Себя-своего “Я”-тела – ошибки поиска личной истины – “Я”-Истины – и их моральные, социально-психологические и медицинские следствия – жизненные неурядицы и духовно-психосоматические расплаты-страдания-болезни, не только неизбежны, но и обязательны: не поболеешь – не обновишься.

Легкого пути нет, только “через тернии – к звездам”. И с этих позиций речь идет не только, точнее, не столько о “привычных” медицинских болезнях, а сколько о духовно-психосоматических метаморфозах (порой, – навсегда или временно – и патоморфозах) личности – череде реформаций или смен главных верных-здоровых-сознательных “Я”-тел, к которым (метаморфозам) вполне приложима философская категория “отрицание отрицания”: “новое” – и во всем морально правое! – главное “Я”-тело при помощи инициирования описанных выше патофизиологических реакций (частично) “отрицает”-“уничтожает” “старое” – и уже во многом морально неправое! – главное “Я”-тело.

Очевидно, “расти”-совершенствоваться по-другому в (всегда!) индивидуальном поиске Смысла Жизни никак нельзя, хотя, в принципе я не отрицаю возможность гармоничного и в медико-психологическом смысле безболезненного и бесконфликтного духовно-психосоматического роста и развития личности. Но в реальности за обретение себя (почти) всем приходится страдать, и чем выше личная планка духовных, социальных либо иных притязаний, тем сильнее выражено и дольше длится это страдание.
Затем, когда человек в результате мучительного поиска обретет веру, моральные принципы, смысл жизни и определится с делом жизни (что, как считает Менегетти, происходит примерно к сорока годам), он неизбежно должен – уже в который раз – за них пострадать, чтобы не изменить себе, не сбиться и не свернуть с избранного – выстраданного – жизненного курса.
Хотя все это и очень трудно, но вполне возможно, чему в жизни и литературе имеется масса примеров. Но многие так никогда и не проходят этот тяжелый и долгий путь не то, что до конца, а не доходят даже до середины, в морально-нравственном и социальном плане застревая и консервируясь где-то в подростково-юношеском возрасте”. – “А медицинская помощь?” – “Только врач (если, конечно, в нем возникнет необходимость), сам обладающий лично выстраданной верой, придерживающийся твердых моральных принципов, относящийся к медицине как к главному Смыслу-Делу своей жизни и, разумеется, вооруженный соответствующими общечеловеческими и профессиональными знаниями и умениями, то есть сам являющийся (настолько, насколько это возможно для – не бога – человека) цельной и духовно-психосоматически здоровой личностью, сможет реально помочь другому человеку пережить эту болезнь, это страдание и остаться-стать человеком”).
Когда у растущей новой личности вследствие ломки-смены части старых стереотипов появляются внутренние переживания и моральные конфликты, начинаются сомнения, страхи, метания, стычки, скандалы и т.п., то патонейрофизиологически они всегда сопровождаются формированием очагов застойного возбуждения в “конфликтных” областях “старого” главного “Я”-мозга, в которых отображаются-реализуются все эти, вновь возникшие внутриличностные конфликты. А дальше все по схеме: аффект → перевозбуждение нейронов → … → отеки → … и так далее, – в общем, все то, что описано (и не описано) во второй главе. Поэтому, как и в случае с соматической сферой, смена главного “Я” и уничтожение-подавление им “сопротивляющихся” областей “старого” “Я”-мозга тоже всегда сопровождается патологической реакцией нервной ткани с непременными аутоиммунным и аутоаллергическим компонентами, в тяжелых случаях – вплоть до развития от этих переживаний (“самоедной”) менингоэнцефаломиелополирадикулоневропатии различной степени выраженности и топической акцентуации (впрочем, даже в “легких” случаях нервная система всегда реагирует или поражается в целом). А еще, вспомним, в такие моменты патологическое влияние на мозг оказывают и мышечные позы, образовавшиеся в результате всех этих новых внутриличностных конфликтов между “старым” и “новым” главными “Я”-телами, причем количество пар “поза-антипоза” всегда соответствует числу моральных конфликтов. При напряжении позной мускулатуры по нервной системе (и соматовисцеральной сфере) наносятся гемодинамические и другие “удары”, усугубляющие расстройства и нарушения, возникшие по причине развития экссудативно-отечной патологии церебрального уровня.
В случае кратковременных “подключки” или “подмены” главного “Я” какой-нибудь Сущностью либо при недлительной войне-конфликте между ними и слабой выраженности позного мышечного напряжения и/или других нарушений клинически развиваются кратковременные и негрубые (духовно-)психонейросоматические нарушения-недомогания – или, как их “любят” называть в медицине, “функциональные расстройства”, когда врачи говорят пациентам, что это вы “понервничали”, “не то” съели, вас “продуло”, “просто” что-то приболели, “это” пройдет и т.п. В таких случаях недолго подержится плохое настроение, поболит-покружится голова, поноет спина, потошнит-вырвет или “пронесет”, появится губной герпес, обострится “старая” кожная аллергия и так далее.
Возможность “чисто психологических” конфликтов, не сопровождающихся хотя бы минимальными структурно-функциональными церебронейросоматическими нарушениями, я, как и многие ученые и практические врачи, полностью отрицаю. Всегда есть их патофизиологическое проявление и патоморфологическое отображение, просто оно обычно игнорируется: “идите к врачу, это не по нашей части”, говорят одни, “идите к психологу (психиатру и т.п., – а сейчас и к священнику посылают), это не по нашей части”, говорят там, куда первые “послали”, – так и “гоняют”.
Как мы все хорошо помним из учебников общей патологии (прекрасная наука!), после альтерации и экссудации всегда начинается пролиферация; в нашем случае это построение новой (психо)невросоматики взамен и на месте “уничтоженной” старой. Уничтоженной – потому что в любой “войне “Я”-тел” всегда есть не только “победившие” и “проигравшие”, но и “жертвы” с обеих сторон, и при смене главного “Я” – это локусы минус-паренхимы/плюс-стромы в нейросоматической сфере. С этих позиций поствоспалительные очаги соединительнотканной пролиферации – это одновременно и “боевые” рубцы-шрамы в мозге-теле и “могилы”-“жертвы” в бесконечной “войне “Я”-тел”.
Но когда-нибудь очередная из этих внутренних морально-психосоматических “войн” станет последней, причем для всех без исключения эндогенных психосоматик, психик и соматик. И уже никогда не будет ни человека, ни всех его “жителей” – таких воинственных-драчливых настоящего и бывших (и не успевших побыть) главных “Я” (“Я”-психик-тел)…
– Но что же делать? Мне (хм, “Мне”), например, совсем не хочется болеть и тем более помирать из-за “чьей-то там” глупости – пусть и в моей “Я”-голове, но не теперешней “Я”-моей. Это же касается и конфликтов с посторонними: я (хм, “Я”) готов отвечать за “Я”-себя-теперешнего, пишущего эти строки, но не желаю отвечать за “Я”-“других”-вчерашних/будущих.
Но жизнь, общество и закон, – очень надеюсь, что пока! – всех нас, людей, наказывают по принципу: “(с виду) одно человеческое тело – один ответчик” (интересно – а как на “том свете”?), и поэтому любой из нас (хм, “Нас” – и Вас!), когда его наказывают за какое-нибудь нарушение, может вынужденно отвечать не за себя, а за “того (внутреннего (…→духовно→)психосоматического) парня”, – разумеется, речь идет только о проступках, совершенных в состоянии полной (или неполной, но существенной) подмены “Я” Сущностью.
Вышеизложенное позволяет сделать вывод: “даже если “это” и делал я и я помню, что делал именно я и именно “это”, то это еще не значит, что “это” делал я-данный-наказываемый (у меня уже и так много “внутренних судимостей”), а не я-другой-предыдущий, о котором я-данный (почти) ничего не знаю и на которого никак не могу (или, как минимум, не знаю, как можно на него) подействовать, – и никто не подскажет, не научит!”. И в этом выводе – большая и трагическая несправедливость, которая, надеюсь, когда-нибудь кончится. Кстати, мы часто чувствуем эту “несправедливость”, когда нас вроде бы наказали по делу, и все-таки …незаслуженно.
Но вновь вернемся к психике. В целом, как известно со времен Фрейда, “общая психика” каждого человека гораздо сложнее и богаче своей “видимой”-ощущаемой-используемой (самим человеком и нами, посторонними) части – главного психического “Я”, так как “Я”, повторимся, это только осознаваемая психика или “психическое сознательное”. В любой момент времени “общая психика” – это простая, очевидно, без диалектического “перехода количества в качество”, арифметическая сумма “главной психики” (“психического сознательного”) и всех остальных секвестров-“психик”, “живущих”-хранящихся в “бессознательном”, включая “"бессознательное" в бессознательном”, хотя нельзя исключить наличие психосеквестров и в самом “"бессознательном" в ("матрешке"-)бессознательном” и даже наличие еще более мелких психовложений уже в эти психовложения…
Поэтому “общая психика” всегда емкостнее и количественно разнообразнее-богаче главного “Я” – недаром так часто говорят: “так вот ты еще какой”, “я тебя не знал(а) с этой стороны”, “откуда в тебе это”, “ты стал(а) совсем другим” и т.д. Но наше психическое “Я” (точнее, главное психосоматическое “Я”) всегда больше каждой из отдельно взятых секвестров-психик – “пластов” “психического бессознательного”, ведь поэтому оно и является “Я”. Но вполне возможно, что какой-нибудь “пласт пласта (пласта…)” “психического бессознательного” – уже или еще не соматизировавшийся “психосеквестр психосеквестра (психосеквестра…)”, и больше-богаче главного “Я”.
Общее количество “психик” равняется сумме “Я” и всех телесных и бестелесных психик, обитающих в “бессознательном”, и рост их числа и размеров неизбежно приводит к “мельчанию” ядра человеческой личности. Эти секвестры-психики (почти) не (со)общаются между собой (что “подключаются”, “обкрадывают” и даже “убивают” друг друга – так это точно), поэтому нам, точнее, нашему главному “Я”, от этого внутреннего “богатства” мало пользы.
Простая количественная сумма секвестров-психик или “общая колония-психика” подобна микробам, живущим – каждый сам по себе, – допустим, в кишечнике и связанным между собой только тем фактом, что они “живут” (“управляют”, “подчиняются”, “паразитируют”, “борются” и т.п.) в одном и том же биологическом мозге-теле, при этом ничего “не зная-не ведая” друг о друге, живя-существуя с разными целями и в разных “мирах”.
Почти единственное, что всегда информационно связывает между собой все соматизированные и несоматизированные секвестры-психики, – это кровь и сосудистая система, являющиеся универсальными переносчиками-распространителями любой информации, какая только есть в мозге-теле, возможно, даже и той, которая, как мы привыкли думать, передается только нервным проводниковым и эфаптическим путем. Например, это может быть передача информации в виде кодированных электромагнитных импульсов-токов по субэндотелиальной базальной мембране сосудистой стенки (кровеносные микрососуды, как и нервные волокна, непрерывны, сетевидны и анатомически вездесущи), либо эфаптоподобно – через межклеточные контакты эндотелиоцитов и/или гладкомышечных клеток. Возможно, что при такой передаче информация как-то меняет свои характеристики в области экссудативных сосудистых “манжеток” – электромагнитных “биокатушек” (см.: расслоение сосудистой стенки). А есть еще лимфатическая и ликворная системы, надкостница, полые структуры и органы, которые тоже могут передавать информацию, например, посредством (тоже вездесущих) соединительнотканных волокон либо тоже контактно-клеточно – эфаптоподобно.
Очевидно, существуют и многочисленные другие варианты быстрого и медленного внутрителесного взаимообмена информацией, и вполне возможно, что такое (по задачам) “нервноподобное”, но (по анатомическому способу передачи информации) ненервное меж- и внутрисистемное, меж- и внутриорганное и меж- и внутритканевое “общение” образует своеобразную чисто телесную (системную, органную, тканевую, клеточную, субклеточную и т.д.) непроприовисцероцептивную – вне-(до- и, возможно, пост- или над-)проприовисцероцептивную, или “ненервную” – “вне-нервную”, психику, по-иному – “вне-психику”, “до-психику”, “про-психику”, со своими ненервными – вне-нервными, до-нервными или пост-нервными, (вне-, до- или пост-)интеллектом, (вне-, до- или пост-)мыслями, (вне-, до- или пост-)эмоциями, собственными телесными желаниями, переживаниями и движениями. Говорят же: “тело просит”, “тело хочет”, “тело приказывает”, “тело знает” (кстати, практически у всех классических нейротрансмиттеров (ацетилхолин, адреналин и др.) есть многочисленные вненервные функции, прослеженные с самого момента оплодотворения, а сами будущие нейротрансмиттеры, как известно, появились не только раньше организмов, обладающих нервной системой, но и раньше любых ныне существующих групп эукариот). Психика и тело – здесь есть, над чем подумать…
Но вернемся к “обычной” цереброневрологической психике. По анатомическому источнику своего формирования суммарная “общая психика” – это не простое импульсное порождение диффузного проприовисцероцептивного потока. “Общая психика” – это сумма (суб)автономных и (суб)изолированных секвестров-психик (аффективно-когнитивных структур), включая главное “Я”, являющихся проприовисцероцептивными творениями-производными своих “"тел" в теле”. Я написал: “(суб)автономных” и “(суб)изолированных”, так как все “"тела" в теле” афферентно-эфферентно взаимосвязаны с нейронами не только “своих” психик, но и “чужих” тоже, потому что всегда имеется частичное попадание “посторонней” – “примесной” – проприовисцероцептивной импульсации во все или некоторые эти психики и эфферентные “утечки” из них, вызванные активностью “монитора отклонения”.
Иными словами, любая “автономная” психика в действительности не полностью “чиста” и автономна, так как всегда содержит “чужую” проприовисцероцепцию, являясь, таким образом, импульсным творением-производным, как минимум, двух “"тел" в теле”. В свою очередь, любое “"тело" в теле” тоже всегда является не менее чем “двухголовым”, так как (создает и) управляется, как минимум, двумя психиками – более “своей” и более “чужой”; при этом более “своей” является та психика, чье эфферентное и другое влияние доминирующее. Как тут не вспомнить нашего сказочного Змея Горыныча и одноголовых многотелесных монстров из произведений жанра “фэнтези”!
А еще есть такие потенциальные продуценты психик, как секвестрированные “"тела" в теле” или их фрагменты – “субтела в "теле" в теле”, порой, являющиеся своеобразными соматическими “Франкенштейнами”, “инвалидами” или “недоделанными”, состоящими, например, только из одного пальца (или “его”/”на нем” панариция), сустава, полуголовы (что может клинически проявляться как синдром Пари-Ромберга или другие гемиатрофии, как гемигипертрофии, различные гемиполушарные когнитивные и аффективные дисфункции, пароксизмальные гемикрании и иные латерализованные краниоцеребральные патологические процессы и синдромы), доли легкого, сегмента кишечника и т.п. Очевидно, в эту же группу входят и некоторые тератомы, фибромы, уродства, добавочные части-органы или их врожденное отсутствие – их внутриутробно “не поделили” и внутриутробно же “уничтожили” борющиеся эмбрионы-Сущности – патогенные Образы, воплотившиеся в будущего ребенка через чрево матери.
Все эти “безголовые” “"тела" в теле” или “соматическое бессознательное” еще можно обозначить как “соматическое – потенциально психическое”, “психическое – запертое-секвестрированное в соматическом”, “неодушевленное (и неодухотворенное) соматическое”, “психическое, располагающееся, спрятанное, хранящееся и т.д. вне психики”, “психическое – не-психическое (до-психическое, про-психическое)” и т.д.
Такие соматики, (еще или уже) не имея иннервационного афферентного “выхода” на ЦНС и/или ПНС, информационно-импульсно не связаны (или крайне слабо связаны – собственными “подключками” или опосредованно, через “монитор отклонения”) ни с каким Образом-психикой, и составляют морфологическую, точнее, патоморфологическую основу “"соматического бессознательного" в общем (психосоматическом, соматическом и психическом) бессознательном”; поэтому общее число секвестров-“"тел" в теле” всегда больше числа секвестров-психик-тел – психосоматических Сущностей. Но, очевидно, общее количество имеющихся в общей психике-мозге бестелесных Образов (этих психик-“перископов” без тела-“подводной лодки”) намного, как и число нейронов, превышает количество “не ангажированных”, “свободных” “"тел" в теле”.
Нельзя также исключить – невидимые-неощутимые, но “зримые” – ситуации (опять-таки по типу сказочного “змея Горыныча”), когда одно “"тело" в теле” одновременно или поочередно эксплуатируется-управляется несколькими “головами”-психиками – “подключившимися” к чужой соматике бесплотными Сущностями, или когда одна психика-Сущность полностью или частично (и постоянно либо поочередно) воплощается в несколько “"тел" в теле” или в их части-фрагменты, или когда образуется “сеть” из нескольких психик-“голов” и нескольких “"тел" в теле”.
Возможно, что такое своеобразное “сетевое воплощение” – …↔Образ-психика↔“"тело" в теле”↔другая психика или ее часть↔другое “"тело" в теле” или его часть↔… – когда-то привело (в комплексе с другими факторами) к определенной “специализации” “(про-)Сущностей-(про-)тел” в одном биологическом организме и даже явилось одной из причин образования из некого общего предка различных приматов, гоминид и других предшественников или ветвей современного человека, включая его самого (происхождение человека, точнее, цель, принцип и способ его появления науке неизвестны, известны только некоторые условия, возможно, способствовавшие этому), а эволюционно еще более раннее сетевое воплощение Символа-Образа (или Символов-Образов) привело к образованию из ассоциации примитивных одноклеточных “(до- или про-)психо(-до- или про-)соматик” многоклеточных тел-организмов со специализированными тканями и внутренними органами…

 

Вышеизложенное (еще раз) иллюстрирует, насколько сложны, неоднозначны, нестабильны и непостоянны взаимоотношения между “Я” (всегда, вспомним, не целиком психикой, а только ее сознательной секвестром-частью) и всем биологическим телом.

Но все эти “сложности” неведомы ни нашему “Я”, ни нашему биологическому телу. Главное “Я” всегда осознает-ощущает-опознает-признает данное биологическое тело как Себя-свое “Я”→тело (=Себя-свое тело→“Я”), хотя фактически управляет-владеет им всегда только частично, правда, (почти) всегда “думая”, что полностью. И наоборот, биологическое тело (точнее, не оно само в целом, ибо биологическое тело – это всего лишь изменчивый конгломерат секвестров-соматик, а по отдельности все, содержащиеся в нем секвестры-“"тела" в теле”, имеющие “свою” психику), осознает-ощущает-опознает-признает (Им-телом соз)данное главное “Я” – как Себя-свое тело→“Я” (=Себя-свое “Я”→тело).

Я написал не “свое "Я"” и “свое тело”, а “Себя-свое “Я”→тело” и “Себя-свое тело→"Я"”, да еще поставил между ними знак равенства не случайно, а потому что полагаю, что собственно “психика”, – как “общая”, так и “главная” и любая “"психика" в психике”, или “то”, что мы подразумеваем, употребляя слово-понятие “психика”, – это (в том числе и) дематериализованная-развоплощенная и (микро/макро)дистанциированная от Матери-материи-соматики (“эфирная”?) телесная “копия” или “отросток”, “почка”, “ребенок”, ”отпечаток”, “слепок”, “душа”, “отражение”, “соматическая аура” и т.п. Эта “копия” является самым первым, правда, (еще или уже) нематериальным (не материализованным), “виртуальным телом” биологического тела или психо-телом, про-телом, до-телом, пост-телом – как посмотреть. Также можно сказать, что она (психика) является своеобразным “секвестром-“виртуальным телом” в общем виртуальном теле”, так как речь всегда идет о дематериализованных/дематериализовавшихся секвестрах-“"телах" в теле”: всех – полная, некоторых – частичная, или только главного – единичная виртуальная трансформация-представленность “(развоплощенного/развоплотившегося) соматического” в “(не воплощенном/не воплотившемся) психическом”.

Поэтому психику можно определить как “психическое – десоматизированное (развоплощенное, дематериализованное) соматическое”, “материальное-соматическое, располагающееся в нематериальном-психическом”, “психическое – пост-соматическое”, “соматическое – “запертое” в психическом” и т.п.

Психика, как “виртуальное (пред- или пост-)тело” – это “дематериализованное/дематериализовавшееся материальное”, “развоплощенное телесное”, которое – Кем-то/Чем-то, или, что, полагаю, вероятнее всего, “Самим” биологическим телом – как-то и с некой Целью было (сознательно, специально) отчуждено-вытолкнуто-вынесено от-из тела – как Себя-самого. С этих метафизических позиций психика – это (в том числе и) дематериализованный посланец (изгнанник, агент, миссионер, воин, колонист, делегат и/или как-то по-другому) “материального живого-телесного” в “нематериальное живое-психическое/душевное” и оттуда – в “духовное”. Духовную сферу нельзя определить как “нематериальное” – часть пары-противоположности “материального-нематериального”, ибо Дух, Духовное, если процитировать Ареопагита, сказавшего это о Боге, “…выходит за границы всех наших утверждений и отрицаний…” – и за пределы всех наших знаний о материальности и нематериальности мира. Быть может, к “духовному” в какой-то мере приложимо определение “внематериальное-вненематериальное” или “надматериальное-наднематериальное”.

Возможно, “посланец”-психика “порождена”-“создана” и “заслана” материей-телом с целью (профилактического, упреждающего или какого-то иного) овладения(-колонизации) этим нематериальным-психическим миром, и тогда выходит, что нематериальный мир – это ячеистое-кластерное (кластер – одна секвестр-психика, являющаяся (проприовисцероцептивным) Творением-производным одного живого секвестра-тела) психо-информационное пространство, состоящее из дематериализованных биологических тел (и, возможно, тоже как-то дематериализованных небиологических физических тел). Ведь пытаются же внематериальные-вненематериальные Духи-Смыслы-Символы одушевиться-воплотиться и овладеть нематериальным-материальным (психо-телесным, анатомо-физиологическим, структурно-функциональным) миром – так почему бы ни допустить и обратное.

Еще один возможный путь формирования “телом-человеком” (“телом→человеком” или …?→”телом→“Я”→Сознанием”→…) своего “виртуального тела” (“виртуального человека”, “Символа-тела” и “так далее-тела”) – это письмо (написанный или напечатанный текст) как телесность, проявленная вовне. Если несколько изменить определение Менегетти, данное искусству, и рассматривать (Кем-то/Чем-то) дематериализованное или (Само) дематериализовавшееся и (Сознанием или в Сознании) разодухотворенное тело как Символ, то тогда “письмо – это “телесное→психическое→символическое” в застывших формах”.

Очевидно, есть и другие способы-пути и цели этого Себя-тела саморазвоплощения (аутоэкзорсизма?), и если посмотреть шире, то речь необходимо вести о двух взаимовстречных (независимых или взаимоищущих, дружеских или вражеских либо каких-то иных) и, возможно, как-то (“Кем-то”/”Чем-то” – Образом?) синхронизированных потоках: А первично материальном соматопсихическом потоке (точнее, (…?→)сомато→психическом→духовном-сознательном→… потоке) со стороны биологического тела – целиком либо какой-то его части: главного секвестра – “соматического сознательного” или других секвестров – “соматического бессознательного”: …тело(-частица?) → проприовисцероцептивный (и, возможно, какой-то другой) поток → психика(-волна?) → Сознание, в котором происходит дематериализация-“дефункционализация”-“разодушевление” телесной→психической посылки-информации(-волны?) и ее трансформация (путем перекодирования-переодухотворения) в Символ-информацию(-волну?) → Символ (символическая духовная посылка-информация(-волна?) во внешний мир от данного триединства (структуры-материи-)Тела→(функции-души-)Психики→(цели-духа-)Сознания) → Сознание → “Я”-психика (или принципиальный эквивалент психики) → тело (или принципиальный эквивалент тела) = Сознание-“Я”-тело (…↔Сознание↔“Я”↔тело↔?…).

Таким путем-способом гипотетически может осуществляться проникновение-материализация чьей-нибудь “телесной посылки” – в виде Символа-Образа, (через Сознание→“Я”→тело) в другое человеческое тело (в другого человека); либо же это повторное проникновение – способом “изнутри-вовне-извне-вовнутрь” – в свое собственное тело по “трассе”: тело→“Я”(-мозг)→Сознание→Символ→Сознание→“Я”(-мозг)→тело. Возможно, что это повторное проникновение осуществляется не в прежнее, а в другое анатомическое место прежнего или другого “"тела" в теле” (то есть происходит своеобразная телепортационная “биомасс-передача” материи – в форме-состоянии Символа-информации, от одного секвестра-тела, имеющегося в “соматическом бессознательном”, другому секвестру-телу, возможно, тайная от главного (“Я”-)тела и от других секвестров-соматик...) – и тогда это гипотетический путь-способ внутрисоматической телепортации-передислокации части-объема собственной биомассы: биомассаразвоплощение-дематериализациятелепортация или выход этой биомассы-“космонавта” в “открытый космос” – за духовно-психосоматические пределы данного человека-“космического корабля” → повторное воплощение-материализация-структуризацияновая биомасса, которую, возможно, через какое-то время “пославшая” ее соматика “забирает” обратно – тем же или другим путем. Не исключено, что такая “изнутри-вовне-извне-вовнутрь” биомасс-передача осуществляется как дополнение либо при невозможности “обычных” чрезпсихического биомасс-обмена (способом: биомасса → проприовисцероцепция → психика(-мозг) → обратная психонейросоматическая импульсация → новая биомасса) и/или внутрисоматического биомасс-обмена (способом: биомасса → деструктуризация → выход-попадание в кровь (лимфу, ликвор) → физиологическое чрезбарьерное или альтерационно-экссудативное проникновение в другое место тела → реструктуризация → новая биомасса). Также принципиально не исключено (я не представитель и не апологет “чистой науки”), что проникновение-неоматериализация телесной символической информации-посылки может происходить в любой другой живой организм-тело или даже в неживой материальный объект, либо вообще такая посттелепортационная неоматериализация возникает где-то на “пустом месте” и в какой-то новой (или частично “старой”) форме-виде… В итоге образуется целиком или частично новое или старое, обновленное или реформированное, другое или прежнее биологическое тело(-частица?), либо это вовсе не человеческое тело или даже совсем не тело; не исключено, что возможны гибриды; и Б первично нематериальном (…→духовном-сознательном→)психосоматическом(→…?) потоке со стороны психики – целиком или какой-то ее части: “Я”-секвестра (из “психического сознательного”) или секвестров-Сущностей (из “психического бессознательного”), по схеме: …→ психика(-волна?) – эфферентные импульсные потоки → ее (психики) материализация-превращение-проникновение → тело(-частица?) → … → его (тела) новая дематериализация-дистанциирование – проприовисцероцептивные (и, возможно, иные) импульсные потоки → новая или старая психика(-волна?) →…

Более шире эти встречные потоки и (само)воплощения-(само)развоплощения – взаимосвязи-взаимоотношения и взаимопроникновения-взаимосотворения материального-телесного, нематериального-психического и внематериального-вненематериального-духовного-сознательного Триединства-Ипостасей-Миров духовно-психосоматического Человека схематично можно выразить следующим, вечным и бесконечным, циклом-ритмом – Образом: … ↔ Тело ↔ Психика ↔ Сознание ↔ Символ ↔ Сознание ↔ Психика ↔ Тело ↔ Психика ↔ Сознание ↔ Символ ↔ …, и если этот циклический процесс протекает с постоянной скоростью, то тогда он является – музыкально выразимым и математически отобразимым – …↔духовно↔психо↔соматическим↔… (троичным) биоритмом. Из этой принципиальной схемы также следует, что, в плане превращений-метаморфозов: а) тело напрямую “соприкасается” только с психикой, то есть “телесное” трансформируется только в “психическое” и никогда напрямую не контактирует и не трансформируется в “духовное” – “сознательное” и “внесознательное символическое”; б) Символ напрямую “соприкасается” только с сознанием, и “внесознательное символическое” никогда напрямую не контактирует и не трансформируется в “психическое” и “телесное”; в) психика напрямую “соприкасается” с телом и сознанием и никогда – с Символом; г) сознание “соприкасается” с Символом и психикой и никогда – с телом; д) истинное – высокое, человеческое – общение-взаимодействие между людьми, как триединствами Дух-Душа-Тело, возможно только на духовном уровне (всегда начинается только с духовного уровня) и осуществимо оно только с помощью символических духовных посылок – “духовных посланий” друг другу, а первичное и последующее взаимодействие только на уровне (с уровня) психики и тем более – только на уровне (с уровня) тела является тварным, низким, низменным. Поэтому по-настоящему, по-человечески познать другого человека принципиально возможно, только познавая его в последовательности: сознание→психика→тело.

Вышеизложенное позволяет сделать важные терапевтические выводы: а при лечении духовно-психосоматической патологии прямое влияние на тело возможно только с уровня самого тела и психики; б в свою очередь, работа с телом напрямую влияет только на состояние тела и психики и напрямую никак не влияет на сознание и внесознательную духовно-символическую реальность; в чтобы улучшить или изменить работу психики необходимо дополнительно одновременно воздействовать на нее с телесного и сознательного уровней, воздействие на внесознательную духовно-символическую реальность напрямую никак не влияет на психику; г чтобы улучшить работу сознания необходимо дополнительное одновременное воздействие на психику и духовно-символическую реальность, а чисто телесные практики (чистые физкультура, спорт и т.п.), без психического и духовного компонента, на сознание никак не влияют; д изгнать патогенные Символы из сознания можно, только духовно воздействуя непосредственно на само сознание и, возможно, – как-то воздействуя на внесознательную духовно-символическую реальность, а чисто телесные, психические (психиатрические, психоаналитические, психотерапевтические и психологические) и психосоматические терапевтические приемы и практики здесь бесполезны; е полностью изгнать трехуровнево воплотившийся внешнесредовой патогенный Символ, – то есть духовно-психосоматически очистить человека, можно, только с помощью Врачевания – или соблюдения следующей принципиальной последовательности исцеляющих духовно-психосоматических воздействий: (…→?)тело→психика→сознание→символ→…

Но вновь вернемся к взаимоотношениям “психического” и “телесного”. Логическим продолжением вышеизложенного является вывод, что Тело – это сама себя материализовашая Психика (в свою очередь, Психика – это еще и посланница-порождение Духа), а Психика – это само себя дематериализовавшее Тело, то есть Тело и Психика – это всегда одно и то же слитно-раздельное Тело-Психика (тело=/≠психика, тело→←психика или тело↔психика) или Психосоматика-Соматопсихика, и это – два взаимопроявления, две формы(-функции) существования(-цели), две стороны одной реальности-“медали” (можно попробовать развить эту мысль дальше: если допустить, что на уровне “психического” происходит встреча-взаимодействие “духовного” и “телесного”, то с этих позиций психика или Душа-Психика – это (в том числе и) совместное производное – Со-Творение – Духа-Сознания и Материи-Тела). Не исключено, что Сознание (это, как я полагаю, встроенное в биологического психосоматического человека небиологическое внеживое-вненеживое “устройство”) как-то – каким-то Образом – вызывает, индуцирует, способствует, регулирует, санкционирует и/или др., все эти непрерывные психо↔соматические взаимопереходы-взаимопревращения человека-тела(-частицы) в человека-психику(-волну). Также не исключено, что Сознание “использует” для этих взаимопревращений энергию холодного термоядерного синтеза по формуле Эйнштейна, скорее всего, являясь “участником” этой реакции и “членом” этой формулы: Е(-психика?) = м(-тело?) · с(-сознание?)І. “"С" в квадрате” может означать, что процесс (реакция) взаимопревращения-взаимоперехода тела в психику (“телесного” в “психическое”) – и наоборот, осуществляется всегда одновременно в обоих направлениях: тело→психика и психика→тело, что может объяснять, почему при этих процессах нет взрывоподобного выделения больших количеств тепловой и/или других физико-химических видов/форм энергии; просто эта энергия, местно выделившись в процессе дематериализации-десоматизации, тут же, сразу же и (почти?) полностью поглощается в процессе материализации-соматизации. Полагаю, в этой формуле Сознание не может быть энергией или массой, так как оно является внематериальной-вненематериальной Ипостасью, но как константа Сознание также может являться гравитационной либо какой-то другой фундаментальной постоянной (силой), объединяющей-взаимосвязывающей-образующей все объекты материального мира. Возможно, что все существующие фундаментальные постоянные – это различные свойства-проявления или формы-способы активности единого вселенского Духа-Ума-Сознания (Смысла-Информации) в отношении (в плане объединения) всех объектов существующего материального, физико-химического Мира, включая его биологические формы, точнее, проявления Жизни, потому что Жизнь, Живое – это не чисто материальное явление, а триединый Духовно-Душевно-Материальный феномен.

Если допустить, что генерация или формирование психики действительно осуществляется по формуле Эйнштейна: Е (психика) = м (тело) · сІ (сознание), и если допустить также, что “психическое” – это состояние-производное любого “живого”, “биологического”, “телесного”, “соматического”, а не только церебральных нервных клеток, то тогда получается, что переход-трасформация “соматического” в “психическое” (и обратно) осуществляется непосредственно “на местах”, то есть в области расположения каждой конкретной живой-функционирующей соматической единицы. В свою очередь, из этого следует, что психика “гнездится” и “производится” не только в нейронах коры головного мозга или в головном мозге в целом (у которого есть “своя”, “местно произведенная” психика), а она, психика, рассеяна по всему телу и присутствует в каждой клетке живого организма, а в виде доклеточных психических субстанций – локализована и в субклеточных органеллах и в еще более мелких биологических и добиологических материальных единицах, вплоть до молекул или атомов (как известно, “живое-биологическое” не имеет четких границ, отделяющих его от “неживого-небиологического”). Тогда некая элементарная и более неделимая психика, возможная в физическом мире, – это волна, а элементарный “кирпичик” живого тела, содержащий-генерирующий элементарную волну-психику, – это атом (если более не углубляться).

Закономерно возникает вопрос: а “Что” находится в головном мозге, “которое” мы ощущаем как “Я”, как “психику” (точнее, считается, что “это” – “где-то в голове” ощущаемое, и есть наше “Я” или психика)? Возможно (начнем отвечать на этот вопрос несколько издали), по принципу действия мозг – это биокибернетическое устройство, подобное процессору в компьютере (строго говоря и по срокам появления – наоборот), которое оперирует с психикой-“информацией”, “произведенной” телом-“жестким диском” и в виде проприовисцероцептивного информационного потока доставленной в него (“процессор”-мозг) по “проводам”-нервам (возможно, доставленной и по какому-то другому каналу). Внешний материальный Мир, производящий (хранящий и транслирующий) своими “серверами”-материальными телами свои волны-психики, является аналогом беспроводного Интернета; информация из него в виде перцептивного психического потока попадает в анализаторные системы мозга – зрение, слух и т.д., которые в таком контексте можно сравнить с модемом – устройством для внешней связи…

(очевидно, тело и само, без участия мозга, получает и усваивает какие-то информационно-“психические” и иные физико-химические и волновые посылки из внешнего мира, а еще, не забудем, есть и символический поток, направленный в Сознание. Иными словами, человек общается с триединым духовно-душевно-материальным Миром на трех уровнях и тремя способами: символически – Символы↔Дух-Сознание, психически – Монады↔Душа-Психика, и физико-химически – Материя↔Тело).

…Тогда “То”, что мы ощущаем “в голове” и считаем-именуем своим “Я”, можно сравнить с неким полем, генерируемым “процессором”-мозгом, непрерывно перерабатывающим проприовисцероцептивную информацию, непрерывно поступающую от тела-“жесткого диска”. И тогда получается, что эта информация-поле к психике имеет только то отношение, что она является проприовисцероцептивной (и другой) посылкой местного “телесного→психического” в мозг. Возможно, “То”, разлитте по телу-соматике, что я называю местной “телесной вне-нервной психикой” – “телом-психикой”, в христианстве именуется Душой – недаром в определенных ситуациях говорят, что Душа покидает именно тело, а не мозг.

Но вновь вернемся к “логосу” или языку-инструменту тела – проприовисцероцепции, и его (Логоса-Тела) нематериальному проявлению-порождению-(Со-)Творению – Психике. Как правило, в ЦНС обычно доминируют соматоцеребральные импульсные потоки, образующие-подпитывающие “привычное” – для окружающих, ибо самому представителю-хозяину данного тела, строго говоря и “на всякий случай”, (полностью) нельзя верить – главное “Я” или, как его называет Менегетти, “историческое “Я” человека”. Очевидно, что, как и все остальные психики-Сущности, это главное “Я” Кем-то “дано” (посредством внедрения соответствующего Символа, – то есть оно дано через Дух-Сознание, либо же главное “Я” сотворено путем внедрения частички-Души-Психики непосредственно в соматику) нам с момента зачатия-рождения, и именно по этому “Я” мы и опознаем любого человека (а не он сам себя опознает!) именно как данную – “данную”! – конкретную личность со всеми ее духовно-психосоматическими особенностями, свойствами и качествами.

Итак, человеческое “Я” (синонимы, употребляемые в тексте: главное “Я”, “Я”-сознательное, психическое “Я”, главное психическое “Я”, “Я”-психика, главная психика) есть в действительности всего лишь и только то, что, в первую очередь (на уровне и в границах материального-нематериального мира), опознает-признает (ищет и находит, Творит-формирует и выращивает-воспитывает) само биологическое тело, причем опознает-признает тоже всегда и только в данный конкретный момент (длительность промежутка времени, в течение которого данное (“церебральное”) “Я” “легитимно” для “своего” тела, мне неизвестна, но, вероятно, речь нужно вести о (милли?)секундах), ибо это (поиск-)опознание-признание имеет определенную кратность и регулярность (очевидно, обусловленные СПИ – скоростью пробегания импульса по нервным волокнам) и не прекращается в течение всей слитно-раздельной жизни данного “Я” (вспомним, никогда не общего тотального “Я”, одного-единственного в психике-мозге, а всегда только секвестра-“психического сознательного” в общей ячеистой-секвестрированной сознательной-бессознательной психике), данного тела (вспомним, не целиком тела, а только “соматического сознательного” – главного (самого большого) секвестра-“"тела" в теле” в общем биологическом теле) и их производного – “Я”-тела (вспомним, не тотального и единственного “Я”-тела – такого всебщего-единого психосоматического гиперобразования в тварном-биологическом человеке нет и быть не может (для этого необходимо, как минимум, ни разу в жизни не согрешить и не ошибиться), – а главного (самого большого) секвестра-психики-тела в общем психо-телесном “сознательном-бессознательном” человека). Это опознание-признание телом своего “Я” (создание телом Себя-своего “Я”→тела/тела→“Я”) происходит исключительно после предварительного (бесконечно повторяющегося) импульсного проприовисцероцептивного поиска-сканирования…

(до получения результата этого признания-опознавания-сканирования в течение какого-то промежутка времени психика, – точнее, ее секвестр-часть, еще “не найденная-не признанная” данным “"телом" в теле”, – как бы “ничья” (один из многих секвестров “психического бессознательного”): это как бы просто чистая бестелесная Сущность-психика или “психика в себе самой”. Полагаю, происходит не просто поиск-сканирование телом мозга(-ЦНС)-психики, а этот (поисковый, сканирующий) телесный “луч” попадает и в Сознание или даже выходит из него в виде “зова” – ответа-вопроса, ответа-вызова, Информации-Смысла-Символа, далеко за пределы тринарного человека – как (…→?)Тела→Психики/Души→Духа→… (и …?←Тела←Психики/Души←Духа←…), и, зачем-то/для чего-то “побыв” где-то “Там”, “возвращается” обратно в триединство-человека.

Не исключено, что генерируемые-испускаемые “материальным-телесным” сканирующие проприовисцероцептивные Послания-Лучи, из мозга-психики попавшие в Сознание и превращенные-трансформированные им (в нем) сначала в Образы и затем в Символы, покидают человека (…→?Тело→Психику→Сознание→) и с другой Целью. Эта Цель – создание собственного духовного (информационного, смыслового, умного) представительства в Духовной Сфере (в Сфере Ума-Смысла-Информации) или, если воспользоваться религиозной терминологией, – это создание собственного индивидуального “божественного представительства” (“божественного” – как “виртуального телесного”).

Быть может, в чем-то правы были древние римляне, поклонявшиеся такому большому количеству богов (полубогов и т.п.), что даже Блаженный Августин, критикуя языческие религии и верования, не смог их всех полностью перечислить и описать; и в наше время многие верующие имеют (или думают, что имеют, или думают – и поэтому имеют) личных небесных покровителей.

Возможно, что единый Бог (или “То”, что Им называют) – это совместное порождение-Творение – где-то “Там” и каким-то способом-“Образом” – слившихся-воссоединившихся телесных Посланий-Духов-Символов всех Тел-людей, по крайней мере, со-участвующих в этом Со-Творении.

Возможно также, что для появления единого Бога или “Бога – "Виртуального Гиперсимвола-Гипертела"” понадобилось, чтобы общее число духовных Зовов-Посланий от людей – как (…?→)Тел→Психик→Сознаний→ (принадлежащих одной Духовной (точнее, Духовно-Психо-Соматической) Цивилизации, а для этого должны быть как-то, “Кем-то” или “Чем-то” предопределены и созданы некие “условия”) – достигло определенного критического количества, необходимого для где-то-совершения такого “диалектического” скачка-перехода индивидуального-множественного (…?→)телесного→психического→сознательного→символического→ количества во внечеловеческое и надчеловеческое духовное-божественное качество.

Тогда выходит, что Человек создал-Со-Творил Себя-Самого-Бога по Образу и подобию Своему – и/или наоборот. Если действительно есть это взаимоподобие божественного и человеческого и было (продолжается и ни на мгновение не прекращается) взаимосотворение Богом – Человека или Богочеловека, и Человеком – Бога или Человекобога, то тогда принципиально допустима следующая параллель: человеческое Тело – Бог-Отец, Психика – Бог-Сын, Сознание – Бог-Святой Дух. Эта параллель равносильна утверждению: Бог внутри каждого из нас. Если вспомнить мои более ранние рассуждения, что тринарный человек – это еще и триединство структура↔функция↔цель, то получается еще одна параллель: триединство-Человек – это Тело/Структура/Бог-ОтецПсихика/Функция/Бог-СынСознание/Цель/Бог-Святой Дух.

– “Дорогой мой читатель, терпеливо дочитавший до этого места. Перед тем, как отметать написанное в этих скобках (быть может, и не только в этих, но и многое из выше и ниже написанного), вспомните, что любая мысль, гипотеза или теория – это, в первую очередь, креатив и стимул для личного – и автора и читателя – мыслетворчества, и что внутренние раздумья-размышления над прочитанным, пусть и спорным или поначалу отвергаемым (или, наоборот, некритично воспринимаемым) материалом, в итоге только способствуют духовному, интеллектуальному и иному развитию и укреплению или формированию собственных – и автора, и читателя – точек зрения. С уважением к Вам и Вашей точке зрения! Ваш С.И.”)

…всех, телу доступных (вспомним про феномен разобщения и секвестрацию в самой нервной системе), корковых или всех нервных клеток головного мозга (возможно, до окончания этого опознавания тоже временно “ничейного мозга” или для тела даже “чужого” – “Чужой”) или даже всего массива нейронов центральной и периферической нервной системы своей собственной проприовисцероцептивной импульсацией (телесная проприовисцероцепция – это, прежде всего импульсация от соматической мускулатуры и гладкой мускулатуры, так как психика и нервная система в первую очередь необходимы мышечной системе для координации ее деятельности; также в понятие “проприовисцероцепция” входят и все другие соматические и вегетативные импульсные потоки).

Сканирование телом мозга осуществляется в on-line-режиме и строго всеми телесными (актин-миозиновыми парами или более крупными – имеющими общую ганглионарную афферентную нервную клетку и/или общий мотонейрон) единицами данного “"тела" в теле”, имеющими (работающие! – вспомним про возможность взаиморазобщения) восходящие (афферентные) нервные волокна, которые (волокна), после ряда известных ганглинозных и спинальных переключений и сомато-висцеральных спиноцеребральных интеграций, в итоге оканчиваются на корковых нейронах (пока дальше некуда). По сути, каждый единичный проприо(висцеро)цептивный импульс – это (в том числе и) самостоятельная элементарная телесная сканирующая посылка.

Генератором-носителем главного психического “Я” в результате такого сканирования мозга (или всех нейронов нервной системы) биологическое тело, – точнее, его самое большое “"тело" в теле” – “признает” самый большой (корково-подкорковый и, очевидно, плюс еще спинальный и ганглинозный: паравертебральный, интрамуральный и т.д.) (секвестр-)ансамбль нейронов, который одномоментно аффективно возбудился – “отозвался” на этот импульсный творящий-сканирующий “телесный зов”, и отправил телу (вспомним, не всему биологическому телу, а только “своему”, пославшему именно этот “зов”, секвестру-“"телу" в теле”) наиболее мощный возвратный эфферентный церебро(нейро)соматовисцеральный импульсный залп-“ответ”-“согласие”, охватывающий-“захватывающий” данную самую большую секвестр-часть живой плоти во владение-управление-обслуживание-подчинение данной психики (вспомним, всего лишь вторичной импульсной производной одной из имеющихся в мозге (или нервной системе) многочисленных аффективно-когнитивных структур – продуцентов-носителей психик-Сущностей-Образов), – в итоге этого формируется доминирующая (на данный момент) по психо-церебронейросоматической “психо-биомассе” и афферентно-эфферентной импульсной “мощи” (плотности и интенсивности импульсного афферентно-эфферентного потока) психосоматика или диада (секвестр-)психика↔(секвестр-)тело, которая и есть “Я”↔тело или “Я”-мозг↔тело.

Иными словами, “Я” – это проприовисцероцептивное порождение самого большого (всегда только на данный момент!) секвестра-“"тела" в теле”, опознавшего-нашедшего-создавшего Себя-свое “Я” при помощи своего(-чужого или “общего”) инструмента-мозга – этого, то ли придатка “Я”↔тела, то ли (соединителя-разобщителя) прибора-посредника-коммуниканта между “Я” и телом, между Душой и Телом, между “Я”-душой и “Я”-телом.

Таким образом, “психика”, точнее, “то”, что мы (люди) ей называем-считаем, – это не изолированное церебральное импульсное образование, живущее своей жизнью и диктующее свою волю телу, а всегда и только диадное-единое и раздельное-слитное психосоматическое “Я”(↔посредник/биоприбор-мозг?)↔тело…

(как диадное-единое и раздельное-слитное, “психосоматическое” можно представить в следующем виде (в нижеприведенных схемах-формулах: психика – подразумевается в целом “психическое”; тело – в целом “соматическое”; “Я” – главная секвестр-психика, принадлежащая “психосоматическому сознательному”; “Я”-тело – главный секвестр-“Я”-тело или “психосоматическое сознательное”; Сущность – психосоматизировавшийся Образ как часть “психосоматического бессознательного”; “суб-Я” – телесно воплощенная либо бестелесная секвестр-психика как часть “психического или психосоматического бессознательного”; “"тело" в теле” – одушевленное или неодушевленное и сознательное или бессознательное секвестр-тело как часть “психосоматического или соматического бессознательного” или “психосоматического сознательного”; о значении стрелок будет сказано после схем-формул):

атом”-Человек = …←“электрон”-психика→ (↔) ←тело-“протон”→…

или детальнее:

атом”-Человек (“Я”-тело + Сущности + бестелесные “суб-Я” + неодушевленные “"тела" в теле”) = …←(куда-зачем/к кому-чему от “соматического” стремится (оторваться) “психическое”?)←“электрон”-психика (“Я” + все “суб-Я”)→(к мозгу-телу?/через мозг к телу?)→ (↔)←(к психике-мозгу?/через мозг к психике?)←“протон”-тело (все “"тела" в теле”)→(куда-зачем/к кому-чему от “психического” стремится (оторваться) “соматическое”?)→…

В данной аналогии-метафоре “электроны” – это секвестры-психики, “протоны” – секвестры-тела. Не будучи физиком, я не знаю, есть ли на электронных орбитах плюс-минус незаряженная частичка – аналог расположенному в ядре нейтрону; если такая частичка имеется, то тогда она могла бы являться аналогом бестелесной секвестра-психики, а нейтрон – аналогом неодушевленного секвестра-тела.

Не исключено, что есть “Нечто” – среднее или переходное-промежуточное между материей-телом и волной-психикой, например, образующееся в сам момент их взаимоперехода-взаимопревращения, “Нечто” – уже-еще телесное/нетелесное-психическое/непсихическое. Также не исключено, что есть и другое “Нечто” – переходное-промежуточное между “психическим” и “духовным”, и “психическое” стремится отмежеваться от “соматического” (точнее, от Себя-части-формы-состояния – “психо↔соматического”), чтобы уйти-трансформироваться в “духовное” (в другую Себя-часть-форму-состояние – “психо↔духовное”), “внематериальное-вненематериальное”, “символическое”, “умное”, “смысловое”, “информационное”.

– Но во “Что” может превратиться-трансформироваться тело, (возможно) тоже стремящееся оторваться от Себя-своей психики (Себя-части-формы-состояния – “психо↔соматического”): в “Нечто” – “до-материальное” (“про-материальное”, “пост-материальное”), или это и есть “внематериальное-вненематериальное”, то есть “духовное”? Тогда получается, что субстанция-ипостась-тело и субстанция-ипостась-психика сливаются-трансформируются с субстанцией-ипостасью-“духовным” (в “духовном”), образуя Человека – как принципиальное триединство ипостасей или “Духовное↔Психическое↔Соматическое”. И это – еще один аргумент в пользу того, что лечение психосоматической патологии всегда необходимо проводить и на духовном уровне, а состояние триединой духовно-психо-соматической сферы – основной критерий эффективности лечения или, что правильнее при таком подходе к терапии, – Врачевания.

В целом связь психического и соматического очевидна и не очевидна, она одновременно присутствует и отсутствует, является прочной и хрупкой, вечной (пожизненной) и в любой момент может разрушиться – и тогда человек на глазах звереет, ведь Тело может продолжать жить, если Дух и Душа помутились. Эта неопределенность-двойственность и позволяет охарактеризовать психосоматическое как часть-целое, слитное-разъединенное и т.п.

Стрелки “←” и “→”обозначают, что в моем понимании психика-душа и тело всегда стремятся и слиться, и разъединиться (размежеваться); стрелка “(↔)” указывает, что, возможно, между душой и телом имеется “Нечто” (мозг?), их скрепляющее-разделяющее (скрепляющее или разделяющее).

Лично мне не ясно, относить ли – в контексте данных рассуждений – мозг (нервную систему) к “Я” (тогда это “Я”-мозг, а психосоматический человек – это “Я”-мозг + тело) или относить его к телу (тогда это мозг-тело, а психосоматический человек – это “Я” + мозг-тело), или мозг, о чем уже говорилось, – это чистый (био)кибернетический спрут-организм, живой-неживой (и/или живой-неживой-немертвый) прибор-посредник-коммуникант между “Я”-психикой и телом, как-то преобразующий их друг в друга? По генезису мозг – это некий “Третий”, или это “Третьим” возведенная граница-бастион между “Я” и телом по типу “Великой китайской стены”, а может, мозг – это обоюдное со-творение-порождение Себя-“Я”-тела и Себя-“Я”-психики, то есть по своему генезису это полупсихический-полуматериальный продукт-прибор-объект? Тогда психосоматический человек – это “Я” + мозг + тело?...)

…в виде непрерывно взаимоциркулирующих афферентных-эфферентных центробежных-центростремительных импульсных потоков. Психика – это психосоматическое “подвижное-изменчивое”↔“покоящееся-неизменное”, в котором “подвижное-изменчивое” – это волны-импульсы (возможно, не только нервные), а “покоящееся-неизменное” – это материя-тело. Живая-живущая Психика – это всегда и только Психика↔Тело и никогда – бестелесное “чисто функциональное” образование.

Человеческая психика, как психика конкретного человека, его главное психическое “Я” – это не просто “Я”(-мозг-)↔тело, а это, вспомним, такое “Я”(-мозг-)↔тело, которое является наиболее крупной по (воссоединившейся и взаимодействующей) психосоматической структурно-функциональной массе и/или по мощности-интенсивности афферентной и эфферентной импульсации, единовременно и непрерывно циркулирующей между психикой(-мозгом или всей нервной системой) и телом по их самому большому главному “Я”(-мозг-)↔тело секвестру-“контуру”.

Главное “Я”-тело – это в данный момент наиболее большая и мощная живая психосоматическая единица…

(я написал, “живая” единица, потому что в человеке, кроме “живого психосоматического сознательного и бессознательного” с его живыми-функционирующими-действующими секвестром-“Я”-телом и секвестрами-“суб-Я”-субтелами (плюс, вспомним, “"живое чистое психическое" и "живое чистое соматическое бессознательное" в общем психосоматическом, психическом и соматическом бессознательном”) есть еще и “"неживое-немертвое соматическое(-нормоморфологическое; очевидно, соматическое-патоморфологическое – это всегда (или почти всегда) мертвое соматическое, хотя, возможно, к “мертвому” понятие “соматическое” вообще неприложимо) бессознательное" в живом/неживом-немертвом соматическом бессознательном”, и в нем покоится-хранится наше “внутреннее неживое-немертвое соматическое(-нормоморфологическое)” – это “нефункционирующие структуры-функции” (секвестры-структуры с “молчащими” или “тлеющими” функциями); по-другому это – “"покоящиеся" (психо?)соматические единицы” (“"покоящиеся тела" в теле” и/или их фрагменты-части), о чем далее еще будет сказано),

…но она, как мы помним, далеко не единственная, и фактически одновременно с ней в биологическом психосоматическом (“матрешке”-)человеке существует (действует или бездействует – как посмотреть) много “суб-Я”-субтел, меньших главного “Я”-тела по психосоматическому “размеру”. Иными словами, (в каждый конкретный момент) в человеческой личности имеется столько (“субчеловеков”-гомункулусов-)субличностей, сколько имеется (…→духовно→)психосоматических секвестров. Принципиально важно, что все эти (…→духовно→)психосоматические секвестры не просто связаны “голыми” анатомией и импульсацией, а живут-функционируют на качественно ином уровне: как (суб)автономные (и тайные от главного “Я”-тела) иерархически организованные (…→духовно→)психо-биоорганические единства или Сущности. Все они, эти секвестры-субличности, “живут” и “действуют” в одной “матрешке”-психике-теле и в одно и тоже время; при этом все эти психосоматические гомункулусы (почти или совсем) не подозревают о существовании как главного “Я”, так и друг друга.

Я полагаю, что полную информацию о “творящемся” в (с виду едином) “Я”-теле имеет только Сознание, – творящее это и использующее армию-ораву своих психосоматических “андроидов”, им “выращенных” в тварно-биологическом оболочке-человеке, по своему усмотрению, в зависимости от своих целей, поручая “главную роль”, – то есть, выводя на “поверхность” психики (что видит-замечает не сам субъект, а только мы – другие люди), – то “Я”-одного, то “Я”-другого; остальные “суб-Я”-субтела в это время либо спят-бездействуют, либо, активированные “своим” микросимволом-микротриггером, начинают “прорываться” на поверхность психики или пытаются хотя бы тайно “подключиться” к главному психическому “Я” (“Я”-телу), и в такие моменты человека, его психику и соматику, “трясет” или “раздирает на части”, он как минимум “полон противоречий”, “переживает внутренний конфликт”, “не может собраться” и так далее.

Возникает вполне закономерный вопрос: а кто – “Кто”? – собственно говоря, определяет, какая именно структурно-функционально-импульсная психосоматическая секвестр-масса является наиболее крупной из одновременно имеющихся в одном биологическом мозге-теле “конкурентов”-психосоматик и “имеет право” “называться” и “считать себя” человеческим “Я” и в своих глазах и перед другими людьми (точнее, перед их главными “Я”-телами) представлять данного человека – всегда и только целиком, а не как часть! – и выступать-действовать от его имени? Полагаю, таким “судьей”, выбирающим из имеющихся психосоматик наибольшую (или “подходящую” по другим, неведомым мне, причинам-критериям) и ее, “победившую” психосоматику, “коронующим” на право “именоваться” (и “ощущать” Себя-психосоматику) “Я”, является человеческое Сознание.

Сознание – это Дух, чисто духовная сверхживая (или внеживая) Субстанция или Сущность, так как понятие “живое” (как противоположность “мертвому” в нашем понимании “живого” и “мертвого”) неприложимо к тому уровню бытия, на котором пребывает Дух. Возможно, более точным будет другое определение: Сознание – это “внеживое-вненеживое-внемертвое”, то, что располагается в иной бытийной плоскости-сфере, вне “живого”, “неживого” и “мертвого”. Сознание – это либо гнездилище Духа, либо сам Дух, и оно, повторимся, имеет некое духовно↔психическое “соустье” для связи с психикой и телом и – духовного, сознательного – управления ими (и/или подчинения Им?) определенным Образом.

“Кандидаты”-секвестры-психосоматики (на должность-звание психического “Я” или “Я”-тела) всех размеров и степеней психосоматической выраженности-интегрированности “где-то” и “как-то” “предстают” перед “судьей”-Сознанием, которое каким-то способом – Образом! – отбирает-выбирает из них достойнейшего – всегда только на данный момент и на определенный (неизвестный мне) срок.

Очевидно, этот Выбор – тоже эволюция, тоже естественный отбор, только отбор не внешний, а внутренний, морально-нравственный, умный, духовный, осуществляемый нашим (ли?) Умом-Духом-Сознанием – Двигателем эволюции, внутри (с виду) одного биологического “Я”-тела из имеющегося множества психосоматических “претендентов” – секвестров-“суб-Я”-субтел.

Возможно, Сознание выбирает ту психосоматику из имеющегося в данном биологическом человеке “набора” секвестров-психик-тел, которая, повторимся, потенциально подходит для осуществления какой-то, в данный момент первоочередной для Сознания, Цели, Весть о которой принес в Сознание вестник-Символ, посланный определенным Местом-Событием; либо из всех поступивших Целей-Смыслов-Символов Сознание выбирает на данный момент наиглавнейшую (с точки зрения Сознания).

В результате этого выбора и одухотворения-освящения Духом-Сознанием “грешной психосоматики”, избранной им в качестве главного “Я”(-тела), образуется внутренний тринарный (секвестр-)человек – как триединство структура-функция-цель или Тело-Душа-Дух, пригодный для достижения этой Цели. Тогда получается, что “Человек Духовный” (Человек – Дух↔Душа↔Тело) – это не весь человек, не все “грешное”-тварное-биологическое психо-телесное, заключенное в нем, а только одухотворенная-освященная (собственным священником-Сознанием) его часть, которая сознательно духовно-психосоматически объединилась, повторимся, для реализации какого-то Плана, для достижения какой-то Цели.

Очевидно, бывают ситуации, когда Сознанию не из кого выбирать, и тогда оно (полностью или частично?) покидает психику-тело (все или некоторые секвестры-психики-тела), “погрязшее” в ошибке-болезни-грехе и ставшее бесполезным для осуществления Высоких Замыслов и достижения Высоких Целей. В медицинском плане такому “уходу” Сознания может соответствовать (по крайней мере, в наиболее “тяжелых” случаях) внезапная смерть человека, когда на секции не могут определить ее причину и выставляют туманный диагноз “патофизиологическая смерть” (другие мои соображения по поводу этого диагноза можно найти в XIV-й главе).

А что “делают” наши внутренние секвестры-психосоматики, (на конкурсе-Выборе главного “Я”) отвергнутые Духом-Сознанием, – по Гюго, “Отверженные”? Какова их судьба – или она подобна судьбе Жана Вольжана? Психики (психосоматики), “отвергнутые” Сознанием, “изгоняются” посланцем внутреннего Духа – Совестью, в подземелье-Бессознательное, где и “томятся” в ожидании очередного Выбора, и в таком контексте Бессознательное – это секвестр-хранилище или даже наш собственный внутренний дантов “ад” временно или навечно отвергнутых (“Отверженных”) Сознанием секвестров-психик-тел.

Полагаю, что Сознание всегда выбирает только душу-плоть, на данный момент здоровую – “не затронутую-не замаранную” грехом-ошибкой-болезнью, и поэтому структурно-функционально, психосоматически пригодную для осуществления Сознанием намеченной Цели, и еще поэтому Бессознательное, – как психическое, так и соматическое, – это всегда и только отверженное-греховное-больное, – пусть и не живое (в смысле не живущее по-человечески), но и не мертвое (в смысле не умершее по-человечески) и значит потенциально спасимое-исправимое-излечимое (иначе – смерть). С этих позиций Бессознательное – это потенциальный собственный человеческий внутренний психо-телесный резерв для психосоматического прироста-пополнения здорового-сознательного-триединого Духовно-Психо-Соматического Человека, если, конечно, человек – сам или с духовным пастырем-поводырем – “найдет дорогу” в лабиринт-подземелье собственного Бессознательного, “заберет” оттуда свою неодухотворенную секвестр-часть, одушевит ее и “присоединит” к своему Духовному-Сознательному.

Исходя из вышеизложенного, становится понятно, почему внедрение патогенных внешнесредовых Символов, их последующее превращение в до-психики-Образы, овладение последними поначалу относительно малой частью соматики и ее проприовисцероцепцией и создание своих собственных психик, – то есть фактически весь процесс внедрения и трансформации Символов во внутричеловеческие (духовно-)психосоматические Сущности, всегда происходит совершенно незаметно для человека. Ведь малые Сущности “не признаются” Сознанием и изгоняются им в “бессознательное”, и поэтому их наличие до определенного момента не ощущается и не осознается главным “Я” (никто не чувствует и не говорит: “А во мне Сущность завелась”, а если и говорит, то его – сами знаете, к кому посылают).

Но из Бессознательного – этой “внутренней тюрьмы”, отверженные, но постоянно растущие (посредством экссудации-отека и т.д.) психосоматики всегда пытаются “сбежать”, например, тайно подключившись к “большой” психосоматике, поэтому изредка некоторые люди, о чем уже коротко упоминалось, в течение какого-то времени смутно ощущают (возможное) внутреннее где-то-присутствие “Чужого” (очевидно, все же не очень “маленького”, а достигшего определенной психосоматической величины). Но гораздо чаще о кратковременном “прорыве” какой-то Сущности “на поверхность” “Я” можно судить (обычно только посторонним – сам субъект этого никогда не замечает и не осознает) по не характерным для данного человека и нередко “машинным” аффектации, высказываниям, поступкам, действиям, поведению, претензиям и т.д., возникающим всегда в определенной (микро)ситуации, по определенному (микро)поводу (вспомним, в результате тайного от “Я” условно-рефлекторного действия внешнесредового микротриггера) и протекающим по определенному “сценарию”.

Но любая патогенная внутренняя Сущность всегда вынуждена “прятаться” от Совести – всевидящего и грозного “внутреннего Ока” Морали-Сознания, и скрывать свои попытки (присоединиться и затем) овладеть максимально большой частью психосоматики, чтобы Сознание признало ее, эту Сущность, в качестве “главной” в данном “Я”-теле (полагаю, что Совесть “видит” только “сознательное психосоматическое” и “не видит” “бессознательное психическое, соматическое и психосоматическое”).

Эта внутренняя война-борьба с самим собой за овладение …самим собой у большинства людей ведется постоянно и не прекращается вплоть до самой смерти, которая убивает-примиряет все враждующие внутренние Сущности; только некоторым людям удается прижизненно достичь (не полного – максимально возможного) внутреннего “примирения” и духовно-психосоматического “единения”.

По сути, главное “Я” – это тоже (духовно-)психосоматическая Сущность (суть, сущность конкретного человека), которая – каким-то …→Символом→Образом→… – закладывается Творцом в будущую психосоматику, очевидно, еще в момент биологического зачатия биологического человека. Имеется ввиду некая “духовная закладка”, потому что “Человека Духовного” зачать биологически принципиально невозможно, ибо “духовное зачатие” всегда непорочно – но оно, что гораздо хуже тварного порока, может быть аморально.

В моем понимании, именно это “Я”-тело, данное Творцом, – и есть человеческая Душа. Живая Человеческая Душа – это Дар-Шанс, который дается-выпадает, возможно, только один раз в (земной) жизни, поэтому однажды-единожды полностью потерянную-загубленную Душу спасти-вернуть невозможно. Выходит, что все остальные субличности-Сущности, если воспользоваться христианской терминологией, есть бесы, а Бессознательное – это всегда бесовское Бессознательное. Очевидно, – по крайней мере, очень хочется на это надеяться, – что (с помощью Сознания или без него) Творец как-то охраняет-оберегает свое Творение (правильнее сказать, Себя-свое “Я”-Со-Творение) от посягательств патогенных бесовских Символов – но есть предел Его терпения...

Если все же случается, что чуждой-патогенной Сущности на каком-то этапе своего телесного воплощения каким-то образом – Образом! – удается захватить часть соматики, имеющую самое большое проприовисцероцептивное влияние на “Я”-мозг, то неизбежно происходит полная смена (подмена) опознаваемого-признаваемого телом (а Сознанием – или в такие моменты патогенный Образ и там “хозяйничает”?) главного “Я”. Если негативные духовно-психосоматические метаморфозы “обновленной” личности очень заметны, то нередко говорят: “В него вселился Бес”. Полагаю, именно такие случаи в психиатрии трактуются как “расщепление” или “смена” личности, что, к счастью, в максимально выраженном виде, – когда личность человека меняется полностью или почти полностью, – бывает исключительно редко; но и тогда, повторимся, тоже есть какой-то промежуток времени, когда смена “Я” еще не произошла, и тело (его самый большой секвестр) как бы “ничье”. Очевидно, “не создавшее-не нашедшее” “своей” психики (новой либо из имеющегося в “психическом бессознательном” “набора” психик-Образов-Сущностей. – А “Что” имеется в “духовном бессознательном”, и есть ли оно?), не одушевленное и никем не управляемое тело абсолютно неподвижно (кататонично, в состоянии восковой гибкости либо др.). Такие состояния “обездвиженности” могут длиться кратковременно, когда человек на миг “застыл-замер-отключился-задумался”, – и в таких случаях говорят: “Эй! Ты где?”. Либо человек ослабел-упал – “потерял сознание”; по патофизиологическому механизму это может быть, например, глобальная утрата коркового или постурального тонуса вследствие ишемии рострального ствола или других отделов мозга. Но состояния, когда тело не имеет психики, могут затягиваться и длиться неопределенно долго, принимая персистирующее или рецидивирующее течение, и тогда это может выглядеть как кататонические или другие подобные психиатрические расстройства либо как неврологические нарушения: летаргии, комы, синдром периодической спячки (синдром Клейне-Левина), частые синкопы и т.п.

А что бывает, если борьба за “Я” идет с переменным успехом, или, например, если какая-то Сущность захватила (бтльшую часть или целиком) когнитивные аппараты мозга – “вершки”, а главному “Я” остались только эмоциональные “корешки”, или наоборот? А если у противников в самый разгар “схватки” (или, по удачному выражению Павлова, “сшибки” нервных процессов) закончились “силы”: где-то в нервной ткани или соматической сфере критически уменьшились запасы кислорода, накопились продукты обмена, аллостерически ингибирующие биохимические цепочки собственного синтеза, и т.п.? Интересно в таком ключе – борьба допсихик-Образов за тело, борьба “"тел" в теле” за психику-мозг или борьба психосоматик-Сущностей за “Я” – попробовать рассмотреть, например, различные пароксизмальные состояния, в частности, эпилептические приступы и их (…→духовно→)психоневрологические и соматические проявления-феномены: некоторые особенности до- и постприступного мышления, эмоционального реагирования, локомоторной активности и поведения, параприступные феномены – ауру, тонические и клонические судороги и их эквиваленты, постприступный сон (тело без психики) или спутанность сознания (тело почти без психики или еще не закончился “выбор” главного “Я”) и т.д., – может, недаром древние считали эпилепсию “священной болезнью”?

Очевидно, возможны и многие другие варианты церебральной (спинальной и периферической) локализации, течения и исходов этой “борьбы” за право быть главным “Я” (главным “Я”-мозгом-телом), как и большее-меньшее количество Образов и Сущностей – ее участников, которые (варианты этой борьбы) в сумме своей и образуют круг болезней, в настоящее время находящихся в компетенции “тварных” неврологии, психиатрии и в меньшей степени терапии и ее более узких ответвлений, а не специалистов (которых, к тому же, в медицине просто нет) по “изгнанию” или хотя бы “нейтрализации” бесов-патологий-Сущностей.

– Так, кто главнее: Тело или Психика, психосоматические или соматопсихические “вожжи”? – “…вот в чем Вопрос”, и кто из них, Тела и Психики, – “Кто”, а кто – “что”?

И в заключение этой главы, то ли развивая-резюмируя вышеизложенное, то ли вопрошая к нему, хочется еще раз вернуться к информации и написать вот о чем. Я не могу ответить и на другие, волнующие меня вопросы (вся эта тема – одни вопросы!), по чьему-то мнению, пусть и метафизические (как, впрочем, и многое из написанного выше и ниже). При психосоматической патологии – или в других подобных случаях – воплощенная в (живое!) психосоматическое тело биологического человека патогенная внешнесредовая информация (или же это условно патогенная, “гаптеноподобная” (по потенциям), просто балластная, но всегда и в любом из перечисленных вариантов – чужеродная и, полагаю, в цельных морально позитивных и гармоничных духовно-психо-соматических актах, способствующих развитию человека, принципиально не реализуемая информация) как новообразованная пролиферативная нефункциональная и/или патологически функциональная патоморфологическая масса – это живая часть человеческого организма, или нет, ведь она, эта информация, является не качественной платоновской духовной пищей-эйдосом, а, как минимум, соматизированным духовным балластом? Но она может быть и ядом – овеществленной духовной отравой, а, если перефразировать “паразиты ума” Антонио Менегетти, то, подобно глистной инвазии (болезни “грязных рук”), ее можно назвать психосоматизированным паразитом (духовно заразной болезнью “замаранной души”), скрытно “сосущим” здоровые духовно-психо-телесные соки, “оттягивающим” – кровоснабжается ведь! – с годами все увеличивающуюся порцию массы крови из сосудистого русла, метаболически обкрадывающим и зашлаковывающим “честно” работающие строму и паренхиму?

Быть может, с высоких моральных позиций процесс накопления в организме этой овеществленной, – но предварительно не одухотворенной и именно поэтому патогенной! – информации (о процессе одухотворения информации речь пойдет далее) необходимо рассматривать как растянутое во времени (под)сознательное психосоматическое самоубийство (с учетом специфики морали и психики психосоматических больных можно выразиться и по-другому: субментальное, некогнитивно-аффективное или некогнитивно-неаффективное самоубийство)? Или же это, как минимум, психосоматическое членовредительство, – ведь в итоге человек сам и добровольно (осознанно или по неведению) впустил в себя эту потенциально убийственную информацию и позволил ей прижиться и пустить психосоматические корни в своих “Я” и биологическом теле? Тогда с христианских позиций добровольно воплощенная патогенная информация как патологическая психо-морфологическая основа психосоматического заболевания и последующей смерти от него – это соматизированный грех самоубийства, то есть тяжкое моральное преступление против собственной жизни.

Или же эта овеществленная патогенная внешнесредовая информация, как возможная психо-телесная основа фрейдовского “мортидо”, есть всеобщая прижизненная и неизбежная дань смерти и прижизненное же начало (процесса) умирания; тогда это, не разлагающееся пока и в плане позитивной жизнедеятельности анатомо-функционально мертвое, – медленно растущий будущий труп, внутренний и пока нетленный покойник (от “покой”).

Психосоматически (и морфо-функционально) “внутренний покойник” – это “человек покоящийся” или “человек бездействующий”, а живой человек – это “человек активный” или “человек действующий”.

Через какое-то время этот растущий (пролиферирующий соединительнотканный, гиалиновый, амилоидный, кистозный и т.д.), а точнее, любовно, – многие больные любят свою болезнь, – взращиваемый самим человеком, “внутренний покойник”, при достижении им определенных анатомических размеров, неизбежно убьет человека (и, разумеется, себя вместе с ним), убив его структурно-функционально живую часть, например, вызвав критическую ишемически-гипоксическую или другую неполноценность какого-нибудь жизненно важного органа. Но и в таком контексте смерть – как трагический финал психосоматической патологии, фактически тоже является самоубийством, только не “снаружи”, а “изнутри” (и орудие этого самоубийства не веревка, нож или пистолет, а эндогенная пролиферативная масса), ведь, повторимся, психосоматически больной человек в итоге всегда сам способствует воплощению патогенной и потенциально смертоносной внешнесредовой информации. Такая точка зрения, повторимся – ибо к месту, подтверждается наблюдениями профессора Менегетти: более половины тяжело больных, независимо от нозологии, в действительности не хотят выздоровления, что фактически равноценно признанию ими бессмысленности дальнейшей жизни.

Или присутствие “внутреннего покойника” свидетельствует о другом: не Я (человек) себя создал – меня создали, не Я умру – меня “умрут” (патогенные внешнесредовые Символы – создатели “внутреннего покойника”). – Тогда что есть и что должен (с)делать Я сам?

Или же это – некий внутренний “Чужой”, неживое, хотя и биологическое (биоорганическое), при помощи символической посылки тайно внедренное в психосоматического человека – в живое – из, как мы привыкли думать, неживых произведений искусства или природных ландшафтов? В моем понимании “живое” в живом человеке – это всегда и только духовно-биологическое, то есть вовлеченное в духовно-психо-соматическое триединство “структура-функция-цель” (разумеется, это позитивная цель, при наличии которой образуется цельная личность); соответственно, под “неживым” в живом человеке я подразумеваю неодухотворенное, бездушное психосоматическое, структуру-функцию без цели – (духовно-)психосоматически не интегрированную, анатомически или гистологически секвестрированную, структурно-функционально инертную и балластную биоорганическую массу, иннервационно и по-другому не управляемую духом-сознанием и “Я-мозгом”, – вспомним Менегетти: “Человек – это всегда единство действия”.

Можно сказать, что “Чужой” подобен раку, только занесенному извне, а не возникшему внутри организма: метастаз-информация из внешней среды сначала овеществляется и приживается в “Я”-мозге и оттуда метастатически распространяется по организму, образуя множественные сомато-висцеральные очаги пролиферации (Менегетти называет это “психовылепливанием мысли”), ирритирующие в психику и, возможно, в духовную сферу.

Эта денная и нощная ригидная сомато-психическая ирритация, стойко подпитывая и фиксируя в “Я”-мозге аффективно-когнитивную структуру, не только не дает последней разрушиться и способствует ее росту, но также она, эта ирритация, способствует сохранению специфического – настежь “раскрытого”, “распахнутого” и “усыпленного”- состояния психики, жадно и большими квантами “заглатывающей” эту отраву-информацию, что приводит к дальнейшему ее ничем не контролируемому онкоподобному овеществлению в ”Я”-мозге-теле. В этом плане первичные соматические метастазы-очаги пролиферации информации можно сравнить с ногой пока бестелесного “Чужого”, просунутой в приоткрытую психическую дверь и не дающей ей закрыться.

На нейрофизиологическом уровне “распахнутость” и “усыпленность” психики обеспечивается, очевидно, следующим механизмом. Как известно, ЦНС обрабатывает три потока информации: один – внешний или перцептивный, и два внутренних: проприоцептивный и висцероцептивный. На начальных – эксссудативно-отечных и локусных демиелинизирующих – этапах воплощения внешнесредовой информации по описанным в соответствующих главах механизмам происходит уменьшение восходящего проприовисцероцептивного потока той или иной степени выраженности, что автоматически приводит к определенному сенсорному голоду соответствующей популяции нейронов. Для устранения импульсного дефицита депривированные нервные клетки повышают чувствительность своих постсинаптических мембран, в том числе и к “вползающему” в мозг внешнесредовому информационному потоку; этому также активно способствует попустительство субъекта.

А если воплощенная патогенная информация – это “полуживое”, противоестественный гибрид “живого-внутреннего” и “мертвого-внешнего”, некий пролиферативный психосоматический андроид? А, может, это – живое в ином (каком?) смысле, и какова цель (или чей-то – “Чей”? – замысел) присутствия в нас этого “живого”?

Если на всех стадиях, уровнях и во всех проявлениях жизнь априори содержит в себе смерть (либидо и мортидо), то где в человеке и его теле проходят морфо-функциональные и другие границы, за которыми кончается “внутреннее-живое” – жизнь, и начинается “внутреннее-мертвое” – смерть (или это – не “внутренее-мертвое”, а “внутреннее-неживое”: не живое, но и не мертвое; не жизнь, но и не смерть)?

А если допустить, что “Чужой”, “внутренний покойник”, “психосоматический андроид” или кто-то другой являются не просто пролиферативной биоорганической массой – информацией, воплощенной из внешней среды, пусть и патологической и смертельно опасной, а чем-то, качественно иным: внутренним новообразованным, точнее, как бы “зачатым” от оплодотворения (яйцеклетки-)психики человека (сперматозоидом-)внешнесредовой информацией, и постоянно растущим иерархическим структурно-функционально организованным психобиоорганическим единством, то есть живыми Сущностями, присутствующими внутри каждого из нас (также см.: “отечный человек” и “песочный человек”), имеющими постоянную или эпизодическую аффективно-когнитивную представленность той или иной степени выраженности в сознательном и/или подсознательном “Я” или даже в духовной сфере? Тогда, если человек – это сумма (колония, сообщество?) сосуществующих внутренних психических (психосоматических) гомункулусов, возможно, не подозревающих о существовании друг друга, то где, когда и каким образом (способом) начинается и кончается “Я” и начинается и кончается “Не-Я”? Что из себя в действительности представляет наше, вроде бы единое, “Я”, а также “Я”-мозг, “Я”-мозг-тело?

Как появляется, проявляется или рождается “Не-Я”, как оно затем исчезает: как-то покидая психосоматическую оболочку(-хозяина), или же оно умирает, оставаясь в “Я” и биологическом теле до конца человеческой жизни?

В духовном (духовно-психическом) плане “Не-Я” в человеке, если допустить его существование, – это живое (живой или божий дух) или мертвое (мертвый или бесовский дух – каким образом и можно ли его убить или изгнать) в живой личности?

А что, если это (духовно-)психосоматическое “Не-Я” есть своеобразный (духовно-)психосоматический резерв человека, в котором заключены потенции его спасения и метанойи – возрождения, обновления, роста и развития “Я” и тела? Так что же такое в духовно-психическом и материально-биологическом смысле рождение и смерть личности?

А если рассматривать психосоматизированную (или только ее телесно проявленную часть) внешнесредовую патогенную информацию, как (психо-)телесный субстрат для осуществления жизненного выбора, когда личность находится в ситуации бифуркации или, подобно былинному богатырю, – у камня “на перекрестке трех дорог”? Ведь в принципе из всей этой патоморфологической массы, если при помощи иммуно-макрофагальной системы разложить ее на элементарные составляющие и удалить ненужные метаболиты и токсины, “насытить” гормонами, при необходимости, реиннервировать и реваскуляризировать, можно построить и полноценную в структурно-функциональном смысле ткань, способную – при помощи механизма востребования структуры через функцию, а функции – через цель, – к духовно-психосоматической реинтеграции.

Лечение духовно-психосоматически больного человека, если рассматривать этот процесс в вышеизложенном метафизическом ключе, – это своеобразный экзорсизм как духовное и психобиологическое изгнание (развоплощение) внутреннего “Чужого” или психосоматического андроида, или же это пробуждение или оживление “внутреннего покойника”, а, быть может, это – одухотворение воплощенной, но неодухотворенной информации?

Или же это…?

– Вопросы, вопросы, вопросы…




[ Оглавление книги | Главная страница раздела ]

 Поиск по медицинской библиотеке

Поиск
  

Искать в: Публикациях Комментариях Книгах и руководствах



Реклама

Мнение МедРунета
В каких медицинских учреждениях (поликлиниках, больницах) Вы получали платную медицинскую помощь за последние 12 месяцев?

Государственные, муниципальные
Ведомственные, корпоративные
Частные, негосударственные
Хозрасчетные отделения в государственных медицинских учреждениях
Другие медицинские учреждения



Результаты | Все опросы

Рассылки Medlinks.ru

Новости сервера
Мнение МедРунета


Социальные сети

Реклама


Правила использования и правовая информация | Рекламные услуги | Ваша страница | Обратная связь |





MedLinks.Ru - Медицина в Рунете версия 4.7.18. © Медицинский сайт MedLinks.ru 2000-2016. Все права защищены.
При использовании любых материалов сайта, включая фотографии и тексты, активная ссылка на www.medlinks.ru обязательна.